Лич (СИ) - "Strelok"

Кирилл не зря разглядывал Элиду через подзорную трубу, запоминал расположение башен, оценивал расстояние. Это необходимо для точной заброски взрывоопасных гостинцев.

Перед архиличем распахнулась черная воронка портала диаметром около метра, после он магией поджег фитили на двух бочонках и отправил по нужному адресу.

— Первый пошел…

Тридцать секунд спустя донеслось эхо взрыва.

— Есть! — крикнул Тлалок, не покидавший наблюдательного пункта. — Кристалл разнесло на мелкие осколки.

Убедившись в успехе мероприятия, архилич начал как конвейер отправлять бомбы. Ромейцы не приняли никаких контрмер, поскольку понятия не имели о телепортации. Взрывающиеся бочки разносили на части магические кристаллы и убивали магов-наводчиков, не всегда успешно. Трижды Кирилл промахивался и предпринимал повторые попытки, хотя порох не бесконечен. В поход забрали чуть ли не треть запасов заветного порошка, объемы производство еще предстоить нарастить.

Солнечный Шпиль, внешне напоминающий нечто среднее между маяком и башней Саурона, архилич решил оставить напоследок. Ему хотелось посмотреть на результаты работы лично.

Через портал ушло сразу десять тридцатитилитровых бочек. Когда Кирил забросил последнюю, то совершил гигантский прыжок, придав себе ускорения телекинезом, и приземлился на холме рядом с Тлалоком.

Вершину Солнечного Шпиля сотрясла серия взрывов, их силы не хватило, чтобы разрушить каменную кладку, ромейцы строили на совесть, однако излучающему кристаллу пришел бесповоротный конец.

Над Элидой на мгновение вспыхнуло второе солнце и тут же погасло.

— Атакуем? — уточнил Тлалок.

— Начинай штурм, тлакеталь.

Командующий армией взял меч и поднял над головой.

— Пора взять этот город! В атаку!

Находившиеся на стенах защитники Элиды могли с ужасом наблюдать, как со стороны южных холмов стала приближаться армия неупокоенных трупов. В первых рядах шли двадцать големов, игравших роль таранов и осадных башен, за ними наступали зомби, отряды мушкетеров, рыцарей смерти при поддержке личей.

Вы не думайте, ромейцы, Что народ у нас скупой. Дадим яму вам поглубже И земли курган большой.

Над полем боя зазвучал хор из задорных голосов, транслировавшихся големами. Некроманты успешно подхватили идею архилича насчет психологической войны. Записанные на ромейском частушки должны если не напугать противника, то хотя бы ввести в замешательство, смутить.

Над Элидою несется Хохот гомерический. Один размер у мужиков И тот гекзаметрический.

В наступавшую нежить полетели стрелы, плазменные сгутски, разряды молний. Ромейцы собирались драться до конца, даже присланных с предложением о капитуляции гонцов не стали слушать, за что горько поплатятся. Под раздачу неизбежно попадет мирное население. Зомби, голем, жнец, расчленитель не способен в силу тупости отличить солдата от безоружного горожанина, ребенка, старика.

Был ромеец, парень бравый. Знал копье, мечи и лук. А теперь стоит костлявый, Оживленный полутруп.

К наблюдавшим за штурмом Тлалоку и Кириллу подполз Хеонас.

— Мне нужны ответы.

— Как мне удалось взорвать башни и лишить Элиду нормальной защиты меньше, чем за полчаса?

— Именно.

— В Васгаре мы много чего интересного нашли, в частности древние манускрипты с новыми для нас заклинаниями, — озвучил архилич давно придуманную легенду. — Мгновенное перемещение на большие расстояния было одним из них.

— Ты не счел нужным рассказать раньше?

Кирилл пожал плечами.

— Наверное, следовало.

— Хеонак слишком доверяет тебе, Кеоцикаль. Но я вижу: ты слишком многое скрываешь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Могу научить тебя телепортации. Хочешь?

— Потом. Сейчас надо выиграть битву.

— Так помоги, дыхни огнем пару разу.

— Вы сами справитесь, — ответил дракон. — Без кристальных башен Элида легкая добыча. А мне отведена роль наблюдателя.

— Еще дракон, называется.

Над штурмующей город нежитью то и дело вспыхивали купола защитных барьеров, когда в них врезались вражеские заклятья, стрелы, копья. Разумеется, подобные чары висели далеко не над каждым отрядом, солдатом, а лишь над воинами-ягуарами и големами. Рядовые зомби дохли пачками, ловя зачарованные стрелы в голову, туловище, сгорали дотла, взрывались на ошметки от боевых заклятий. Под стенами Элиды развернулся кромешный ад.

Нежить в долгу не оставалась, по ромейцам били из мушкетов, драконобоев, магией. Если магию личей еще можно было отразить, против железных ломов спасения не существовало.

Коль вы битву проиграете, Тут никто не виноват. Трупу новому ромейскому Некромант всегда наш рад.

Повинуясь приказам некромантов, часть големов начала хватать снующих под ногами зомби и забрасывать на стену, словно катапульты. Забросить неупокоенный труп на четырнадцатиметровую стену тварям проще простого. Трое из двадцати големов нацелились на ворота Элиды, прикрытые синеватым мерцающим барьером. После двух залпов из кинетических метателей, защита лопнула как мыльный пузырь. Ходячие тараны начали долбиться о деревянные створки, тоже зачарованные. На головы големов сыпались камни, стрелы, заклятия, но те не обращали внимания. Сшитые из кусков разных людей гротескные уроды не способны ощутить боль…

— Фладыка, можно мне прифоединитьфя к битфе? — подошел к Кириллу Сэдзо. — Я пропуфкаю фамое фефелье!

— Плохая идея. Ты скорее всего поляжешь там.

— Ну, фмилуйфя. Я не буду рифкофать, обефяю.

— Хорошо, после того, как прорвут внешнюю оборону, можешь со своим отрядом выступать.

— Фпафибо.

Радостный Сэдзо умотал к ягуарам точить мечи.

— Что такого ценного в этом отродье? — поинтересовался Хеонас.

— Он видит то, чего больше никто не видит. Саму магию.

— Занятно.

Наконец, ворота Элиды пали под ударами массивных кулаков, но тут случилось неожиданное. Из прохода ударила багрово-красная волна магической энергии, рассеявшая защитные чары и содравшая плоть с костей големов. Шедевры некромантии обратились в бесполезные скелеты, не повезло и прочей оказавшейся в зоне поражения нежити. Зомби и два-три десятка рыцарей смерти в одночасье прекратили свое существование.

Навстречу штурмующим вышла одинокая человеческая фигура.

— Какого?… — выдавил из себя Кирилл.

— Думаю, глава Элидской коллегии магов решил собственной персоной переломить ход битвы, — пояснил дракон. — Вряд ли кто-то еще из них способен на колдовство столь могущественное.

В правой руке колдуна появилось что-то вроде плети, сотканной из зеленого огня. Один взмах и попытавшиеся его атаковать полуличи в тяжелых латах оказались разрублены пополам, их плоть вспыхнула и заискрилась подобно бенгальским огням. Для нежити это окончательная смерть.

— Парней надо спасать. Теперь поможешь, Хеонас?

— Не думаю.

— Херозавр долбанный, — пробубнил Кирилл на русском. — Я тебе это запомню.

Придется разбираться самостоятельно. Преодолев с помощью портала около тысячи девятисот метров, архилич оказался лицом к лицу с противником. Мужчина европейской внешности, неопределенного возраста. Ему можно дать как сорок лет, так и шестьдесят. Шатен, голубоглазый, с аккуратной ухоженной бородой, никаких особых примет. Облачен в ламеллярный доспех, без шлема, на шее болтался украшенный рубинами медальон. Если б не пылающая плеть в руке, его почти не отличить от обычного ромейского солдата. Маги здесь не носят нелепые колпаки и мантии, они не спасут в бою от шальной стрелы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})