За Веру, Царя и Отечество - Валерий Шамбаров

Подготовка пехоты существенно отличалась от нынешней. Ведь штыковой бой все еще имел очень важное значение. И обучение ему отнюдь не сводилось к приемам «бей-коли». Существовало целое искусство фехтования на штыках, и оно считалось сложнее, чем фехтование на саблях, которому учили конницу. Отличалась даже служба военных музыкантов — на них дополнительно возлагались обязанности санитаров и похоронной команды. А вот пулеметчики были «элитой», и даже в пехотных полках могли оскорбиться, если их путали с пехотой — сами они причисляли себя к коннице. Пулеметы вообще являлись новым грозным оружием, и расчет одного «максима» состоял не из 2 бойцов, как впоследствии, а из 9. Командир — унтер, наводчик, его помощник, дальномерщик-наблюдатель, подносчик патронов, пулеметная и патронная двуколки с ездовыми, двое верховых — разведчики и связные. И полковая пулеметная команда из 8 пулеметов, 80 чел. и 16 легких повозок была сама по себе сильным и очень мобильным подразделением.

15.8 Иванов издал директиву о наступлении. Из-за разницы сроков развертывания 8-я армия выступала 18.8, 3-я — 19.8, а 4-я и 5-я, расположенные западнее, с сосредоточением запаздывали, и им начало наступления назначалось на 23.8. 8-й армией командовал бравый кавалерист Алексей Алексеевич Брусилов. В юности он был изрядным повесой, из Пажеского корпуса был отчислен за неуспеваемость, и экзамены ему пришлось сдавать экстерном. Драгунским поручиком участвовал в Турецкой войне, отважно сражался на Кавказе, получив 3 ордена и чин штабс-капитана. Со временем остепенился, стал к себе более строгим. Закончил Офицерскую кавалерийскую школу и был оставлен в ней преподавателем, а с 1906 г. находился в строю, командовал различными соединениями, дослужившись до чина генерала от кавалерии. У него было 3 неполных корпуса — 7-й, 8-й и 12-й (одну бригаду из 12-го он должен был выделить во фланговый Днестровский отряд ген. Павлова), всего — 139 тыс. штыков и сабель при 472 орудиях. В будущем ожидалось еще прибытие 24-го корпуса и трех казачьих дивизий.

Австрийцы попытались сорвать наступление упреждающим ударом на левом фланге. 17.8 их части вторглись на русскую территорию и атаковали г. Каменец-Подольск. 7 рот ополчения, составлявших местный гарнизон, отошли без боя, и противник занял город, наложив на него большую контрибуцию под угрозой артиллерийской бомбардировки. Обеспокоенный Иванов потребовал от Брусилова выделить силы, чтобы выбить врага, но командующий армией возразил, что разбрасываться не стоит. И указывал, что как только начнется наступление, австрийцы уйдут сами, опасаясь быть отрезанными. Алексеев поддержал Брусилова. На следующий день, сбив заслоны противника и оттеснив от берега прикрывающую его кавдивизию, главные силы 8-й армии стали форсировать пограничную реку Збруч. Приказ Брусилова, изданный по этому поводу, гласил: "Поздравляю славные войска армии с переходом границы. Приказываю объяснить нижним чинам, что мы вступаем в Галицию, хотя и составную часть Австро-Венгрии, но это исконная Русская земля, населенная, главным образом, русским же народом, для освобождения которого война ведется…"

Его предположения вполне оправдались. Едва узнав о переходе Збруча, австрийцы поспешно отступили из Каменец-Подольска, причем контрибуцию вернули до копейки — зная, что и русские на их земле могут ответить тем же. Наступление Юго-Западного фронта стало для противника полной неожиданностью — ген. Конрад рассчитывал, что фронт сможет завершить мобилизацию и начать активные действия еще недели через 2. На тыловых позициях стали спешно собираться силы для отражения удара. С Балканского фронта начали перебрасывать 2-ю армию. А навстречу Брусилову, чтобы задержать его на рубеже р. Серет, были высланы 3 кавалерийских дивизии и несколько пехотных бригад. Но конница, продвигающаяся в авангарде 8-й армии, своевременно обнаружила врага и опрокинула одной атакой. Кого порубили, кого обратили в бегство. Захватили 1 орудие, пленных и взяли г. Тарнополь (Тернополь).

А по соседству успешно продвигалась 3-я армия. Командовал ею генерал от инфантерии Николай Владимирович Рузский. Он успел повоевать на Турецкой в составе лейб-гвардии Гренадерского полка, потом окончил Академию Генштаба. На Японской был начальником штаба 2-й армии. Считался хорошим теоретиком, состоял членом военного совета при военном министре, был одним из авторов нового Полевого устава и ряда наставлений. Войск у него было побольше, чем у Брусилова, — 4 корпуса (21-й, 11-й, 9-й и 10-й), да и сами корпуса были более многочисленные. В армии насчитывалось 215 тыс. чел., и 685 орудий. Кавалерия Рузского с налета, разгромив защитников, взяла приграничные города Лешнюв, Станиславчик, Броды. Но дальше ей навстручу была брошена венгерская конница, во встречных боях потеснила назад. Австрийцы попытались остановить части 3-й армии на р. Стырь. При содействии кавалерии они здесь пробовали нанести контрудар, но вовремя подтянутые казачьи батареи встретили их шрапнелью, а умело размещенные пулеметы фланговым огнем. Атаки были отбиты с большими потерями для противника, а русская 11-я кавдивизия форсировала Стырь под Ловишчами, смяла фланг противостоящей группировки и вышла в ее тылы, заставив врага спешно отступать дальше. 3-я армия, развивая прорыв, устремилась на Злочев и Каменку-Струмилово (Каменка-Бугская).

На северном участке дело пошло далеко не так гладко. Пользуясь задержкой 4-й и 5-й армий, австрийцы перешли границу первыми и встретили их на русской территории. Правофланговая 4-я русская армия Зальца включала в себя 14-й, 16-й и Гренадерский корпуса и насчитывала 109 тыс. бойцов при 426 орудиях. Противостояла ей 1-я австрийская, в которой было 228 тыс. чел. и 468 орудий. Кроме того, с ней взаимодействовали группа ген. Куммера и германский корпус Войрша. Противнику удалось обмануть Зальца. Его войска двинулись с севера на юг, растянувшись на 75-километровом фронте и, казалось, одерживали победу. Но перед ними находились лишь незначительные отряды, преднамеренно отступавшие. А основные силы сосредоточились западнее, и когда Зальц подставил свой фланг, нанесли по нему мощный удар. Попавшие под него части бокового охранения — 2-я стрелковая бригада и конная группа князя Туманова, понесли потери и были отброшены. Дальше противник обрушился на правофланговый 14-й корпус и после жестокого боя под Красником заставил его отступить. В результате этого между р. Вислой и ядром 4-й армии образовался промежуток в 25 км, прикрытый только частями конницы, и австрийцы бросили в прорыв пехотный корпус и 3 кавдивизии, намереваясь выйти в тылы Зальца, захватить г. Люблин с проходящей там железной дорогой и таким образом отрезать русских от их коммуникаций. Более глубокий обход осуществляла группа Куммера из 3 пехотных и кавалерийской дивизий, двигавшаяся по левому берегу Вислы от Кракова — тоже на Люблин.

Спастись 4-я армия смогла только своевременным отступлением. Зальц за неумелое руководство был снят, и на его место назначили 57-летнего Алексея Ермолаевича Эверта. В Маньчжурии он был начальником штаба у Куропаткина, потом командовал войсками Иркутского округа, был наказным атаманом Забайкальского Казачьего Войска. По натуре он являлся скорее штабным, чем командным работником, причем знаменит был крайним педантизмом — например, перед началом операции высчитывал необходимое количество боеприпасов даже не до сотен а до единиц снарядов. Но в ситуации с 4-й армией его акуратность и деловитость пришлись очень кстати. Он сумел восстановить управление отступающими войсками, наладить их боепитание, организовать оборону. К тому же армии начинали операцию не в полном составе. И 4-я по мере отхода усиливалась частями, отправленными ей вдогон. К 27.8 она заняла позиции южнее Люблина на фронте 90 км. И все попытки австрийцев прорвать ее оборону или обойти фланги успеха не имели, многочисленные атаки были отражены, и противник на этом участке был остановлен.

Во многом по вине 4-й армии попала в трудное положение и соседняя, 5-я. Командовал ею 64-летний генерал от кавалерии Павел Адамович Плеве. По своему характеру — человек очень скромный, но волевой и энергичный. И талантливый военачальник. Молодым офицером Генштаба участвовал в Турецкой, служил в строевых частях и штабах, а перед войной командовал войсками Московского округа. У него было 4 корпуса — 25-й, 19-й, 5-й и 17-й, но к началу наступления тоже неполных (147 тыс. чел. и 456 орудий). А навстречу выдвигалась 4-я австрийская армия — 250 тыс. чел. и 462 орудия. Причем местность здесь была очень удобной для маскировки — леса, поймы рек, что позволило противнику расположиться скрытно, и разведка значительных сил перед армией не обнаружила. А 23.8, когда началось сражение у Красника, Плеве получил приказ помочь 4-й армии. Он развернул войска, двинувшись на запад. И тут же, на марше, получил фланговый удар. Одна австрийская группировка восточнее г. Томашова обрушилась на 35-ю пехотную и 7-ю кавалерийскую дивизии, шедшие уступом сзади. Отбросила их на север и прорвалась в тылы армии. Другая группировка под Замостьем ударила в стык между 4-й и 5-й русскими армиями, чтобы не дать им соединиться.