Зацепить 13-го - Хлоя Уолш

обожает машины, так что я знаю много марок по его рассказам, — торопливо пояснила я, отвлекаясь от опасных мыслей. — Это быстрая машина.

— Да, довольно неплохая на данный момент.

— На данный момент?

Джонни кивнул, закрыл заднюю дверцу и, наградив меня мимолетной улыбкой, открыл переднюю пассажирскую.

— Черт… — поморщился он. — Прошу извинить за бардак. Сегодня я планировал ехать один.

Моим глазам предстала кровавая бойня на переднем сиденье.

Вот это да!

Бардак — еще слабо сказано.

— Если тебе удобнее, могу сесть и сзади, — предложила я, решив не создавать ему дополнительных хлопот.

— Что? Нет, — возразил Джонни, почесав подбородок. — Я сейчас.

Нырнув в салон, он схватил в охапку пустые бутылки, носки, пластиковые контейнеры, упаковки жвачки, баллончики дезодоранта, полотенца и зашвырнул все на заднее сиденье.

Повторить эти действия пришлось еще трижды, пока сиденье не очистилось. В процессе он обнаружил черный бумажник, который запихнул в карман, сообщив, что как раз его искал.

Наконец, завершив импровизированную уборку, он выбрался из салона и застенчиво улыбнулся.

— Думаю, теперь можно ехать.

— Спасибо, что предложил меня подвезти, — улыбаясь, сказала я.

— Не за что, — ответил Джонни. — Я ж до сих пор перед тобой в долгу за разбитую голову.

— Ты ее не разбил, — поспешила возразить я. — Только мозги немного тряхнул.

— Вроде того, да, — поморщился Джонни.

— Итак, — начала рассуждать я вслух. — До моего дома пятнадцать миль. Значит, если считать деньги, угрозу отрезать Ронану пенис и эту поездку, мы в расчете.

— Он же не в твоем классе? — досадливо вздохнул Джонни. — Потому что это тоже можно уладить.

— У нас один общий урок дважды в неделю, — сказала я.

Наш третий год отличался сильным перекосом в мужскую сторону: восемьдесят мальчишек и только пять девчонок.

И все пятеро учились в одном 3А классе.

К счастью для меня, Ронан Макгэрри учился в 3D, поэтому, за исключением пары общих уроков, видеть его мне не приходилось.

— До сегодняшнего вечера он вообще не заговаривал со мной, — добавила я.

— Если он только попробует выступить, обязательно скажи мне, — прорычал Джонни. — Я решу этот вопрос.

— Решишь вопрос? — переспросила я. — Звучит так, как будто ты мафиози.

Джонни раскатисто засмеялся, открыл дверцу пошире и сказал:

— Прошу, Шаннон «как река». Садись в машину.

Он был так непредсказуем, а я так увлечена им, что не колебалась ни секунды.

Нырнула на пассажирское сиденье и защелкнула ремень безопасности, а потом смотрела, как Джонни захлопнул мою дверцу и обогнул капот, чтобы открыть свою.

Только когда он сел за руль и мы оказались в замкнутом пространстве салона, сердце у меня забилось быстрее, а внутри, как всегда, начала разрастаться тревога.

— Ну и холодрыга, — произнес Джонни.

Прежде чем завести мотор, он растер озябшие ладони.

Он был прав.

Снаружи и внутри стоял зверский холод.

— Поздновато уже ловить автобус. Занятия кончаются в четыре, — сказал Джонни, включая свет в салоне.

— Это я знаю, — ответила я, переплетя пальцы. Тело превратилось в сплошной комок нервов. — Но автобус в половине шестого — единственный, который идет в мою сторону.

— Отстой.

— Ну, это не ужасно, — ответила я, поправляя ремень. — Почти всю домашку сделать успеваю.

Я слегка передернула плечами, Джонни сразу это заметил и спросил:

— Тебе холодно?

Он включил обогреватель на полную мощность и снова стал растирать ладони. Сам он тоже дрожал.

— Сейчас растает, — сказал он, кивнув на тонкий слой льда на ветровом стекле.

— Да мне нормально, а ты бы куртку надел, — сказала я, глядя на его голые руки. — Или хотя бы джемпер. Сейчас не больше двух градусов. Так и заболеть недолго.

— Не, я привык, — отмахнулся он. — Почти каждую зиму провожу на поле под проливным дождем.

— Играя в регби, — задумчивым тоном добавила я.

— Ага. — Поднеся ладони ко рту, Джонни подул на них и продолжил растирать. — А ты играешь во что-нибудь?

— Нет, — ответила я, теребя пуговицу на пальто. — Но люблю смотреть.

Он склонил голову набок, внимательно разглядывая мое лицо.

— Часто смотришь регби?

Вес его взгляда я ощутила на своих щеках.

Они запылали.

— Нет, — промямлила я. — В смысле, я видела вашу игру на прошлой неделе, и каждый год смотрю Кубок шести наций, и еще иногда футбол. Но в основном ГАА — гэльский футбол и хёрлинг. — Я подняла на него глаза. — Мой брат Джоуи… ты с ним говорил по телефону… Он играет за Корк.

— Правда? — оживился Джонни. — Взрослый уровень?

— Нет. Ему всего восемнадцать, так что пока в юниорах, — ответила я. — Но я слышала, что на следующий сезон его могут пригласить во взрослый состав.

— Слушай, а ведь мне знакомо имя Джоуи Линча, — признался Джонни, рассуждая вслух. Он повернулся ко мне. — Он же учится в БМШ? Играет в команде по хёрлингу?

— Да, — кивнула я. — Он долго играл еще в футбол, как большинство парней, но когда его пригласили выступать за графство, футбол он бросил.

— Здорово, — выдохнул Джонни. Я чувствовала, что мои слова произвели на него впечатление. — Вообще попасть на уровень графства не так просто, — добавил он, прислоняясь к дверце. — А в Корке особенно, там конкуренция просто бешеная.

— Так и есть. — Ремень безопасности мешал мне повернуться к Джонни, и я ограничилась тем, что повернула голову. — Люди не представляют, насколько тяжело играть на этом уровне и оставаться на нем. Они думают, что спортсменам легко живется, что те избалованные и наглые. И понятия не имеют, какие жертвы каждый день приносят эти парни и что там за дверями раздевалки.

— Могу подписаться под каждым твоим словом, — ответил Джонни.

Он поставил ногу на сиденье, обхватил колено, а другую руку положил на руль. Все внимание Джонни было направлено на меня.

— Наверное, твой брат обеими руками держится за эту возможность?

— Мне кажется, что да, — ответила я, подумав о Джоуи и его отношении к жизни.

Странно.

Обычно я не особо разговорчива.

Во всяком случае, с малознакомыми людьми.

Но с Джонни все иначе.

По крайней мере, сейчас.

Я ощущаю странную раскованность, а искренний интерес Джонни побуждает продолжать разговор.

И потом, брат — безопасная тема.

Джоуи любят все, включая меня, и я невероятно горжусь его достижениями.

— Но пока он еще школьник. В этом году у него экзамены на аттестат зрелости, а вокруг столько соблазнов. Наш отец хочет, чтобы все время брата было заполнено только хёрлингом, но Джо — парень общительный. Ему тяжело отказать друзьям.

Я продолжала болтать, а Джонни внимательно слушал.

— Если честно, талант и навыки позволяют Джоуи играть на любом уровне, — убежденно говорила я, ценя каждый кивок Джонни. — Для него самая большая проблема —