Военная клятва (ЛП) - Элизабет Вон

— Неужели вы думаете, что Айсдра не корит себя за то, что не предложила Эпору подобную процедуру? Если бы она только постучала ему по спине, может, он бы не умер. Никто не знает пути ветра, Лара. Ты только сойдёшь с ума, пытаясь предугадать будущее и обдумывая все «если бы».

Мне пришлось улыбнуться.

— Ты говоришь как Эльн.

— Мудрый человек.

Маркус усмехнулся и поднял гору грязных тарелок. Я понаблюдала за его действиями, но остановила, когда он направился на выход.

— Маркус? А Айсдра?..

Он вздохнул и посмотрел на меня долгим взглядом.

— Она дала обещание, Лара, а Айсдра не из тех, кто бездумно отказывается от своих слов. — Он посмотрел на вход в шатёр. — Но разрушение уз очень болезненно.

— Так было с тобой?

Он повернулся ко мне, и тарелки в его руках задрожали.

— Откуда ты знаешь?

Я сделала шаг назад, испугавшись его неожиданного гнева.

— Один человек сказал…

— Не твоё дело или чьё-либо ещё. Никогда не заговаривай об этом при мне, — выплюнул Маркус и ушёл.

Я уставилась на вход, сбитая с толку неожиданной переменой. Внезапно на меня накатила такая усталость, что я обмякла. Нам всем сейчас не хватало терпения и сил.

Моё внимание привлёк чей-то голос, и я вышла из палатки, только чтобы услышать, как меня зовёт Кир. Богиня помоги, он должен оставаться в постели.

Я подошла к палатке и увидела Рэйфа и Преста, стоящих на страже. Кир снова прокричал моё имя. Я посмотрела на них и улыбнулась.

— Никто не желает научиться одной игре?

Конечно, я недооценила их феноменальную память. Точнее не совсем память. Мне и в голову не могло прийти, что они могут вести игру в уме, не имея доски перед глазами.

Рэйф и Прест обрадовались шахматам, как утка воде. Они живо научились ходам от Кира и приступили к игре. Это поможет Рэйфу не надорвать силы. Я беспокоилась, что он встал на стражу, не полностью выздоровев. Конечно, сидение и убивание времени за шахматами не так хорошо, как сон, но приходится мириться с чем есть.

К счастью, Маркус тоже заинтересовался игрой и начал задавать вопросы про ходы и фигуры. Я проверила, что они ходят правильно, и оставила их наедине. Я думала убить двух зайцев одним выстрелом, так как Киру было теперь с кем играть, и он вместе с Маркусом могли отдохнуть за игрой. Но Маркус называл свои ходы Киру, не отрываясь от работы.

Игра заняла их на большую часть дня. Я регулярно приходило проведать Кира, но всё было хорошо, за исключением терзавшего меня странного чувства. Казалось, Кир и Рэйф о чём-то беспокоились, но мне не говорили, хотя казалось, Рэйф вот-вот задаст мне вопрос, но отчего-то передумывает в последнюю минуту. Кира же просто что-то раздражало.

В конце концов, когда Рэйф посмотрел на меня странным взглядом где-то в десятый раз, я не выдержала:

— Рэйф, ты хочешь меня о чём-то спросить?

Рэйф выпрямился и бросил умоляющий взгляд на Преста. Тот лишь пожал плечами.

— Трофей, некоторые воины волнуются.

— Волнуются? — нахмурилась я.

Может, у них осложнения, о которых мне не сказали.

— Да, — кивнул Рэйф. — Особенно мужчины.

Мужчины? Я задумалась ненадолго, и тут до меня дошло. Ну конечно. Их мужчины не привыкли к болезням и их проявлениям. Я прикрыла рот ладонью, стараясь скрыть улыбку, думая о Рэйфе и его четырёх «няньках». Только взяв себя в руки, я заговорила серьёзным тоном:

— Рэйф.

— Трофей?

— Рэйф, иногда, при некоторых болезнях у мужчин могут возникать проблемы: затяжные эффекты, которые могут их беспокоить.

Рэйф был весь внимание.

— Проблемы?

Он чуть опустил взгляд, но затем снова посмотрел мне в глаза.

— Проблемы, — уверено сказала я. — Бывает их… тела… работают не так как в прошлом. Но это пройдёт, как только вернутся все силы.

— Во как. — Рэйф задумался. — Я могу об этом рассказать?

— Конечно.

Он встал уйти, и я подняла ладонь.

— И, пожалуйста, передай, что они могут обращаться ко мне с подобными… проблемами.

Он замер.

— Вы уверены? Вас сложно понять, трофей, у вас такие странные обычаи. Никто не желает смущать вас, чтобы не прогневать военачальника.

— Я стесняюсь своего тела, Рэйф. Но не тел своих пациентов. У меня есть символ. Я знаю, что это значит. Скажи им его использовать.

— Обязательно, трофей.

Я посмотрела, как он уходит поделиться со всеми вестями, а затем повернулась и окинула взглядом палатку. Кажется, мне надо перекинуться парой слов с одним очень капризным и очень обеспокоенным военачальником.

— Это называется ничьёй.

Кир и Прест уставились на меня. Я молча посмотрела на доску.

— Когда ни один из игроков не может объявить второму мат, это называется ничьёй. В игре нет победителя.

— Но победитель всегда есть, — объявил Кир.

— И проигравший, — согласился с ним Прест.

Я закатила глаза.

— Не всегда. Кир, ты вот не одержал чистую победу над Кси.

Он по-мальчишески улыбнулся.

— Но я получил свой трофей, разве нет?

Я покраснела. К счастью, Прест продолжил изучать доску.

— Здесь нет фигурки трофея, — пробурчал он.

Каким-то образом они определили всем фигурам пол. Им не понравилось, что королева единственная женская фигура на доске. Не знаю, как они распределили роли, но они остались довольны. Теперь оба пристально смотрели на оставшиеся фигуры. В конце концов, Кир откинул спину.

— Без военного трофея, предлагаю перегруппировать наши войска и встретиться в бою ещё раз.

Прест кивнул, и они принялись расставлять фигуры на исходные позиции.

Я хотела было заспорить, но захлопнула рот. Подозреваю, что к тому времени, как мы вернёмся в Кси, правила этой игры изменятся до неузнаваемости.

В шатёр вошёл Ортис, нагнув голову, чтобы не стукнуться о потолок.

— Бумаги из города Водопадов, военачальник.

Мы оба подняли взгляд и увидели кипу писем в его руке. Он вывалил их на кровать в ноги Кира.

— Обменялись ими на расстоянии, как было приказано.

Я подняла взгляд. Ортис улыбнулся и кивнул.

— Я отправлю ваши бумаги тем же способом, трофей.

— Спасибо, Ортис.

Прест встал, когда вошёл Ортис, убрал доску подальше с кровати и откланялся. Я начала перебирать письма, ища знакомый почерк. Большая часть была официальными посланиями от совета, но я нашла одно письмо от Эльна, Озара и ещё одно письмо от Симуса.

Я замерла, уставившись на восковую печать, чувствуя, как трещит плотная бумага в моих руках. Не знаю, хочу ли знать их содержание. Они могли принести мне весть о эпедемии и её последствиях. Я подняла голову и, увидев терпеливый взгляд Кира, сломала сургуч с письма Озара.