Звериный круг - Андрей Щупов

— Где теперь этот Костыль?

— Я убил его. Вчера. Ножом с рубчатой рукояткой. Ты говорил, что так не останется отпечатков. Ты это говорил, а я запомнил. Я не хотел оставлять следов… Их ведь там не осталось, правда?

— Правда. — Валентин с раздражением ощутил, что у него вновь начинает подергиваться щека. Этого еще не хватало!

— Давай-ка, Николай, договоримся. Твари они подколодные, согласен. Но ты уже наказал виновных. Вот и забудь о них. Они получили свое и исчезли. Все разом. А ты вновь свободен и здоров… Сейчас мы едем в Липецк. Там у меня есть знакомые. Денег я тебе дам, а они помогут тебе обустроиться. Только никому ни о чем не рассказывай. Ни одной живой душе!.. Кстати, сестра знает про армию?

Николай помотал головой:

— Она догадывается… Я же совсем другим был. Веселым, затейничал вечно.

Паять любил. Приемнички, радиоуправляемые модели…

— Ладно, Коль, все еще впереди. И паять снова станешь, и веселиться научишься. Дай срок! Все обязательно наладится. Тебе сейчас надо только отсидеться. Самую малость. А для начала постарайся поставить точку. Было прошлое — и нет его…

Чертыхнувшись, Валентин даванул тормоз, сбрасывая скорость до предписанной знаком. Впереди остекленной башенкой маячил пост ГАИ. Протянув руку, Валентин нашарил в бардачке документы, бегло просмотрел их. Все на месте, и для поверхностной проверки вполне сойдет. Только уверенней себя вести и улыбнуться вовремя. Червончик поближе на всякий пожарный…

Возле башенки стоял новенький мотоцикл, хоть и иномарка, но выкрашенный в ядовито-желтый цвет, как и положено. Вышедший на дорогу коротышка милиционер энергично помахивал полосатым жезлом. Послушно притормозив, Валентин кинул взгляд вверх, на смотровой колпак башни. Но рассмотреть кого-либо ему не удалось.

— Из машины!..

Ого! Просто так подобное не говорится. Сначала представляются, потом просят права и документы. Валентин заметил, что рука инспектора лежит на ремне в опасной близости от кобуры. Это еще что за фокусы!

— В чем дело, сержант? Куда-то надо подышать? Так я это запросто!

— Я сказал: из машины! — На этот раз в голосе милиционера отчетливо прозвенел металл.

Валентин крякнул. Гляди-ка! Маленький, а с характером!

Выбравшись наружу, он скучающим взглядом оглядел пустынное шоссе. Где-то далеко-далеко серебристым кирпичиком полз рефрижератор. Дорога новая, машин мало, может, сержант просто заскучал?

— Оба вылезайте! — Инспектор вынул из кармана блокнот, и это Валентину снова не понравилось. Что там в этом блокноте? Описание, приметы, номера машин?.. Он не единожды слышал, что у Малютина с Суликом прекрасные отношения с прокуратурой. Почему бы в таком случае милиции не помочь этим негодяям? Тем более что премиальные гарантированы.

— Может, поладим? — Валентин принужденно улыбнулся. — Из-за чего сыр-бор?

Документы у нас в порядке, скорости я не превышал.

— Разберемся. — Пальцы постового трепетали, перелистывая странички. Он не просто сверялся со списками, он искал что-то определенное, и Валентин не выдержал. Убегали драгоценные секунды, ему не хотелось больше рисковать. Голова инспектора испуганно вскинулась, но блюститель закона опоздал. Валентин приемом опрокинул его на землю, стремительным движением выдернул из кобуры пузатый «Макаров». Царапнув, сграбастал злополучный блокнот и, прижимая коленом милиционера, заглянул внутрь. Что же там у нас такое интересное?

— Лежать, сержант! Сам видишь, у тебя ни единого шанса. — Валентин торопливо листал блокнот. Маленькие буковки прыгали перед глазами, не спеша выстраиваться в осмысленные предложения. Сержант писал убористым почерком и чрезвычайно любил сокращения. «Пер. лейт. Шевчуку пару жил.»… Вот и разберись попробуй! Перерезать лейтенанту Шевчуку пару жил или передать пару жилетов. И что еще за жилеты такие? Те, что от пуль спасают или от щетины?.. Ладно, хоть не стенография. В конце концов Валентин все же нашел, что искал. Номер «УАЗа» и собственное подробное описание.

— На кого работаешь, сержант! На бандитов?

Валентин с трудом удержался от того, чтобы не хлестнуть блокнотом постового по физиономии. Лихо сработали, ничего не скажешь!..

Однако написанное чуть ниже немедленно сбило с него игривую злость. И даже пришлось прочитать дважды, чтобы мелконькие строчки уложилось в сознании. Время принятия телефонограммы, данные абонента. Данные… «6 упр. ФСБ»… Шестое управление… То самое, что обязано вести борьбу с организованной преступностью. Вот тебе и здрасьте! Значит, он встал поперек горла и им? Но чего ради? Где-то прокололся Юрий? Или кого-то наверху слезно упросил Малютин?

Уму непостижимо! Валентин не верил ни в то, ни в другое. Всевластная ФСБ под пятой у мафии! Бред!.. И тут же в памяти зашевелилось иное. Разговор с Юрием. А после с Яшей… Что-то было упомянуто насчет «жучков» в квартире Сулика. Да и на стадионе их, по словам Яши, оказалось два. Но ни двух, ни трех они не ставили. С самого начала установили один-единственный — в кабинете. Значит?..

Кто-то играл под него и совсем рядышком?.. Вырвав страничку, он сунул ее себе в карман. Отшвырнув блокнот, склонился над инспектором.

— Кто наверху?

Поджав губы, милиционер упрямо мотнул головой. Все ясно. Партизан. Герой, презирающий гестапо…

— Черт с тобой, сам выясню. — Валентин кинул «Макарова» Николаю. — Подержи его на мушке. Я быстро!

Сержант встревоженно приподнялся:

— Баба там! Не из наших. Просто знакомая!

— Тем лучше. Сейчас подошлю сюда. Скажешь ей, чтобы не пугалась и не делала глупостей.

Валентин взбежал по крутым ступенькам. Этаж, дверца направо. Рывок на себя. Клозет. Всего-навсего… А что у нас выше? Валентин поднялся еще на пролет и оказался на залитой светом площадке. Стекло образовывало гигантскую полусферу, шоссе просматривалось вправо и влево на добрый пяток километров. На полу мотки проводов, кусачки, молотки, ящики с какими-то приборами. Значит, еще не обустроились до конца.

Возле массивного, утыканного тумблерами пульта сидела с вязанием на коленях грудастая дамочка. «Просто знакомая».

— Добрый день. — Валентин кивнул ей. — Там приятель ваш просил спуститься.

Что-то у него стряслось.

— Приятель? — Она смутилась. — То есть да, конечно.

Поднявшись, женщина послушно отложила вязание, цокая на каблучках, прошла к лестнице. На полпути недоуменно оглянулась:

— А вы, извините, кто?

— Капитан Устинов, слышали о таком? В общем, сержант вам все объяснит.

Женщина хотела спросить о чем-то еще, но, передумав, стала торопливо спускаться. Проводив ее взглядом, Валентин метнулся к пульту. Щелчком тумблера отключил бубнящую рацию. Ему нужен был телефон, а здесь их насчитывалось не менее полудюжины. Зачем, интересно, столько? Валентин одну за другой поднимал трубки. Два телефона не работали вовсе, определить среди оставшихся городской не составило труда. Уже через полминуты он набирал знакомый номер.

По счастью, Юрий оказался дома. Да и где ему было быть после сегодняшнего шампанского!

— Валя? — Язык у него слегка заплетался. — А я тут еще на грудь принял.

Позволил себе денек разгрузки.

— Зря. У меня нет времени, чтобы повторять дважды. Поэтому напрягись… — Валентин натянул провод, передвинувшись таким образом, чтобы держать в поле зрения троицу внизу. Сержант уже не лежал, а сидел и, судя по всему, что-то пытался втолковать Николаю. Дамочка стояла спокойно. Видимо, ситуацию ей успели объяснить. Вот и славненько!

— Погорел я, Юрок! По всем статьям. И не перебивай, в нашем распоряжении всего пара минут. Деньгами распоряжайся сам. Одна просьба: выдели что-нибудь моему деду. И сестренке Николая. Она на крючке, поэтому будь осторожен. Гошу и Чапу пришили. Николай со мной…

— Валя! Ты с ума сошел! Подожди… Давай все по порядку.

— Не надо, старичок. На этот раз не поможет и твоя гениальная голова. Судя по всему, меня обложили. Каким-то образом к этому подключилось шестое управление ФСБ. Возможно, ты оказался прав. Поэтому удвой осторожность и прячь все, что нужно спрятать.

— Где ты сейчас, Валька?

— Все равно не поверишь. Да это и не важно. Я хотел только предупредить тебя. У ФСБ мои приметы, о тебе пока ничего. Вывод проще пареной репы: ложись на дно и не высовывайся до самого отъезда. А потом уезжай, смывайся к чертовой матери!

— Валька, ты только не паникуй! Я знаю, ты уйдешь от них. Вспомни, сколько раз ты уходил!

— А разве не ты говорил мне о критическом времени? Кажется, оно и впрямь истекло.

— Валька!..

— Все, с этим покончили. Выкручусь — значит, выкручусь. Теперь последнее… Я имею в виду Вику. Если со мной что-нибудь случится, помоги ей, хорошо? — Валентин крепче прижал трубку к уху. — Придумай что-нибудь, ты ведь умница. Сделай так, чтобы обошлось без слез. Скажи ей, что я люблю ее, сочини какую-нибудь командировку, экспедицию… ну, я не знаю, что-нибудь. Ты можешь обещать мне это?