Сценарий «Шербет» - Виталий Сертаков

Парни попадают в плен к форменным людоедкам, а девушки — соответственно в такое же невоспитанное мужское общество. Восхитительное сценическое решение: обнаженных истерзанных юношей привязывают к столбам посреди деревенской площади, если десяток плетеных хижин можно назвать деревней. Неужели их сожрут? Вот уже вертится перед ритуальным костром в бешеном ритме какое-то жуткое существо, гудят барабаны, разноцветный дым застилает оскаленные маски, пыль застилает глаза, толстым слоем садятся на лица пленников голодные москиты…

Жительницы затерянной деревни тоже голодны, но несколько в ином смысле. Затравленным пленникам связывают руки и глаза и под неумолчный грохот растаскивают их по хижинам.

— Незаметно, чтобы они сопротивлялись! — Ведущая в бикини чуть не валится от хохота, оставшись посреди ритуального круга на пару с увешанным цацками шаманом. — Теперь каждый из вас сможет отдать свой голос достойному… Всего полтора еврика, дамы и господа, номер счета указан в бегущей строке, и каждый из нас сделает правильный выбор! Скажу по секрету, лично мне по нраву номер… Ах, нет, нет, как жаль, но я не имею права никому подыгрывать. Впрочем, милые дамы и так наверняка догадались, о ком я говорю. У него такая попка… ммм… это что-то!

И она заваливается от хохота на шамана, который оказывается «шаманшей» и грозно вещает сквозь перья и птичьи черепа. Колдунья с подвываниями сообщает, что никого из «вкусненьких бледнолицых» они из джунглей не выпустят, пока каждый участник не «сделает динь-динь» с каждой из воинов великого женского племени… А кто «это» сделает плохо, будет оставлен навечно в деревне, будет посажен на привязь, и ждут его нечеловеческие муки…

Немножко притянуто за уши, поскольку не вполне ясно, откуда в алтайской тайге взялись речевые обороты краснокожих и явно американская атрибутика, но кого это волнует, когда началось самое главное. Не правы тысячи разгоряченных зрителей мужского пола, которые пишут письма, предлагая себя взамен участников, причем на любых условиях, и многие согласны доплатить. Они не правы, потому что конечный приз получит только один, и прелести «индианок» меркнут перед ожидаемым выигрышем. Впрочем, вместе с победителем имеют шанс выиграть и несколько сотен сделавших на него ставки.

Никто не может точно угадать, до самого последнего, потому что все ребята достаточно привлекательны, мужественны и энергичны.

Марафон начался и продлится пять суток, поскольку в мужском лагере после предыдущих конкурсов осталось всего пятеро участников.

Зрители платят…

Трансляция первой ночи в хижинах приносит создателям шоу четырнадцать миллионов, и это только цветочки.

— Ну что, казановы, вот и пришел ваш звездный час, — острит ведущий. — Не так-то просто будет добиться руки нашей будущей королевы, если опростоволоситесь этой ночью. Девчонки первыми все посмотрят и оценят!

Зрители платят и не отрываются от экранов…

…Линда улеглась на пушистой кушетке, закинув ногу на ногу, в одной руке — тяжелый бокал, другой гладит по коленке рыжеволосую девочку в корсете. Та сидит на кушетке по-турецки, ко мне спиной. На ее ножках очень яркие брючки, на затылке переливается гирлянда, голые плечики покрыты татуажем. От перезвона бочек и колокольчиков у меня во рту начинают вибрировать зубы. Ослепительно-черный гарсон меняет кальяны. Его улыбка плывет в облаках дыма, как реклама зубной пасты. Голая девушка на эстраде теперь сидит на шпагате, задрав вверх лицо. Мускулистый парень в кожаных шортах затягивается «травкой» и выпускает дым ей прямо в рот. На дальних кушетках целуются взасос. Я на секунду бросаю взгляд наверх и только тут понимаю, почему в баре все лежат. Под звездным куполом беззвучно идет боевик..,

Линда чертовски красива. Конечно, не так, как Ксана, но с Ксаной я никого не могу сравнивать. Я стараюсь о ней не думать, и оказывается, это не так уж сложно. Я нашел крайне простой рецепт — главное, не пытаться не вспоминать о ней. Напротив, пусть ее образ все время будет перед глазами, раз уж ему так неймется. В таком случае образ постепенно начинает просвечивать, истончаться, пропуская сквозь себя печальную действительность.

Линда очень красива, хотя ее лицо, пожалуй, можно назвать тяжеловатым, глаза посажены далеко от переносицы, а в бедрах она могла быть заметно уже. Если бы захотела, но этого не хочет ни настоящая Линда, ни заказчик.

Я кожей чувствую, как Рон к ней привязан…

…Вторая ночь в хижинах приносит семнадцать миллионов, зато репортаж из деревни мужчин-«каннибалов» — втрое больше. Больше пятидесяти миллионов зрителей мечтают оценить, насколько раскрепощены наши участницы. Само собой, что приключения наших прелестных шалуний комментирует победитель мужского конкурса красоты.

— Утром наших очаровательных пленниц уже не охраняли столь тщательно, но сбежать от ненасытных дикарей, как вы понимаете, все равно невозможно. Мы сейчас перенесемся в студию, где заседает наше беспристрастное жюри, и подслушаем, о чем же они говорят…

Жюри смотрится крайне представительно. Тут и военные консультанты, и отставные порнозвезды, и психологи, чьи книги гремят повсюду. Жюри обязано удалить из команд по одному человеку. Принять такое решение совсем не просто, предстоит руководствоваться массой факторов…

В первую очередь заслушивают «постоянных обитателей деревень»…

— Номер седьмой классно давал, его непременно оставьте…

Дружный хохот раскрашенных «дикарок» у костра. Девушки в масках передают по кругу шашлыки и кожаный бурдюк с вином. Не очень похоже на настоящих таежных жителей, зато как приятно наблюдать, что под обрывками шерсти и кож девушки практически нагие. В титрах значится, что для участия в шоу приглашена Лига свободных гетер.

— Номера третьего ко мне больше не пускать… Кто следующая? Не завидую тебе, Белая Львица…

— Как, опять мне слабачок достанется? Этот черненький вырываться пробовал, чуть не убежал, вон — весь вигвам на бок осыпался!..

Снова взрыв дикого хохота, дикарки валятся на землю, не в силах сдержать себя. Жюри ставит галочки, жюри с озабоченными лицами обсуждает шансы кандидатов, отсматриваются материалы по каждому участнику.

— Парень вроде неплохой, вежливый, к женщинам подход знает…

— Ах, оставьте! Зато седьмой и стрелял прекрасно, и плот строил — загляденье…

— Грубоват, но в том и шарм! Зато какая выносливость, он занимался этим почти четыре часа…

Возбужденные зрители болеют за своих любимцев, приходят тонны гигабайт корреспонденции в защиту номера второго…

Он просто малость устал. Он еще себя покажет…

Номер второй выбывает, не заработав ни копейки.

Впрочем, он еще может отыграться, если даст согласие на продажу диска с записью своих двух ночей. Кое-кто из зрителей считает, что парень был не так уж плох.

В женской команде тоже убыль…

…Я встречаюсь с Линдой глазами и вижу, как она расцветает и всем телом подается навстречу. Она немного удивлена, но безумно счастлива меня видеть. Свои синие очки она уже сняла, на ее бровях перекатываются голубые «светлячки».

— Привет, — говорю я, но из-за грохота музыки с трудом различаю собственный голос.

Рыжеволосая девчонка оборачивается, и я успеваю заметить то, чего никогда бы не заметил Юханов. Потому что это моя работа — замечать такие вещи.

Она неестественна, эта мисс Лилиан. В процессе поворота головы ее лицо трижды поменяло выражение. Сначала она ласково и преданно, как ручная собачонка, смотрела на Линду, затем ее буквально перекосило от злости, что кто-то еще осмеливается нарушить их междусобойчик, но в фас она — сама кротость и восторг.

— Ронни, как чудесно, что ты меня нашел! — щебечет Линда. — Лили, это Рон, мой муж, правда, он симпатяга? Поверь, хани, он самый лучший мужик в обозримой части вселенной, я просто без ума от него. Милый, это мисс Лилиан, но если ты будешь хорошо себя вести, она позволит называть себя просто Лили, верно, хани? Ты не закажешь нам еще по стаканчику? Лили совершенно уже не англичанка, Держу пари, ты таких еще не встречал, она сама признается, что почти обрусела в нашем бардаке, верно, хани?..

Все это единым залпом…

…В женской команде тоже убыль.

Но для дам предусмотрели «щадящий режим». Ведущий ласково беседует с участницами, усевшись с ними в кружок. Лиц не видно, над кронами сосен расцвел алый таежный закат, вьются тучи комаров, слышен гитарный перебор, полыхают огоньки сигарет.

— Как ты считаешь, Света, ты полностью выложилась?

— Да фигли, я сама вижу, что в третью ночь сплоховала…

— А что так? Усталость накопилась, или мужчины не те?..

Хохот, шушуканье. Кто-то подсказывает:

— Мужик у нее был клевый, я от него всю прошлую ночь орала.

— Не, мальчишки классные, что вы! — оправдывается из темноты Света. — Я даже подумала — на фига нам с той… ну, с нашей мужской командой потом встречаться, если и здесь парни отличные!