Джейн и Эмма - Джоан Айкен

Она не видела Фрэнка в течение десяти дней. Он часто надеялся, намеревался приехать, но всякий раз что-то мешало. Его тетя действительно была серьезно больна — сомнений в этом не было. А вскоре выяснилось, что Лондон не то место, где она могла почувствовать себя лучше. Она не выносила шума, поэтому ее нервы пребывали в постоянном напряжении, и в своем новом письме, которое Фрэнк прислал отцу уже через десять дней, он сообщил об изменении планов. Теперь Черчилли собирались немедленно переехать в Ричмонд. Там вроде бы жил очень хороший доктор, да и вообще тете Фрэнка хотелось пожить в этом месте. На май и июнь был снят полностью меблированный дом.

Мистер Уэстон был вне себя от радости.

— Теперь Фрэнк действительно будет совсем рядом! Что такое девять миль для энергичного молодого человека — час езды верхом. Он сможет навещать нас почти каждый день — переезд в Ричмонд позволит нам общаться чаще. Теперь мы уж точно можем назначить день бала. Майский бал! Что может быть лучше! Даже у дражайшего мистера Вудхауса не будет поводов для беспокойства насчет сырости и сквозняков.

День бала назначили; но Джейн после столь частых изменений планов осталась почти равнодушной к его приближению. «Какие удовольствия он может мне принести?» — спрашивала она себя. И потому готовилась к вечеру спокойно и механически, укладывая волосы в прическу в парижском стиле, как она однажды сделала для Рейчел, украшая их блестками и бусами.

— О, дорогая, твои волосы! Это нечто восхитительное! Не сомневаюсь, твою прическу заметят все! Ах, вот и экипаж, направленный добрейшим мистером Найтли, чтобы отвезти бабушку в Хартфилд. А вы, мэм, пожалуйста, не забудьте шаль, потому что вечера сейчас еще не теплые. Я имею в виду большую красивую шаль, которую вам прислала миссис Диксон — наши друзья так добры! — красивую голубую шаль. Полковнику Кэмпбеллу больше понравилась оливковая, я помню, Джейн говорила, но я уверена, что голубая подходит лучше. Выбирали из трех шалей — я помню, Джейн говорила, но остановились на голубой. Скоро, мэм, я уйду с бала, чтобы привезти вас домой, ведь я знаю, что мистер Вудхаус не любит засиживаться допоздна. Вы можете ожидать меня примерно в половине десятого. Большой привет и наилучшие пожелания мистеру Вудхаусу. Джейн, ты готова? Я вижу, что за нами подъехал экипаж мистера Элтона. Боже мой, как много экипажей останавливается сегодня у нашего порога! Люди подумают… А ведь здесь совсем рядом — рукой подать, — надо только перейти дорогу. Хотя, конечно, идет небольшой дождик — или почти идет, — Патти назвала бы это моросью…

Улыбающийся Фрэнк ждал их у двери гостиницы — с зонтиком. Его восхищенные глаза сказали Джейн, как он ею любуется. И она почувствовала себя лучше. Большие, просторные комнаты были заполнены людьми, хорошо знавшими друг друга, цветная бумага приглушала и делала более мягким свет свечей.

Элтоны уже прибыли, и их познакомили с Фрэнком. Джейн слышала, как миссис Элтон сказала:

— Очень красивый молодой человек, мистер Уэстон. Рада сказать, что он мне очень понравился. Настоящий джентльмен без заносчивости и фатовства. Вы должны знать, я терпеть не могу пижонов — более того, я от них в ужасе! Их никогда не приглашали в дом моего родственника в Мейпл-Гроув. Ах, Джейн, дорогая! Экипаж заехал за вами вовремя? Вы в белом — это очень правильно! Мне нравится, когда молодые девушки носят белое. А ваши волосы… какая элегантная прическа! А как вам нравится мое платье? Вы одобряете эту отделку? Я полагаюсь на ваш вкус. Как вы считаете, Райт меня удачно причесал? Что вы вообще думаете об этой моде? Никто не думает об одежде меньше, чем я, — как правило. Но поскольку этот бал дан в мою честь… Я почти не вижу жемчугов в этой комнате — кроме моих. Даже у мисс Вудхаус их нет. А что вы думаете об этих кружевах? Разве они не очаровательны? Говорят, Фрэнк Черчилль — превосходный танцор. Посмотрим, подойдут ли наши стили. Очень приятный молодой человек, этот Фрэнк Черчилль. Мне он очень понравился.

Фрэнк, перехвативший взгляд Джейн, медленно и со значением подмигнул ей — так, чтобы не заметила миссис Элтон; Джейн задохнулась, хихикнула, прикрываясь веером, и быстро оглянулась по сторонам. Но ее настроение улучшилось.

Оно снова ухудшилось, когда начался бал: его открыл мистер Уэстон с миссис Элтон; за ними следовали Фрэнк и Эмма Вудхаус — Фрэнк напомнил ей о данном раньше обещании. Джейн была вынуждена принять приглашение мистера Элтона, который танцевать совсем не умел, но явно мнил себя великим танцором, все время кланялся и лучился улыбками.

Мистер Найтли, как успела заметить Джейн, не танцевал; он стоял среди людей старшего возраста и выглядел мрачным; Джейн уже не в первый раз подумала, как он красив и насколько выделяется среди деревенских сквайров и городских хлюпиков. Зачем он пришел на бал, если не танцует? Она бы предпочла в качестве партнера его, а не Элтона. То, что Элтоны ни с того ни с сего решили ее опекать, имело множество неудобств. Ей очень хотелось найти способ — любой, — чтобы оказаться подальше от них.

Ей этого захотелось еще сильнее, когда она увидела, как мистер Элтон резко и незаслуженно оскорбил бедную Харриет Смит. Миссис Уэстон пригласила его потанцевать с мисс Смит, единственной юной леди, сидевшей у стены, на что он громко ответил:

— Мисс Смит? А я и не заметил. Но я теперь, знаете ли, женатый человек, миссис Уэстон, и дни, когда я танцевал, остались далеко в прошлом.

Поскольку он танцевал с Джейн не более получаса назад, она могла себе представить, с каким удивлением и досадой услышала эти слова бедная мисс Смит, тем более что он обменялся со своей супругой понимающими многозначительными улыбками.

Уже в следующий момент мистер Найтли вышел вперед и пригласил Харриет Смит на танец. Джейн, танцевавшая с Фрэнком, видела, что глаза Харриет полны слез, а на мистера Найтли она взирает, как на божество. У бедняжки был такой вид, словно ее приговорили к казни на эшафоте и неожиданно помиловали. Если она и испытывала какие-то чувства к мистеру Элтону, то теперь наверняка излечилась. Ну что за отвратительный человек! Джейн с удовольствием заметила, как мистер Элтон с весьма глупым видом удалился в комнату для игры в карты.

Подали ужин, и на этот раз Джейн чувствовала себя намного лучше, потому что ее вместе с тетей Хетти, только что вернувшейся после того, как она проводила домой старую миссис Бейтс, которая коротала вечер с мистером Вудхаусом, сопровождал к столу Фрэнк.

— Я уходила, поскольку должна была уложить бабушку в постель, и теперь вернулась, и никто моего отсутствия не заметил. О, Джейн, представляю, как мы расскажем бабушке о здешних блюдах! Суп тоже! Ей-богу, мне не следовало есть так скоро, но запах буквально сводит с ума…

— Вы потанцуете со мной еще раз? — спросил Фрэнк после ужина.

— Не будет ли это расценено как знак особого внимания ко мне?

— О нет, уверен, что нет.

— Разве вам не следует танцевать с мисс Вудхаус? — спросила Джейн с ощутимой прохладцей в голосе?

— С какой стати? Она прогуливается с мистером Найтли и кажется весьма довольной этим.

— Ну, тогда…

— Идите же, мисс Вудхаус, мисс Отуэй, мисс Фэрфакс! — закричала миссис Уэстон. — Чем вы все заняты? Эмма, покажите пример своему кавалеру! Вы спите на ходу!

Заиграла музыка, бал продолжился.

Джейн шла домой и думала, что мистер Найтли, пожалуй, даже лучше, чем она раньше считала, а мистер Элтон — стократ хуже.

На следующий день после бала в Хайбери произошло драматическое событие, в котором волею случая участвовали мисс Смит и мистер Фрэнк Черчилль. Джейн Фэрфакс не была ему свидетельницей, но, разумеется, в свое время ей рассказали о нем во всех подробностях самые разные люди, которые тоже ничего не видели сами, но слышали обо всем из того или иного источника.

Фрэнка ждали в Ричмонде в середине дня, поэтому он должен был уехать утром, но ухитрился заглянуть к дамам Бейтс под предлогом того, что должен вернуть тете Хетти ножницы, которые позаимствовал во время бала, чтобы подрезать фитили свечей. Мисс Бейтс была в церкви, и он получил возможность пять минут поговорить с Джейн. Они пришли к единому мнению, что мистер Элтон повел себя отвратительно по отношению к Харриет Смит, а его супруга невыносимо вульгарна.

— Эмма была в ярости. Она сказала, что Элтон опозорил сам себя.

— Зато мистер Найтли повел себя очень благородно, — заметила Джейн, желая отвлечь внимание Фрэнка от Эммы Вудхаус.

— Найтли вообще славный малый, — сказал Фрэнк. — Не знаю только, почему он меня невзлюбил.

А потом он заговорил о Швейцарии:

— Раз уж мы не можем строить текущих планов, давайте строить долгосрочные. Когда-нибудь я повезу вас в Женеву, покажу Шильонский замок. О, вам понравятся высокие горы и прозрачные озера. Природа Швейцарии выгодно подчеркнет вашу красоту.