Академия пурпурной розы (СИ) - Снегова Анна

Глава 34

Утром я едва не проспала завтрак, что неудивительно. Зато мы в кои-то веки завтракали вдвоем с Джен — Сол не явилась. И к лучшему! Иначе я непременно бы не удержалась и что-нибудь ей высказала, и чудесное утро было бы испорчено. Морвин на завтрак никогда не спускался — по утрам он уходил в парк потренироваться с мечом. Он вообще любил это место.

Правда, и в лекционном зале, куда я неслась как на крыльях, его тоже не оказалось. Я отогнала плохие мысли, которые тут же попытались меня атаковать, словно рой растревоженных пчел. Как он там говорил? Пустота в голове. Правда, мне кажется, это не совсем то, чего ждут от студентов преподаватели на лекции, но с недавних пор у меня практически индивидуальное обучение. А время еще есть — даже первый гонг не прозвенел.

Рыжий профессор Тонк уже водрузил свою высокую нескладную фигуру на преподавательское место и поглядывал на зал поверх очков. Декан факультета Метаморфоз даже в человеческой форме немного напоминал кота. У него даже ногти слегка заостренной формы, и если приглядеться… да, определенно под носом топорщатся короткие кошачьи усы! Видимо, слишком часто перевоплощается.

Я поерзала, а потом решилась все же на вопрос. Все равно вокруг все галдят, меня мало кто услышит.

— Профессор Тонк!

— Да?

Кошачьим чутким слухом он прекрасно расслышал вопрос и безошибочно определил, кто его задает. Положил обе мягкие белые ладони на кафедру, а сам подался вперед, вытянул шею и посмотрел на меня — ну точь-в-точь здоровенный котяра. Джен справа от меня хихикнула, и он бросил на нее строгий взгляд зеленых глаз с узким зрачком.

— У вас такой интересный факультет, профессор Тонк! — воодушевленная, продолжала я. — Я хоть и стихийщица, но мне всегда было любопытно…

— И что же вам любопытно? — довольно сощурил глаза профессор.

— Вот скажите… а могут ли метаморфы, к примеру, превращаться во что-то маленькое?

Мне все не давали покоя ночные шорохи. Которые стихли подозрительно близко к двери в спальню одного знакомого мне метаморфа.

Тонк задумался.

— Пожалуй, такие случаи мне не известны. Метаморф может менять размеры своего тела, но не больше чем на треть.

Да уж, что размеры может — это мы прекрасно видели. Вопрос, на сколько. Если верить Тонку, не на много. Но вдруг ему просто «такие случаи не известны»?

Джен смотрела на меня подозрительно. Я вежливо поблагодарила и принялась дальше чинно-благородно ждать начала лекции.

Прозвенел первый гонг, наполнил зал своим торжественным гудением, которое призвано было настроить всех на рабочий лад. Болтовня приутихла, хотя и не насовсем. Тонка не слишком боялись, он был безобидный.

Морвин так и не появился. Сол тоже. Их не было обоих. Холод затопил мое сердце, и как бы я ни крепилась, мысли в голову лезли самые отвратительные. Слова лекции скользили мимо моих ушей, не задерживаясь.

Резкий скрип двери.

— Простите за опоздание.

Тонк сбился с лекции, но потом снова принялся тянуть свой мерный речитатив, пока через пол зала к пустому месту слева от меня быстрым шагом шел один безалаберный огненный маг. По счастью, он был один, и я выдохнула. Да к тому же в кои-то веки застегнутый почти на все пуговицы — успел уже раздобыть где-то новую форму. Босой, правда — но это меньшее зло. Вот только… непривычно серьезный.

Плюхнулся рядом, звякнув ножнами меча, — волосы влажные, слегка закурчавились, брови хмурит.

— Что-то случилось? — деланно-невозмутимым тоном спросила я, перекладывая с места на место карандаши.

Он бросил на меня странный взгляд.

— Потом. Слишком много лишних ушей.

Карандаш укатился на край стола и упал на пол.

— Ты же не хочешь мне сказать, что уходишь?

Его взгляд смягчился.

— Еще нет. Не волнуйся, Ледышка.

Остаток лекции мы промолчали. Правда, я все равно почти ее не слышала.

Джен понятливо не стала меня дожидаться. Однокурсники веселой гурьбой потянулись на выход, то и дело звучали самые дикие предположения о том, что в королевской депеше или кто вылетит из Академии первым. Я едва дождалась, пока лекционный зал опустеет. Резко повернулась к Морвину.

— Ты точно не уходишь?

Он сел ближе, взял мою руку, осторожно погладил пальцы.

— Ледышка, успокойся! Я обязательно дождусь хотя бы объявления, что в депеше. И я хочу убедиться, что ты прошла испытания и все в порядке с твоей магией. Хотя мне будет и нелегко остаться. С тобой я совершенно забыл о своих обязанностях.

— Каких обязанностях?

Никогда бы не подумала, что буду скучать по его безалаберному, расстегнутому, оборванному и чумазому виду. Сейчас он казался мне… слишком официальным. Слишком отстраненным. Как будто мыслями уже не здесь, не со мной.

— Обязанностях Верховного мага Храма Великого Пламени.

Ох. Вот это да. Хотя давно надо было догадаться. Морвин улыбнулся моему удивлению.

— И некоторые из этих обязанностей… слишком неприятные, Маэлин. С ними я должен разобраться как можно скорее.

— Ты поэтому… такой хмурый сегодня?

— Не только.

Он помолчал, как будто подбирал слова. У меня возникло нехорошее предчувствие.

— Зеленоглазая стервочка с фиолетовым камнем на шее — об этой «подруге» ты переживала?

Я напряглась и попыталась забрать руку, но он не дал.

— Я так и подумал. Держись от нее подальше. И скажу на всякий случай сам, чтобы ты не забивала себе голову досужими сплетнями, когда до тебя дойдет эта… А она обязательно дойдет. Я, конечно, не против голых девушек в своей постели, но предпочитаю выбирать их самостоятельно.

Видимо, на моем лице отразилась совсем уж сложная гамма чувств, потому что он торопливо добавил:

— Не переживай, я ее сразу выставил. Нет, не в чем мать родила — а в одеяле. Можно было дать время одеться, но женских тряпок поблизости от кровати не наблюдалось, а я… немного разозлился. Все-таки я видел ее в компании с тобой и твоей сестрой, сложить два и два было не трудно. Народу в мужской башне уже почти не было… но я уверен, что сплетни пойдут. Не думаю, что они смутят такую, как она — но решил рассказать тебе заранее, потому что уверен, что до тебя эта дамочка может донести все в искаженном виде.

Он замолчал, а я смотрела на него ошарашенно, и не знала, что сказать.

Нет, я конечно предполагала, что Солейн может попытаться сделать какую-нибудь подлость, — но такое… Это было выше моего понимания.

Морвин поцеловал кончики моих пальцев и пытливо всмотрелся в мое лицо.

— Все хорошо?

Я несмело кивнула.

— Д-да. И… спасибо, что сказал.

В его пристальном взгляде отразилось облегчение.

— А теперь иди уже, Маэлин. Скоро начнутся ваши практические.

— А ты что же?

— Я не пойду. Не сегодня. Во-первых, мне все равно там делать нечего, только девушек отвлекать буду. Лучше мы с тобой ночью подольше позанимаемся. Если не уснешь на ходу, конечно. Во-вторых, мне нужно связаться со своим миром. Поговорить кое с кем. Те самые неприятные обязанности Верховного мага Великого Пламени, чтоб им.

Я, разумеется, его послушалась и отправилась на практические занятия к Петтифи… но и на них я ничего не видела и не слышала. Не получалось сосредоточиться. Не получалось отрешиться от посторонних мыслей. И естественно, не получалось колдовать. Не получалось вообще ничего!

Но как на зло, Петтифи нас сегодня гоняла просто немилосердно. Отпускала пару раз ненадолго, только на обед и ужин. Мы пробовали снова и снова. У кого-то получалось все лучше, кто-то снова распробовал горечь неудачи… Я ощущала пустоту. Все это было не важно по сравнению с бурей, которая бушевала в груди.

Так продолжалось до самого вечера, пока Петтифи не убедилась, что мы выжаты как лимоны и добиться от нас больше нечего. Пожалуй, еще два таких же денечка, и объявлять содержание депеши будет некому — ну или как минимум факультет стихийщиков в полном составе просто не сможет сползти с постелей.