Литература как социальный институт: Сборник работ - Борис Владимирович Дубин

над читателем, ненавязчивости, стремлении предоставить в случае необходимости разные варианты текста и издания, сориентировать читателя в широкой области знаний, а также вывести его на другие виды литературы, т. е. стимулировать его читательский и научный спрос. Фишеровские серии, в отличие от изданий «УТБ», предназначенных все же специалистам, хотя и более широкого профиля, чем представители лишь данной области знания, рассчитаны на сравнительно широкие круги «образованных», интеллигенцию или интеллектуалов, желающих быть в курсе идей или основных концепций ведущих философов или мыслителей, ученых «нашего» времени. Эти издания краткосрочны, они адресованы именно сегодняшней публике и ее интересам, т. е. глубина воспроизводства социальных отношений (в культурном времени) относительно невелика и вряд ли больше одного цикла воспроизводства.

По своему функциональному значению это среда «рецепторов», усваивающих в широком объеме новые культурные смыслы, идеи и ценности, вырабатываемые творческой и продуктивной элитой (интеллектуальной, научной и т. п.). Эти круги – носители и создатели «общественного мнения» – должны быть ознакомлены в более или менее достаточном объеме с некоторыми (отнюдь не самыми значительными и фундаментальными по характеру разработки темы и сравнительно небольшими по объему) работами, доступными широкой публике по типу изложения, но все же сохраняющими принципиальную суть того или иного учения и концепции. Состав авторов при этом ограничен самыми признанными в академической среде именами, более того – это авторы, идеи которых уже длительное время популяризируются тем или иным образом, вокруг которых уже сложился ореол учителей и мудрецов. Таковы, скажем, публикации в этой серии Фрейда, Юнга, Хоркхаймера или Адорно. Так, томик М. Хоркхаймера в серии «Книги знания» издательства «Фишер» (№ 6015) содержит всего лишь 4 его эссе, дающих некоторое представление о характере его идей в целом: «Традиционная и критическая теория», «Материализм и метафорика», «Эгоизм и движение свободы», «Авторитет и семья». Другой томик его работ (№ 6540) представляет речи и доклады 1930–1972 гг. Как правило, подобные выпуски сопровождаются каноническими портретами авторов, что уже одно говорит о характере издания – необходимость персонификации значима лишь для публики, конституированной совершенно иными механизмами и ценностями, нежели научные. Здесь важны даже небольшие элементы (поскольку существует общий стандарт их или канон) аффектированных и эмоциональных связей, физиогномическая информация, позволяющая возникнуть персонифицируемым отношениям, отдаленно напоминающим связь между «звездой» и ее поклонниками, создаваемую средствами масскультуры и средств массовой коммуникации, особенно иллюстрированными журналами.

Характер серии и подбор произведений в них задают отношения, в определенном смысле отличные от отношений равноправных партнеров, существующих между членами академического сообщества. Способ организации текстов, сериальный принцип издания указывают на то, что имеет место передача образцов культуры с высоких ее уровней группе рецепторов, использующих это знание и образцы. Понятно, что в процессе подобной передачи совершаются отбор, препарирование и известное упрощение культурных образцов и их интерпретаций, но лишь в таком именно, адаптированном виде они могут быть использованы в социальном обиходе, т. е. быть включены в последующие отношения данной группы (или социальной категории) со всеми прочими группами, являющимися в социологическом смысле исполнительской периферией. Социальная роль этой группы репродукторов, ее функциональное значение в жизнедеятельности всего общественного целого заключаются в том, что она осуществляет экстенсивное распространение некоторых новых образцов, вырабатываемых творческой элитой, в неинновационных средах, транслируя тем самым импульс динамического развития, адаптируя и пуская в общий оборот новые смыслы, идеи, технические изобретения «разменной мелочью» повседневной публицистики, просвещения, социальной работы, текучкой рядовых событий искусства, культуры, СМК, бытовой техники. Именно эти круги, сами не будучи креативными, творческими, создают определенную интеллектуальную, нравственную и идейную атмосферу образованного общества, а также, что не менее значимо в определенных аспектах, – социализируют новые поколения. Например, поскольку в учебниках для средних школ и гимназий ФРГ соответствующие разделы отведены краткому ознакомлению учащихся с концепциями основных немецких ученых, философов, социологов, политических мыслителей, в частности с некоторыми положениями веберовской концепции бюрократии, «рационализации как судьбы западной культуры» и т. п., то издания типа «Фишер» или «УТБ» должны обеспечить преподавателей соответствующими сведениями и текстами. Эти концепции, идеи, тексты, подчеркнем еще раз, получили свою апробацию в качестве национального фонда культуры, науки, интеллектуальных проектов и идеологических учений. Поэтому и подача их в изданиях подобного «фишеровскому» типа носит, при всей сравнительной широте информации, достаточно нормативный или суггестивный характер, не предполагающий самостоятельной критико-аналитической работы, хотя, поскольку приведены сведения о первоисточниках, допускающий последующее, более глубокое знакомство с основными текстами или текстами иного, критического рода.

От изданий такого типа следует отличать сравнительно недорогие книги для специалистов в мягких обложках. Таков, например, том «Социология права Макса Вебера», вышедший несколькими изданиями в издательстве «Luchterhand» (серия «Социологические тексты», вып. 2; 1-е изд. – 1960 г.). Хотя эта книга и карманного формата (как и вся серия), но ее объем весьма существенен: 453 страницы, что значительно превышает средний объем томиков упомянутой серии издательства «Фишер» (100–200 страниц) или «УТБ». Данное издание отличается также наличием предисловия издателей-редакторов, ведущего специалиста (Й. Винкельмана), излагающего историю разработки проблематики, особенности интерпретации тех или иных сложных вопросов, принципы издания и т. п., поскольку в данном случае речь идет среди прочего и о публикации рукописей или журнальных вариантов и статей. Кроме того, том сопровождают обширные предметные и именные указатели, большой по объему тематический библиографический раздел, критико-текстологические комментарии. (Характерно, что при этом указывается, что издательские права на тексты работ М. Вебера принадлежат издательству «Й. К. Б. Мор (Пауль Зибек)».) Общий объем справочного аппарата в данном издании составляет свыше трети всего объема книги. Клапаны суперобложки содержат цитаты из отзывов и рецензий ведущих научных и специализированных журналов о значении работ Вебера в данной области, характере подготовки и публикации текста. Заднюю обложку занимает портрет М. Вебера, лишенный хрестоматийных черт. Напротив, снимок передает впечатление о человеке, находящемся то ли в болезненном состоянии, то ли в состоянии тяжелого и мучительного раздумья.

Надо сказать, что издания подобного типа воспроизводят этику научной работы – «этику ответственности», если пользоваться словами Вебера, сами принципы науки как «организованного скептицизма», поскольку дают возможность благодаря и большому справочному аппарату, и соответствующей библиографии не принимать на веру те или иные суждения и интерпретации, а проверить их или выработать свое собственное понимание. Иными словами, оно адресовано специалистам-социологам, профессионалам, не занятым непосредственно анализом и изучением веберовского наследия. Вид этого тома – сугубо утилитарный и рабочий. Это относится и ко всей серии, представляющей собой рабочую библиотечку или профессиональный, дисциплинарный фонд основных текстов специалиста. К настоящему времени она насчитывает свыше 250 томов.

Чтобы закончить рассмотрение форм издания научной классики, укажем еще на одну, по-своему весьма значительную: публикации издательства «Alfred Kröner» «Макс Вебер. Социология. Исторические анализы и исследования. Политика» (мы описываем 4-е, улучшенное и заново проверенное издание 1968 г. с введением Э. Баумгартена, также весьма авторитетного комментатора и знатока текстов М. Вебера, и комментариями Й. Винкельмана).

Особенность этой книжной формы заключается в том, что данный том работ М. Вебера предназначен для того, чтобы ознакомить с главными идеями ученого, основным кругом его тем в социально-политическом плане. Это своего рода небольшой компендиум или хрестоматия по Веберу, можно сказать – его научный, исторический и культурный портрет, составленный из отдельных работ и фрагментов. Высокое качество подготовки издания, тщательный отбор текстов, произведенный ведущими специалистами по М. Веберу, большой комментарий, но уже не текстологического или историко-социологического и теоретического порядка, а реальный, культурно-исторический (в духе «истории времени») указывают на характер аудитории данного издания. Оно предназначено не специалистам, не исследователям (хотя бы даже и в смежных с социологией областях знания), а обеспеченным и широкообразованным людям не научного круга. Книга содержит подробную хронологию жизни и работы ученого, библиографию его работ