Спасите меня, Кацураги-сан! Том 11 - Алексей Аржанов

И… Кошмар, как же мало их там оказалось. Нам обещали, что дальше может пройти сто процентов человек.

Но, как оказалось, прошли лишь восемнадцать.

Да, это чуть больше половины участников третьего этапа. Но всё равно… Тридцать три и восемнадцать — разница большая.

— Кацураги-сан… — прохрипел Рэйсэй Масаши. — Убейте меня, если я не прав. Кажется, мы… прошли. Это ведь наши имена почти в самом конце, да?

— Да, — улыбнулся я, — вы правы, Рэйсэй-сан. — А теперь взгляните на статистику!

— О-хо-хо! — радостно прокричал Фукусима Ренджи. — Пятьдесят процентов! Мы в два раза превысили минимум! Можете себе это представить, коллеги? Нам удалось… Удалось.

И всё это здорово, прекрасно! Я смог побыть в роли главного врача полтора часа и уже добился успеха, но… Меня расстроил тот факт, что наша схема продвижения на третьем этапе прервалась.

Один из сотрудников «Ямамото-Фарм» всё же выбыл.

Акихибэ Акико и её компаньонов уже не было в списке. А это могло значить только одно. Дочь главного врача не прошла.

— Эй, Кацураги-сан! — Акико дёрнула меня за рукав. — Поздравляю. Я очень рада, что ты прошёл!

На её глазах были слёзы. Нашла из-за чего переживать… Из-за какой-то олимпиады!

— Акихибэ-сан, сколько у вас…

— Двадцать четыре процента, — ответила она, так и не дослушав до конца мой вопрос. — Ещё бы чуть-чуть — и мы справились. Но… Как оказалось, мои показатели — сущая ерунда. Взгляните на экран! Все, кто прошёл, набрали гораздо больше двадцати пяти процентов. Особенно команда Германии и Израиля. У них вышло почти двести процентов. Мои двадцать четыре… Даже смешно!

— Для простого терапевта, который закончил университет всего полгода назад — это невероятный результат, — уверил её я.

— И от кого я это слышу? — рассмеялась Акико. — От Кацураги Тендо? Мы ведь с вами одногодки, Кацураги-сан. Очень хорошая работа. Без зависти, без обмана… Я горжусь вами. Вы уже достигли хорошего результата. Выходите в финал. Докажите, чего стоите, вместе с Рэйсэем-саном.

— Вообще-то, я тоже здесь, и слышу ваш разговор, — подметил Фукусима Ренджи.

— А вы, Фукусима-сан! — Акико ткнула его в грудь своим длинным ногтём. — Подавитесь своей желчью. Никто вас не уважает и не ценит. Вы ведёте себя, как сумасшедший. И когда-нибудь это вам аукнется!

С этими словами Акихибэ Акико удалилась — исчезла в толпе.

— М-да… — почесал затылок Фукусима Ренджи. — Видимо, зря я тогда бросился в море, чтобы её спасти.

— Не говорите так, Фукусима-сан, — ответил ему я. — Если честно, мне уже трудно составить даже собственное впечатление о вас. Однако в этом этапе вы показали себя достойно. Хороший результат. Рядовыми сотрудниками вы распорядились очень хорошо.

— Вы тоже поняли смысл испытания, да, Кацураги-сан? — усмехнулся Фукусима. — Наши роли оказались не такими уж и правдивыми.

И он прав. За эти полтора часа у нас не было времени задуматься о смысле происходящего. Однако роли действительно были распределены не так, как все думали. К примеру, Фукусима Ренджи управлял всеми рядовыми сотрудниками. Другими словами, он был заведующим.

А Рэйсэй Масаши руководил заведующими. То есть, он был главным врачом.

Вопрос в том, кем же, чёрт подери, был я?

— А вы неплохо справились с ролью министерства, Кацураги-сан, — заявил Фукусима Ренджи. — Ведь на самом деле вы играли именно эту роль.

И вновь… Всё это — не просто так. Зачем «ВОЗ» позволять рядовым сотрудникам играть роль главных врачей и директоров из министерства.

У этого должна быть веская причина.

— Всего два этапа, Кацураги-сан, — усмехнулся Фукусима Ренджи, почёсывая больную шею. — Ещё неделя — и мы уедем из этой чёртовой Австралии! А самые избранные получат знания. Знания о том, что за проект собирается возглавить «ВОЗ».

— Вы ведь понятия не имеете, что случилось десять лет назад, да? — решил прямо спросить я. — Вы тогда вылетели со второго этапа.

— А через четыре года началась пандемия, — подметил Фукусима. — Коронавирус чуть не захватил весь мир. И среди людей, которые пытались разобраться с этой инфекцией, были те врачи, которые победили в прошлой олимпиаде. Как думаете, Кацураги-сан, это простое совпадение?

— Сомневаюсь, — ответил я. — Но на что вы намекаете?

— Я не намекаю, — ответил терапевт. — Говорю прямо. Что-то грядёт. Через год, два, пять или десять вновь случится биологическая катастрофа. Именно за этим мы сюда и приехали. Чтобы ей помешать.

Это был первый разговор, в котором мне не хотелось спорить с Фукусимой Ренджи. Ведь я думал точно так же. Вряд ли эта олимпиада нужна только для того, чтобы раздать денежные призы, медали, сертификаты, грамоты и… всё. Нет. Нас отбирают. И причину смогут узнать только те, кто дойдёт до самого конца.

Я спокойно кивнул Фукусиме и продолжил рассматривать список участников. Все, кого я знал, прошли. Все, кроме Акихибэ Акико.

Купер Уайт, Сидхарт Рам Рави, Игорь Щербаков, Рэйсэй Масаши, Фукусима Ренджи и я.

Шестерых из восемнадцати я хорошо знал. Целую треть. Это повышало шанс того, что, даже в случае моего поражения, у меня появится шанс узнать, что за угроза так обеспокоила «ВОЗ». Правда, проигрывать я не собирался.

— Уважаемые коллеги! — вновь воскликнул организатор. — Было принято решение ускорить олимпиаду. Четвёртый этап состоится уже через два дня. А сразу после него пятый — заключительный. Времени на подготовку у вас почти нет. Мы рекомендуем насладиться возможностью провести время в столь прекрасной и тёплой стране.

— Уже насладился, мать вашу, — услышал я злобный шёпот Фукусимы, который продолжал расчёсывать свою шею.

Значит, до конца олимпиады осталось три-четыре дня. Что ж, как бы то ни было, я собой доволен. Моей главной задачей было доказать, что я могу выступить в роли главного врача. И я это сделал. Если даже я вылечу на следующем этапе — ничего страшного. Я получил достаточно опыта.

Назад в отель я возвращался вместе Акихибэ Акико. Почему-то Рэйсэй Масаши от нас отстал. Насчёт Фукусимы Ренджи я не удивлялся. Акико окончательно испортила свои взаимоотношения с терапевтом девятого ранга.

Забавно, а я ведь за эти несколько недель даже забыл, на каком ранге нахожусь. Так сильно увлёкся местной культурой и самим конгрессом.

Седьмой, точно. Значит, скоро мне придётся столкнуться с Фукусимой Ренджи не только на