Монстры Кремля - Дмитрий Казаков

Браслет перестал нагреваться, зато навешанные на него безделушки впились в кожу, точно зубы мелкого зверька.

– Епарный хрен! – воскликнул Илья, и очередь из его «калаша» ушла в сторону.

Рик зашипел, вновь попытался сорвать амулет, но у него ничего не получилось, пальцы соскользнули.

«Сросшиеся» бестолково метались, людей словно вообще не замечали, внимания на них не обращали. Тот, что бежал впереди, таращился на свою рану с таким удивлением, будто никогда не видел крови.

– Неужели это работает? – спросила Лиза.

– Нет, не может быть… – пробормотал Андрей.

В голове не укладывалось, что дурацкое бормотание пьяного старикашки и безделушки из медной проволоки могут каким-то образом влиять на толпу из сорока здоровенных агрессивных тварей. Скорее всего, на «сросшихся» действовало нечто иное, то, что непонятным способом разогрело браслеты.

– Давай, уходим, пока они не в себе, – сказал он.

Когда зашагали прочь, раненый поднял голову, попытался двинуться следом, но почти тут же сбился, его повело в сторону. Наткнулся на сородича, и они сцепились, покатились по асфальту, рыча и плюясь, как два огромных рыжих кота.

Браслет прекратил тревожить кожу, остыл и вовсе перестал ощущаться.

– Не, ни хрена… вот эта шняга? – удивлялся Илья, разглядывая амулет. – Ну, не, не может быть…

Справа осталось оранжевое здание с пристройками, слева потянулся огромный офисный комплекс, весь в «островках» серебристой и черной паутины, изъязвленный огромными дырами. В одной из них что-то зашевелилось, из тьмы выдвинулись многочисленные паучьи ноги, затем свет заиграл на огромных глазах.

Андрей остановился – с подобной тварью уже имел дело и знал, что убежать от нее трудновато.

– О, этого только не хватало, – пробормотал Илья, когда «человек-паук» выбрался из логовища.

Этот был не очень велик, зато меж обычных ног пряталось нечто похожее на щупальца с рачьими клешнями. В голову, принадлежавшую пожилой женщине, словно вставили два огромных драгоценных камня – глаза эти вертелись, как у хамелеона, и ярко светились.

Тварь неспешно двинулась в их сторону, и Андрей потянул из кармана гранату.

Поморщился, когда в запястье кольнуло, услышал недовольное восклицание Лизы, увидел, как дернулся, словно от боли, Илья, а Рик вновь схватился за кольцо из проволоки, пытаясь раздербанить его, сбросить с руки.

«Человек-паук» остановился, клешни на щупальцах защелкали, а огромное брюхо запульсировало. Когда после небольшой паузы пополз дальше, глаза чуть пригасли, а движения сделались неуверенными.

– И на этого действует, хоть и слабее! – воскликнул бритоголовый.

– Ложись! – приказал Андрей и бросил гранату.

Сам упал на асфальт, прикрыл голову руками, а когда взрывная волна прошла над ними, вскочил, нацелил «калаш». Но стрелять оказалось незачем – огромная тварь корчилась в луже белесой крови, брюхо ее было разворочено, туловище покрывали раны, рядом дергалось срубленное щупальце.

– Готов, – констатировал Илья. – Слышь, шеф, а тот дедуля-то не лох оказался!

– Возможно, – неохотно признал Андрей. – Но решила дело обычная граната, а не магическая хрень.

Он готов был поверить в эксперименты инопланетян, в мутации, даже в мезонно-каузальную бомбу, о которой вещал Артур Степанович, учитель из Вязников, но все, связанное с оккультизмом, магией, прочей иррациональной хренью, не могло существовать даже в этом новом мире…

Ведь его не было раньше и откуда ему взяться?

Сам понимал, что рассуждения эти не блещут стройностью, но отказываться от них не собирался. Чувствовал, что если не сохранит веру в пусть непостижимую пока, но логичность того, что произошло и происходит на Земле, то утратит внутреннюю опору и покатится к безумию.

Браслет перестал нагреваться и колоть руку, Рик оставил попытки снять свой.

– Нет, и в самом деле не лох, работает ботва-то реально, – все не унимался Илья. – Вообще, всякая чародейная херня порой случается, вспомни тех безумных теток из Владимира.

Вытаскивать из памяти воспоминания о поклонницах «Великих Учителей» не хотелось, поэтому Андрей буркнул:

– Пошли. Чего стоять?

Потянулся участок дороги, загроможденный множеством разбитых автомобилей. Начали попадаться вздутия на асфальте, похожие на пеньки чудовищно толстых деревьев, усеянные «побегами», на кончике каждого из которых блестела капелька прозрачной жидкости.

Когда Рик прошел рядом с одним из таких, «побеги» потянулись в его сторону, задрожали.

– Пахнет… – сказала Лиза. – А ну-ка, отойди, это отрава или дурман!

Но мальчишка уже и сам отскочил, и «небритый» пенек успокоился.

На узкой полоске газона, что тянулась посреди улицы, разделяя ее на две части, время от времени попадались закрытые решетками выводы вентиляционных шахт. Намекали, что под землей тут имеются обширные помещения, выстроенные наверняка еще при Союзе.

Миновали «террикон», громадным прыщом расположившийся прямо на проезжей части, и увязли в зарослях «зонтиков», таких густых, что дорогу через них приходилось буквально прорубать.

Мясистые шляпки чавкали, когда в них вонзался нож или топор, тонкие ножки легко ломались. Текла слизь, куски темно-бордового месива летели во все стороны, липли к рукам, к одежде.

Когда выбрались на открытое место, Андрей был весь покрыт этой гадостью.

– Давай, я тебя почищу, – предложила Лиза, и в этот миг поднялся туман.

Высотка за правой обочиной, похожая на огромную белую трубу, канула в серую хмарь без следа, торговый центр «Калужский», что находился слева, превратился в размытое оранжево-желтое пятно.

– Вот твою маму, – с досадой проговорил Илья. – Нах это все.

– Давай туда, – Андрей указал в сторону торгового центра.

Когда поле зрения ограничено несколькими метрами, лучше находиться там, где у тебя будет прикрыта хотя бы спина, а лучше всего – прятаться так, чтобы на тебя не могли напасть ни с одной стороны.

Они прошли мимо спуска в метро, уходящая вверх стена торгового центра надвинулась, стали видны детали – декоративные окошки разной формы и размера, вывеска «Карло Пазолини» в витрине. И тут Андрей ощутил внимательный, изучающий взгляд, а слух уловил мягкие, крадущиеся шаги.

«Демон из преисподней», что следовал за ними от самой Красной площади, выбрал этот момент для нападения.

– К стене! – Андрей резко повернулся, увидел в мареве смутную тень, размытый силуэт, приземистый, стремительный.

В тумане у твари почему-то не получалось быть невидимой.

Выстрелы породили глухое, бьющее по ушам эхо, очередь перечеркнула надвигавшуюся на них фигуру. Та дернулась, начала менять очертания, вырастила десятки отростков-щупалец, затем превратилась в некое подобие фонтана, ударившего прямо из асфальта.

Оторвалась от земли, распалась на большие «капли», и те разлетелись в стороны.

Андрей замешкался, возникла мысль, что ему морочат голову и все это может быть иллюзией. Расплывчатый силуэт возник на том же месте, и Соловьев вновь нажал на спусковой крючок. Рядом оказался Илья, «калаш» в его руках затрясся, со звоном покатились гильзы.

На этот раз они точно попали – брызнуло что-то похожее на воду, прозвучал глухой рев, и их противник исчез.

– Есть! Где он? – воскликнул бритоголовый, водя стволом из стороны в сторону.

– Не знаю, – Андрей оглянулся. – Давай назад.

Лиза и Рик стояли у входа в торговый центр, девушка выглядела напряженной, пацан оставался спокойным.

– Вот гнида мохнатая, – повторял Илья все то время, что они отступали.

Был ли их враг лохматым или лысым, Андрей не взялся бы судить, слишком быстро тот двигался, а вдобавок постоянно изменялся, не походил вообще ни на что, ни на одного из известных людям хищников. Если «собак», «людей-пауков», «горилл» и прочих тварей можно было соотнести с чем-то знакомым, то эта вовсе не поддавалась описанию.

– Сюда, – сказал он.

Стеклянные двери были приоткрыты, так что оставалась щель, достаточная для того, чтобы пролез человек. А вот сразу за ними виднелось нечто странное – торчащие из пола зеленые мохнатые стебли, что изгибались и уходили вверх, исчезая из поля зрения.

Вопреки опасениям, на людей они не отреагировали, даже когда Лиза зацепила один локтем.

– О-ха-ха, веселуха, – сказал Илья, оглядываясь.

Расположенный прямо напротив входа павильончик, где раньше, если судить по вывеске, торговали часами, выглядел так, словно по нему долго стреляли – витрины расколоты, пол усеян разбитыми циферблатами, стрелками, малюсенькими колесиками и прочими детальками.

Находившийся за ним эскалатор порос той же зеленью, и вот там-то в стеблях запуталось несколько трупов, страшных, сгнивших, в обрывках одежды, но почему-то не развалившихся на куски.