Видение луны (СИ) - Глен Катарина

Он поймал ее губы в обжигающем поцелуе, разбивая оставшиеся стены между ними.

35

Грубый, с надрывом, таким он был.

Эма целовала его в ответ, хотела удержать в этом мгновении с собой. Прогнать сожаления и неуверенность. Ему нужно было это. Им нужно было это.

Его язык танцевал с ее, гул одобрения зазвучал в его груди.

— Скажи, чего ты хочешь, Эма, — Саитама поцеловал ее еще раз, не дав ответить сразу, прижал ее к себе, пока его губы работали с ее.

— Ах, но где же веселье? — сказала она между поцелуями.

— Тебе не весело?

Он с рычанием опустил ее на спину. Ей захотелось биться и бежать, но она подавила старую реакцию. Вместо этого она обвила руками его шею, привлекая его ближе. Она запустила пальцы в его темные волосы, потом скользнула ладонями по его широким плечам, мускулистой спине — все еще в одежде. Она хотела ощущать его твердое тело под своими ладонями. Она закрыла глаза, вспомнила его в горячей воде онсена. Ее ладони проникли под воротник его юкаты, его жар согревал ее.

Он сжал ее ладонь, придавил рядом с ее головой. Глубокие властные поцелуи обрушились на ее рот, стали спускаться по ее шее. Она повернула голову, просила его этим продолжить. Он работал с ее телом почти так же, как Рё, но все было другим. Его запах, форма губ, вес его тела… Да, поразительно и приятно другое. Она уткнулась лицом в его плечо, целовала его шею, вдыхая глубоко успокаивающий запах мускуса и гвоздики.

Все сомнения быстро растаяли. Они могли насладиться этим мигом, друг другом. Даже во тьме предательства был свет надежды. Это был не конец. Они еще были друг у друга. У них были Хаганэ и Назэ…

— Эма… — он шумно выдохнул, ослабил хватку на ее запястье. Она подвинулась, обвила его ногу своей, а потом направила свое тело, чтобы перевернуть его на спину.

Ха, она все еще так могла.

Саитама смотрел на нее большими глазами.

— Я должен был ожидать что-то такое.

— Опускать убийцу на спину — опасная затея.

— Ты предпочитаешь быть сверху?

Эма рассмеялась и сжала его юкату.

— Иногда, — она развязала узел. — Снимешь это?

Он приподнялся, ее ноги обвили его ноги, он снял юкату и отбросил в сторону. Эма провела ладонями по мускулистой груди, которую заметила в онсене, и прилив жара согрел ее внутри. Она подвинулась, прижавшись к нему, ощущая его твердость. Осмелев, она скользнула ладонью по его животу, добралась до приза, погладила его сквозь ткань. Его бедра стали двигаться от ее прикосновения.

— Жадная, — он поймал ее щеки и притянул ее для еще одного глубокого поцелуя. Ее бедра двигались поверх его, наслаждение росло между ее ногами от того, как он терся об нее. Его ладонь опустилась, напала на ее оби, потянула за упрямый узел. Она стала ему помогать, встретила его взгляд. Он раздвинул нежную ткань. Прохладный воздух ударил по ее ногам и животу.

Она стала снимать свою юкату, когда он остановил ее ладонь, темные глаза скользили взглядом по ее телу. Он поцеловал ее снова, медленно раздевая, его пальцы скользили по ее рукам, пока он освобождал их из рукавов.

Он склонился и поцеловал ее в ключицу, дыхание обжигало ее кожу. Ладонь легла на ее талию, другая прижалась к ее небольшой груди, нежно исследуя. Он застонал у ее тела, его поцелуи обрушились на ее грудь. Она выгнула спину, бедра двигались. Он удерживал ее за талию, притягивая ближе.

Духи, это чувство… Его твердость терлась об нее, посылая по телу искры удовольствия.

Тепло комнаты задевало ее открытую кожу. Пробуждало ее. Было слишком много печалей в жизни, чтобы не давать себе наслаждаться хоть изредка.

«Мы должны порой быть людьми».

Слова Хаганэ. Она улыбнулась, прильнула к Сенмею. Быть человеком было сочетанием многого, и секс, поразительное соединение двух человек, входил в их число.

Она обвила руками его шею, помогала ему ласкать ее тело. Он напал на другую грудь, пока направлял рукой ее бедра.

— Ты прекрасна, — прошептал он в ее кожу, целуя затвердевший сосок.

Тихий смех сорвался с ее губ.

— А я помню, как ты говорил о капле женственности.

Он рассмеялся и отодвинулся, чтобы посмотреть на нее.

— Ты же не затаила на меня обиду за это?

— Мы уже тут…

— …и я уже был повержен.

— Осторожно, — она стала гладить его сквозь набедренную повязку. — Я могу все же решить пролить все твои тайны.

Он опустил взгляд.

— Если ты имеешь в виду мой…

— Да. Это я и имею в виду.

Он выругался, и это вызвало дрожь на ее спине. Она поймала его взгляд, не забывая, кто привело их к этому моменту. Она прижала ладони к его щекам, смотрела в его глаза.

— Если нужно это повторять, я никогда…

— Я знаю.

— Дай сказать. Я ни за что не предам тебя. Клятва была искренней.

— Эма, — он прижал ладонь к ее щеке, притянул ее, чтобы их лбы соприкоснулись. — Я знаю.

Он поцеловал ее, едва касаясь губами ее губ. Они снова и снова пробовали друг друга, понимали значимость того, что пообещали друг другу.

Он потерся носом об ее ухо.

— Ложись, — хриплый приказ вызвал желание, молнией пронесшееся по ней, он поцеловал ее в шею, скользнул языком по чувствительной коже.

— Решил рискнуть?

— Да.

Он последовал за ней, когда она легла на спину. Его взгляд скользнул по ее телу, но она не ощущала стыд, у нее не было повода. Она видела слишком много в жизни, чтобы позволить чему-то естественному нарушить этот момент.

Медленно улыбнувшись, он развязал ткань на своем поясе и отбросил ее. Саитама тоже не стыдился, раскрыл себя без колебаний. Она облизнула губы, увидев все его тело впервые.

Он устроился между ее ног, продолжил целовать ее губы, его язык двигался с ее, он прижимался к ней, дразня ее вход, уже мокрый и готовый. Жаждущий. Он опустил руку, скользнул пальцем между ее мягких складок, немного погладил ее. Она со стоном закрыла глаза, покачивая бедрами от его прикосновения.

Он резко вдохнул, убрал ладонь. Сжав член, он посмотрел на нее темными глазами, приоткрыв рот. Она улыбнулась, коснулась его лица кончиками пальцев.

С последним поцелуем он вошел в нее, медленно, по дюйму. Эма резко вдохнула, сжала его плечи, прижимая его тело к себе, пока он погружался в нее полностью. Он замер, разглядывал ее лицо, поцеловал еще раз. Но ей нужно было, чтобы он двигался, чтобы он отправил их за облака, в небо.

Может, они достанут до луны, которую он так нежно выглядывал каждую ночь.

Его бедра стали двигаться, посылая волны жара по ней, собирающиеся там, где их тела соединялись. Они нежно и медленно изучали движения друг друга, доставляли наслаждение. Божественные духи. Это было прекрасно и правильно, это разделение тел и сердец. Ничто не могло отобрать это.

Она ощущала, что он сдерживался, следил, чтобы ей было удобно, чтобы не сделать ничего против ее воли. Эма чуть повернула голову, оголяя шею, показывая подчинение, позволяя ему восстановить контроль над его жизнью, в котором он отчаянно нуждался. С низким стоном и невнятными словами он принял ее приглашение, опустил голову к ней, посасывал и покусывал нежную кожу, пока она не застонала, прося большего.