Теперь ты моя - Анастасия Сова

Костя управляется с машиной слишком резко. Такое впечатление, что он тоже впервые сел за руль такой тачки.

В этой ситуации успокоиться не получается, хотя чувствую, как веки тяжелеют, и при другом раскладе я бы могла провалиться в сон за пару секунд.

– Может, музон врубим? – с довольным видом предлагает парень.

Я не могу ни замечать, что ведет он себя немного странно, но Демьян не прислал бы за мной брата, ни будь он в нем не уверен.

Костя широко улыбается. Такое впечатление, что он до чертиков рад тому факту, что ему удалось подвезти меня.

– Делай, что хочешь, – отворачиваюсь к окну. Хочу скорее домой. Упасть на постель, и уткнуться носом в твердую грудь мужа.

Еще пару дней назад такого желания даже не возникало. Я была на сто процентов уверена, что должна сбежать от него. Каждый день надеялась на то, что отпустит. Но только получив свободу, я не стала счастливее. Даже, наоборот, надо мной будто с новой силой сгустились грозовые тучи.

– Куда это мы? – настороженно интересуюсь.

Я не особо хорошо запомнила дорогу, но точно знаю, что такие места не проезжала.

– Я же сказал, – напоминает Костя, – Дем попросил подвезти. Не доверяет больше никому свое сокровище, – добавляет он, поворачиваясь в мою сторону.

– Эй! – что есть мочи кричу я, потому что автомобиль плавно съезжает со своей полосы. – За дорогой лучше следи, делаю замечание, когда парень выравнивает мерс. – Повезло, что машин рядом не было.

– Почему Демьян послал тебя?

– Ну… я красивый, – уверенно заявляет, прибавляя газа.

Я с шумом выдыхаю, потому что, кажется, опять во что-то вляпалась.

Теперь у меня появилось четкое ощущение того, что Костя увидел машину брата совершенно случайно. Потом встретил меня и решил похитить, чтобы нажиться на моем похищении.

– Да не дрейфь ты! – подбадривает водитель, замечая, наверное, изменения на моем лице. – В лучшем виде домчу.

– В ресторане ты просил у Демьяна наркотики. Я это помню. Он не доверял тебе, и было бы странно, если бы теперь решил назначить мне провожатым, – все эти мысли я озвучиваю вслух, хотя на деле просто рассуждаю, подтверждая самой себе, какая я идиотка.

Когда вышла из клиники, была так подавлена, что просто не сопоставила факты, не догадалась сложить дважды два.

– Куда мы едем? – снова повторяю, тоном средним между раздражением и испугом.

– Классная песня! – кричит Костя, нарочно увеличивая громкость динамиков.

Мне хочется сделать хоть что-нибудь, но в голову приходит только выхватить руль, и вильнуть в сторону, чтобы остановить мерседес.

Но, к большому сожалению, я отдаю себе отчет в том, что на такой скорости это будет не просто опасно для жизни, это запросто лишит нас ее.

Парень подпевает музыкальным композициям, вообще не обращая на меня никакого внимания. Это говорит о многом. Меня везут не к Демьяну. Вот только куда? Боже! Куда везет меня этот человек?

ГЛАВА 33

Аля

Мы паркуемся у одного из особняков в каком-то коттеджном поселке. Он не менее дорог, чем тот, где мы жили с Демьяном, но только Логинов здесь не живет.

– Куда мы приехали? – стараясь сохранять спокойствие, хотя бы ради того, чтобы иметь шанс на спасение, спрашиваю я еще раз, когда Костя, наконец, отключает музыку.

– Прости, милашка, ничего личного, – он разводит в воздухе руками.

Этот ответ не несет мне ничего хорошего.

Калитка в кирпичной входной группе отворяется. Оттуда выходит… Нет! Быть не может!

Тимур Юлдашев. Мой несостоявшийся муж.

Неужели, мама была права? Неужели, прав был Демьян?

– Отличная работа, – хвалит он Костю.

Достает из кармана пакетик с белым порошком, и трясет им в воздухе, точно дразнит пса.

Брат Демьяна накидывается на пакет, действительно, сродни собаки. С жадностью выхватывает подарок из рук Тимура.

Выглядит это жалко. Мне кажется, он руки готов Юлдашев целовать за дозу.

– Тачку можешь забрать, – спокойно произносит несостоявшийся жених.

– С тобой приятно работать, – заключает Костя.

Наркоман хренов! Как я могла вообще додуматься куда-то с ним поехать?

Юлдашев распахивает дверь машины, в которой я сижу. Грубо вытаскивает меня из салона.

Зачем я ему? Бред какой-то. Тоже хочет шантажировать отца?

– Отпусти, скотина! – ору я, пока он с силой тащит меня свою территорию.

Когда мы оказываемся за калиткой, он отшвыривает меня в сторону так, что я падаю на землю.

– Дааа… – тянет Тимур, засунув руки в карманы брюк. – Не так ты должна была переступить порог моего дома. Совсем не так.

– Я вообще не собиралась ничего переступать, – с презрением произношу глядя на него снизу.

– Знаешь, я всегда получаю то, что хочу. Неважно каким способом.

– Ублюдок!

Рот Тимура кривится в довольной усмешке.

Он делает шаг ко мне, хватает за волосы и поднимает на ноги.

Сволочь продажная!

Этот урод тянет меня очень сильно. Но я не показываю, насколько мне больно. Не дождется!

Юлдашев подтягивает мое лицо так, что наши носы чуть ли не соприкасаются.

– Зря вы с папочкой решили играть со мной и с моим отцом. Быстро подсуетились с замужеством. Вот только теперь этот факт будет использован против вас. Считай, что папочке пиздец! А ты… – парень рассматривает мое лицо, перекосившееся от ненависти. – Могла бы стать любимой женой, а теперь будешь дворовой шлюхой.

Сказав это, он снова дергает мою голову, сам немного наклоняется, и проводит влажным языком по моим пересохшим губам.

Я стараюсь увернуться, но это лишь провоцирует Юлдашева сильнее сжать мои волосы в своем кулаке.

«Противно» и «мерзко» будут, пожалуй, самыми безобидными определениями того, что я сейчас чувствую.

По телу прокатывается панический жар. Внутри разрастается страх наравне с желанием залепить самодовольному придурку звонкую пощечину.

– Сладкая… Прямо такая, как я представлял…

Он, наконец, разжимает захват и отталкивает меня. Несмотря ни на что, я начинаю чувствовать облегчение. На расстоянии легче.

След от языка теперь неприятно обдувает прохладным осенним ветром. Я демонстративно вытираю губы. Если этот подонок и возьмет меня – то только силой.

– А ты строптивая. Мне нравится. От этого только интереснее будет тебя объезжать.

Его губы снова складываются в мерзкую улыбочку. Судя по тому, что я услышала, он уже не раз раскладывал меня перед собой