Игра в метаморфозы - Бернар Миньер

поняла, как действовал Болкан: сначала он надел себе на шею петлю со скользящим узлом, потом присоединил веревку к крюку, висящему на уровне его роста. После этого потянул за вторую веревку, которая привела в действие блок, и тянул до тех пор, пока, повинуясь силе тяги, его тело не отделилось от кресла. Тогда он быстро закрепил положение тела большим гвоздем, и ему осталось потерпеть несколько десятков секунд до полной потери сознания.

Сесар Болкан повесил сам себя. Как Мигель Ферран… не покидая инвалидного кресла… Прямо-таки жертвенный подвиг. Этот сукин сын предпочел сказать миру «прощай», но не расплачиваться за свои преступления.

Лусия почувствовала, как ее охватывает ярость. Ей ужасно захотелось поддать ногой по инвалидному креслу, но оно было вещдоком.

Выйдя из амбара, она нос к носу столкнулась с Саломоном. Лицо его покраснело, он запыхался и сильно вздрогнул, увидев у нее в руках оружие.

– Господи, что здесь происходит? Ты в порядке?

Не сказав ни слова, Лусия сделала ему знак войти в амбар.

– О боже! – только и смог выговорить он, глядя на кресло и на повешенного.

Она рассказала обо всем, что видела в доме. Саломон долго молчал, потом спросил:

– Думаешь, это он виновен в исчезновении ребенка той пары возле туннелей?

– Ну а кто еще?

– Но он же сам говорил: у него такое впечатление, что он всю жизнь провел в инвалидном кресле. А значит, он уже давно в таком состоянии. Это надо проверить. Если предположить, что это он убил ту пару возле туннеля, то, спрашивается, каким образом мог он в таком состоянии умертвить остальных?

– Но есть еще Анхель… Он мог помочь…

Когда они говорили, с их губ в ледяном сумраке слетали облачка белого пара. Саломон беспокойно огляделся.

– Куда делся этот Анхель? Есть мысли на этот счет?

– Никаких.

Криминолог помотал головой.

– Что-то тут не срастается. Человек, которого мы ищем, был с нами знаком. Он хотел, чтобы мы оказались замешаны в этой истории, и с самого начала манипулировал нами, как марионетками. Ты уверена, что никогда раньше не видела Сесара Болкана? – спросил он, указывая на тело.

– С таким приметным лицом я бы его запомнила. Уверена на сто процентов. И Анхеля тоже не видела. А ты?

– И я…

Проницательные глаза университетского профессора блеснули в полумраке, как два кусочка слюды.

– Очевидно, что человек, которого мы ищем, умен, склонен манипулировать людьми и прекрасно играет в шахматы. У Болкана, несомненно, есть все эти качества. И все-таки я не могу понять, зачем ему понадобилось втягивать нас в эту историю, если он даже не был с нами знаком? Есть тут какое-то несовпадение, какой-то трюк…

Лусия задумчиво посмотрела на него. Холод в амбаре пронизывал до костей.

– Сесар Болкан и еще кто-то?

Она подумала о тех, кто был изображен на фото. Саломон задумчиво кивнул:

– Возможно…

Лусия достала телефон.

– Надо предупредить Бустаманте. Пусть сообщит в отделение в Барбастро. Скажем им, что обнаружили Болкана, как он есть. Разумеется, в дом я не заходила. А еще я взяла вот это, – прибавила она, помахав дневником, который достала из кармана.

– Это еще что?

– Дневник педофила по имени Сесар Болкан, который предавался извращенным мерзостям в компании таких же негодяев, как и он сам.

Она направилась к дому.

– Я намерена положить его на место, пока не нагрянули кавалерия и научное подразделение. И еще мне надо там кое-что привести в порядок и в последний раз удостовериться, что нигде не осталось моей крови. К тому же дверца шкафа и трап должны остаться открытыми. Это им поможет найти то, что они должны найти… У нас мало времени.

Саломон вытаращил глаза.

– Какая дверца шкафа? Какая кровь?

– Потом объясню.

37

Вечер понедельника

Наступила ночь. Прожекторы освещали внутренность амбара, как театральную сцену. Сесар Болкан все так же висел над креслом все в той же странной позе.

Когда зажегся яркий свет, Лусия заметила, что его темно-лиловый, почти черный язык вывешивается изо рта, как кусок гнилого мяса, а судя по грязным брюкам, он здорово обделался. Вылезшими из орбит светло-голубыми глазами бывший сотрудник Гражданской гвардии таращился на хлопотавшую вокруг него научную полицейскую бригаду не то из Барбастро, не то из Уэски.

Лусия вернулась во двор. Внутри дома тоже шла работа. Окна и двери были открыты, на снегу отпечатывались желтые квадраты света, и тени в белых комбинезонах сновали взад-вперед.

За несколько минут до этого она позвонила Пенье. Патрон очень рассердился:

– Ведь ты же в отпуске!

– Ну скажем так, некоторые обстоятельства вынудили меня провести небольшое расследование в Верхнем Арагоне. Ребята из Университета Саламанки вместе со своим профессором проделали выдающуюся работу. – О ДИМАСе и о том, что ему удалось обнаружить, она уже докладывала. – Благодаря им мы теперь знаем, что гибель Серхио связана с другими убийствами. Я просто не могла не обратить внимания на такую версию.

– Ты могла бы подключить к этой версии Ариаса. Когда ты рассчитываешь все это обсудить?

– Я готова.

Она услышала, как он засопел в трубку.

– Черт тебя побери, Лусия, напоминаю тебе, что это дело бригады, а не одного следователя. Может, хватит работать в одиночку?

– Я не одна, со мной профессор Борхес.

– Ага, профессор Борхес, который не является членом нашего объединения, у которого нет соответствующей подготовки… Он просто университетский профессор, оторванный от реальности и не знающий, что такое работать на земле. И не забывай, что вести расследование он просто не умеет.

– Пенья, без профессора Борхеса и его студентов мы так и застряли бы, не сдвинувшись с места! Нам надо сейчас резюмировать все, что мы знаем и куда это нас приведет, а не размышлять, кому и что надо было делать!

– Герреро, ты не должна заниматься таким расследованием в одиночку, – ответил шеф, и в голосе его прозвучала холодная ярость. – На самом деле ты вообще не должна заниматься им, учитывая твои связи с жертвой.

– Я всего лишь разговаривала с людьми, задавала вопросы. И это все.

– Ты только что обнаружила труп, черт возьми! Что мы скажем судье? Что ты там делала?

– И слава богу, что труп найден. Иначе зверье успело бы сожрать его раньше, чем кому-нибудь пришло в голову туда заглянуть.

Лусия еще раз задала себе вопрос, куда делся Анхель.

– У Болкана был помощник по дому, – прибавила она. – Парень по имени Анхель. Мелкий дилер, приторговывает всякой гадостью: кокаин, анаболики… Мерзкий тип. Он куда-то исчез. Его надо найти, и как можно скорее. Гражданская гвардия Грауса, конечно