Убийство в городе без имени - Кэйго Хигасино

выяснять подробности. Тут и выяснится, что это я вам рассказал.

– Нет, мы сделаем все аккуратно. Так, чтобы вам это не причинило неудобств. Можете нам поверить.

Пока Какитани упражнялся в красноречии, Маэда сидел рядом с опущенной головой.

Держа сигарету между пальцами, Такэси смотрел куда-то вбок. Посидев в этой позе, он потушил сигарету о край пепельницы.

– Хорошо, а если вот так… Мне не хочется самому начинать разговор. Но я готов ответить «да» или «нет» на вопросы, которые вы зададите.

Какитани явно не понимал, что на это ответить.

– «Да» или «нет»?

– Именно. Так подойдет?

Маэда молча стучал по клавиатуре ноутбука. Какитани взглянул на экран. Видимо, Маэда написал ему, что думает по этому поводу.

Какитани посмотрел на Такэси.

– Но мы ведь не знаем, о чем спрашивать. Не могли бы вы сначала сказать только, какого характера была беседа?

Такэси, скрестив руки на груди, коротко бросил:

– Наследство.

– Что?

– Наследство, я сказал. Умер человек, и родственники унаследовали его имущество. Дело касается этого. Больше я ничего не скажу.

Маё уставилась на Такэси, пытаясь понять, о ком он говорит.

Маэда снова постучал по клавиатуре. Какитани быстро прочитал написанное на экране.

– Как фамилия умершего?

В ответ на этот вопрос Какитани лицо Такэси изобразило усталость.

– Вы не слышите, что вам говорят? Я сказал, что отвечаю только «да» или «нет».

Маэда быстро постучал по клавишам. Какитани снова пробежал глазами написанное.

– Ладно, этот человек умер в апреле прошлого года? – неожиданно задал он конкретный вопрос.

– Да.

Маё удивилась моментальному ответу дяди.

– Причина смерти – авария?

– Нет.

– Болезнь?

– Да.

– Родственники покойного обратились к господину Эйити за советом или консультацией?

– Да.

– Но господин Эйити решил, что сам не сможет ответить. Поэтому посоветовался с вами?

– Да, но скорее не посоветовалься. А так – обсудил, пожаловался…

– Пожаловался… То есть для господина Эйити это было не очень приятно?

– Тут, пожалуй, отвечу «да». Он сказал, что говорит об этом с тяжелым сердцем.

– С тяжелым сердцем? Судя по этой фразе, его, возможно, попросили быть посредником?

– Да. Быть посредником в денежных делах никто не захочет.

– Он говорил, в чем конкретно состояла эта денежная проблема?

– На это отвечу «нет». Брат только слегка обмолвился, но ничего конкретного не сказал.

– Обмолвился… Может быть, у покойного было имущество? Или большие долги?

– Нет.

– Какой-нибудь наследственный спор?

– И это тоже нет.

– Может быть, пропало имущество, подлежащее наследованию?

Такэси немного помолчал и, слегка кивнув, сказал «да».

Было слышно, как Какитани втянул воздух.

– Вы полагаете, что господин Эйити знал непосредственные причины, по которым возникла эта проблема?

– Мне неизвестно, насколько подробно он это знал. Он говорил, кажется, что, мол, хорошо бы не разгорелся большой спор. Простите, но точно не помню.

Какитани посмотрел на сидевшего рядом Маэду. Обменявшись взглядами, они, видимо, пришли к общему мнению.

– Очень полезная информация. Спасибо за помощь, – и Какитани поклонился.

– Этого достаточно?

– Да, спасибо.

Такэси поднял чашку и сделал глоток.

– Кофе еще остался. Не хочется оставлять.

– Пожалуйста, не торопитесь, – сказал Какитани.

Маэда закрыл ноутбук и собрался убрать его в портфель. Но Такэси придержал его рукой.

– Что вы делаете? – впервые подал голос Маэда.

– Так вы кофе даже толком не попробовали. Хоть немного выпейте… Неудобно перед хозяином.

Маэда, скривив рот, показал явное неудовольствие.

– И правда, я, пожалуй, выпью. – Какитани поднял чашку и отпил глоток. – Да, действительно вкусно.

– Есть и пить надо с удовольствием.

– Совершенно точно.

– Кстати, мы ведь вам неплохо помогли. А на наши вопросы вы не могли бы ответить?

Обменявшись взглядами с Маэдой, Какитани повернулся к нему с любезной улыбкой.

– О чем вы хотели бы спросить?

– Только про одноклассников племянницы. Она сказала, что вы кого-то из них подозреваете…

Какитани отрицательно покачал головой и поставил чашку.

– Ничего подобного. На поминальной ночи и похоронах было много гостей, и мы просто хотели узнать, кто эти люди.

Какитани и Такэси, поставив локти на стол, наклонились друг к другу.

– Все мы взрослые люди, так что давайте без обиняков называть вещи своими именами. Согласны? Маё из-за вас мучается.

– Что? – Какитани удивленно посмотрел на Маё. – Мучаетесь? Это почему же?

Маё молча кивнула. Она понятия не имела, что собирается сказать Такэси.

– Как вы не понимаете? Из-за вас она не может больше доверять одноклассникам. Ведь так? Может быть, они убили ее отца. Ей еще придется с ними встречаться, и каждого она должна подозревать. Вам ее не жалко?

– Да нет, мы спрашивали просто для сведения; мы вовсе не считаем их подозреваемыми.

– Тогда скажите хотя бы, у кого из них есть алиби, а у кого нет. Я не приму отказ. Вы же и у Маё, и у меня спрашивали про алиби…

– Думаю, что в этом случае получится именно так.

– Ну вот… Скажите, каков результат. Маё сможет спокойно общаться с теми, у кого есть алиби. Ну, что скажете?

Маё согласно кивнула. Она поняла, что здесь лучше не говорить ничего лишнего и положиться на Такэси.

– Я все понимаю, но рассказать вам об этом…

– Нельзя, что ли?

– Прошу меня простить.

– Мы не можем раскрывать тайну следствия, – нервно вставил Маэда.

– Что поделаешь… – Такэси отодвинулся от стола и развалился на стуле.

– Надеюсь, вы нас понимаете, – сказал Какитани с признаками надежды на лице.

– Раз так, придется действовать самому. Буду с каждым встречаться и спрашивать про алиби.

При этих его словах оба полицейских напряглись.

– Нет-нет, нет. – Какитани даже привстал со стула, размахивая руками. – Этого нельзя делать; пожалуйста, только не это!

– Почему нельзя? Это же вас не касается.

– Это препятствование следствию, – сказал Маэда. – При работе с фигурантом необходима предварительная подготовка, важно не насторожить его. Вы своими необдуманными действиями сведете на нет большую подготовительную работу.

– Я такие вещи знать не обязан.

– То есть ничего страшного, если мы не поймаем преступника? – Маэда прищурился.

– Да, если ради этого нужно принести в жертву счастье живого человека.

– В жертву – это слишком.

– Что? Ну-ка, повтори! – Такэси привстал со стула.

– Ну-ну, успокойтесь, – быстро вмешался Какитани, – давайте все успокоимся. Выпьем кофе.

Такэси сел, и, несколько раз глубоко вздохнув, снова привалился к столу.

– Давайте заключим сделку. Если скажете, у кого есть алиби, ничего лишнего делать не буду. И никому об этом не скажу. Обещаю. Я не собираюсь мешать следствию. Хочу, чтобы убийца брата был пойман как можно быстрее. Но мне тяжело смотреть, как мучается племянница. Неужели вы, господа Какитани и Маэда, не можете этого понять? – Последние слова он произнес слезливым голосом.

Полицейские растроганно посмотрели друг на