Режиссер Советского Союза 3 - Александр Яманов

немного значимой. И опять только единицы её получают. Остальные остаются ни с чем. Есть сильные натуры, которые находят себя в театре и становятся самыми настоящими звёздами. А большинство в театре просто прозябают, в ожидании того самого приглашения.

Смотрю в голубые глаза ребёнка полные слёз, но решаю, что я должен ей это сказать.

— Поэтому реши для себя — готова ли ты сначала побороться с двадцатью претендентками на одно место в училище. Далее, выдержать несколько лет учёбы и конкуренции с сокурсницами. И самое главное — ждать. Может, месяц после выпуска или пять лет. Если ты не будешь полностью погружена в специальность, то сломаешься. Пойдёшь работать худруком в какой-нибудь клуб, что тоже достойная профессия. Только свою мечту ты не осуществишь. Но и это ещё не всё. Взобравшись на самую вершину, на ней нужно удержаться, что иногда сложнее. У тебя есть ещё четыре года, чтобы принять решение. Поверь, за это время, сказанное мной — не изменится.

После недолгого молчания Марина встрепенулась и задала вопрос.

— Но ведь вы дождались? — и столько надежды было в её глазах.

— Да. После пяти лет ожидания мне повезло. И можно сказать, что сейчас я достаточно перспективный режиссёр, которому даже доверили снимать совместный советско-французский фильм. Только я не буду тебе рассказывать, как мне дались эти годы. Просто один эпизод — я потерял семью. Вернее, жена не выдержала столь долгого ожидания и подала на развод. Стоит ли семья успеха в карьере — мне пока неизвестно. Но я знаю множество пятидесятилетних актёров с актрисами, которые отмотали бы свою жизнь обратно и предпочли здоровую семью, нежели успех в кино.

— Может, не будем о грустном, — прерываю я затянувшуюся паузу, — Наливайте, товарищ капитан. А давайте споём!

Вот здесь я попал точно в цель. Вернее, сразу в две. Анна Андреевна не обратила внимания, что Стасько откупорил новую бутылку. А ещё она и младшая Алёна, оказались обладательницами волшебных голосов. Орлов даже слезу пустил и не один раз, после очередного исполнения душевных русских песен. Я ещё выдал «Москву», под полное одобрение публики. Давно я так душевно не сидел. Последний раз в этом мире что-то подобное было в мой первый Новый год. Да и то там тесть портил настроение своими едкими комментариями.

Отпускать нас не хотели, особенно капитан, который надеялся продолжить банкет. Но пора было уже ехать. Хорошо, что водитель задержался и не сломал великолепную атмосферу. Анна всё-таки всучила мне туесок с выпечкой. Девчушкам я пообещал экскурсию по киностудии, если они приедут в Москву, и подарил два относительно свежих французских журнала. Чувствую, что одного капитана скоро запилят и следующий отпуск семья проведёт в Первопрестольной.

— Как же хорошо жить на Руси! — выдал Орлов, усевшись на заднее сиденье «Волги», и захрапел.

Мои же мысли были уже далеко отсюда. Слишком много времени и эмоций отняли последние события. Благо, что хоть не будет уголовной статьи и одной проблемой меньше. Ведь у меня сейчас самый разгар. Монтаж, параллельное озвучивание сразу двумя группами, ещё подготовка к титрам на нескольких языках, надо делать нормальный перевод и привлекать зарубежных специалистов. Даже Дино примчался из Европы и чуть ли не ночует в монтажной. А тот, кто должен руководить процессом, мотается по Парижам и Краснодарам. Мне реально стыдно. Надо выкинуть из головы всё лишнее и погрузиться в работу. Остался один решительный шаг перед успехом.

Глава 16

В небольшом просмотровом зале загорелся свет, хотя проектор ещё работал и на экране шли титры. Дино некоторое время сидел молча, зажмурив глаза и, казалось, что-то напевал. Зельцер, Акмурзин и Солодовников ждали его вердикта. Я же так устал, что просто хотел, чтобы всё побыстрей закончилось.

Вдруг итальянец встрепенулся и попросил поставить ролик ещё раз. Я перевёл его слова ребятам, Илья крикнул в проекторскую, и снова погас свет. Сквозь сон смотрю, как под сопровождение мощного голоса Ясного, на экране разворачиваются просто невероятные события. В трёхминутный рекламный ролик мы постарались вместить самые важные моменты фильма. В первую очередь — воздушные и наземные баталии, плюс наиболее эмоциональные сцены с участием главных героев. По сравнению с прошлогодним черновиком, получился самый настоящий шедевр. В этом времени подобного точно ещё никто не делал.

Опять прекращает работу проектор, в зале загорается свет, и все наблюдают абсолютно счастливого продюсера.

— Алекс, это очередное чудо с вашей стороны! Я уже четвёртый раз смотрю на это, и никак не могу остановиться. Сознайтесь, как вам это удаётся? Ведь никто ещё не снимал таких трейлеров, я уж молчу про сам фильм!

Если бы я не был так вымотан, то порадовался бы похвале такого талантливого человека. Но последние три недели я самым натуральным образом жил на киностудии. Целый день перемещался между монтажной и звукооператорской, а спал урывками в кабинете. Озвучивание — это же самый настоящий дурдом. Достал всех, разругался даже с уборщицей, но добился своего. Работа шла именно по моему плану.

Как же хорошо было с «Браком по расчёту»! Два главных героя, и редкий случай, когда одновременно в кадре было три человека. Всего одна склока между рыночными торговками, где пришлось писать сразу семь голосов. Здесь же множество сцен с участием более четырёх актёров, пара конфликтных ситуаций, разного рода собрания и разговоры на повышенных тонах. Сразу вспомнилось видео, облетевшее в своё время интернет, как Меньшов работал над озвучиванием «Любовь и голуби». В нашей студии было что-то похожее[2].

У нас ещё озвучка на фоне кадров баталий, раненых и убитых, что придавало работе дополнительные сложности. Необходимо натурально изобразить надрыв, боль и страдания. А я всё это пропускаю через себя вместе с актёром, заодно слежу за натуральностью, чтобы никто не переигрывал. До этого момента мне казалось, что самое сложное — это когда на площадке артист не попадает в роль и приходится переснимать несколько эпизодов. Но теперь я придерживаюсь иного мнения. И ведь это ещё не всё. После окончания работ нас ждёт приёмная комиссия, а перед ней десяток согласований. Но об этом буду думать позже.

Здесь ещё приехал французский звукорежиссёр, который должен был заниматься озвучкой для своей публики. Что там будет с английским, мне уже неинтересно. Этот месье чуть ли не вынул из меня душу. Зато мы нашли общий язык, и теперь у нас точно не будет разночтений. А ещё титры на немецком, испанском, итальянском, голландском и даже японском. Ди Лауренитс решил не мелочиться и охватить