Сборник "Один плюс один" - Дмитрий Громов

Еще там было много других книг. Совсем не таких, как у профессора. Мы прочли их почти все и поняли: мы зря убивали людей. Да и сама жизнь все больше убеждала нас в том, что профессор внушил нам ложные представления о мире. И о Человечестве в частности.

Он был просто маньяком из романа ужасов.

А еще недалеко от дома, где мы прятались, располагался летний лекторий. Метрах в ста. Для человека многовато, но у нас-то слух лучше. Короче, мы слышали почти все лекции. Вот из них-то мы и узнали, что все мы - герои литературных произведений. Это определили несколько человек из разных книг почти одновременно. Потом они нашли входы в миры соседних книг, стали общаться, даже создали нечто вроде Совета для управления нашими мирами.

- Но кто все-таки первый об этом догадался?

- Точно не известно, но, по-видимому, Шерлок Холмс. Один из преступников сбежал от него в соседний мир, Холмс с Ватсоном последовали за ним, и там наткнулись на книгу о самих себе. А дальше пошел чистый дедуктивный метод.

- А вы и Конан-Дойля читали?

- Разумеется! Один из моих любимых авторов. Но я не закончил. Через несколько дней мы с Эмлин решили отправиться дальше, и вскоре попали сюда. Здесь мы и решили поселиться. Мы больше не хотели жить так, как в романе.

- Да, как-то не укладывается все это в голове.

- Согласен, звучит непривычно. А вот и Эмлин.

Рядом бесшумно возникла грациозная бенгальская тигрица. На шее у нее блестел точно такой же "медальон", как и у Тэрри.

- Я вижу, вы хороший человек, - улыбнулась Эмлин. - Так что добро пожаловать в наш рай.

- Спасибо. Но почему вы решили…

- Очень просто. Вы не утонули в ручье. Для людей с черной душой это - непреодолимая преграда. И давайте на "ты".

* * *

Игорь медленно брел по райскому саду, вдыхая аромат цветов и время от времени срывая с деревьев спелые плоды. После городской какофонии негромкий звон цикад, щебет птиц, отдаленное журчание ручья лишь подчеркивали царившую здесь тишину, создавая умиротворяющий фон.

Тропинок в саду (в лесу?) не наблюдалось, но бродить здесь оказалось - одно удовольствие. Игорь давно скинул кроссовки и шел босиком. Ноги на каждом шагу зарывались в упругую, но на удивление мягкую траву, влажная почва приятно холодила ступни. Игорь утолил первый голод, и теперь постепенно приходил в себя после неожиданного появления в этом мире, изнурительного путешествия по пустыне и лавины невероятной информации, обрушенной на него тигром. Ему не хотелось думать обо всем этом - ему просто было хорошо.

Игорь раздвинул ветки незнакомых ему тропических кустов с резными листьями, и перед ним открылась небольшая поляна, пестревшая желтками одуванчиков. На поляне четыре черные пантеры играли в мяч. "Да ведь это же… из "Двери в стене"!" Мяч был большой и разноцветный, и пантеры ловко посылали его друг другу точными движениями лап и головы. Несколько минут Игорь любовался этим зрелищем, поражаясь изяществу и точности движений огромных кошек. Потом не выдержал и присоединился к играющим.

Пантеры приняли его как своего, одобрив "улыбками" на мордах. Игорь считал себя неплохим волейболистом, но здесь у него создалось впечатление, что пантеры нарочно замедлили темп, чтобы он успевал следить за мячом и отдавать пасы. Но все равно это было здорово!

Через полчаса, слегка уставший, Игорь махнул рукой своим новым знакомым и пошел дальше.

- Я еще вернусь, - пообещал он.

Пантеры дружно помахали ему лапами и тут же вернулись к привычному для них темпу игры.

Под вечер Игорь снова встретился с Тэрри и Эмлин. Они немного поболтали. Рассказывали в основном тигры, а Игорь больше слушал. Да и что он мог рассказать?

- Здесь по ночам холодно? - поинтересовался он под конец, поднимаясь с земли.

- Нет. Чуть прохладней, чем днем. Выбирай место посуше и спи прямо на земле.

Игорь так и сделал. Собрал охапку сухой травы и улегся прямо под открытым небом.

Посреди ночи он проснулся от какого-то движения. Открыл глаза. Две пантеры устраивались на ночлег рядом с ним. Игорь погладил обеих и снова заснул.

* * *

Неделя пролетела незаметно. Игорь уже успел привыкнуть к этому чудному месту, к беседам с Эмлин и Тэрри, к пантерам. Дважды он выбирался в соседние миры - тигры показали ему выходы. Послушал лекции в мире, о котором рассказывал ему Тэрри - там все время читали лекции; побывал в будущем Азимова. Теперь он окончательно убедился, что попал в мир книжных героев. Он обнаружил библиотеку, собранную Советом. Здесь каждый, назвав себя, мог получить информацию, из какой он книги, и прочитать ее. Симанковых там было несколько, но ничего похожего на описание своей судьбы Игорь не нашел и вздохнул с облегчением: он уже начал сомневаться - действительно ли он из реального мира?

Но вот, через неделю, Игорь впервые всерьез задумался о своей дальнейшей судьбе. Как жить дальше? Остаться здесь, в благоухающей покоем и детством райской долине? А ведь, пожалуй, когда-нибудь надоест. Можно, конечно, перебраться в любой из соседних миров, выбрать, какой понравится. Да, это здорово! Побывать в будущем, в прошлом, слетать к звездам, сражаться с космическими пиратами, побродить по другим планетам - ведь это огромный, увлекательный мир! Или просто устроиться на работу в НИИЧАВО из "Понедельника, начинающегося в субботу". Уж там-то скучно не будет! Хочется, очень хочется. Но… это книжный мир. Его придумали другие. А что придумал, что сделал он сам?

Надо возвращаться назад, в свою реальность - как бы ни хотелось остаться. Иначе он никогда не избавится от ощущения, что живет здесь взаймы.

Взаймы? Ну и что?! Зато тут…

Нет, надо возвращаться. Может быть, когда-нибудь…

Возвращаться? Но как?

Обратиться в тот же НИИЧАВО - там что-нибудь придумают…

Опять "придумают"?

Другие?

А сам?!

И вдруг Симанков почувствовал, что может сам, без посторонней помощи, вернуться назад. И снова сюда. Может, и все. Обладает такой способностью. То, что получилось раз, получится и в другой, и в третий.

Ну что ж, неплохо. Очень неплохо! Значит, выход найден? Компромисс: работать там, а сюда переноситься на выходные и в отпуск?

Но почему его жизнь, его реальная жизнь, скучнее и однообразней здешней, книжной? Нигде и никогда он так хорошо и свободно себя не чувствовал, как тут!

А, может, открыть сюда дорогу людям? Симанкову казалось, что и это ему под силу.