Города - Пол Филиппо

— На хрен маленького попа! — Президент Эвелл проверил свое местонахождение. — Мы выиграли почти милю. Недурно, правда?

Джерри оглядел поврежденные экраны.

— Если тут все правильно, то вы отодвинули границы США в глубь территории почти до Род-Айленда.

— Это только начало. — Президент Эвелл не выглядел молодо. Его лицо покрылось пятнами и приобрело особый сероватый оттенок, как будто покрылось тонким слоем кофе. Джерри подумал, что это, возможно, какая-то форма проказы. Число больных в Южном Нью-Йорке неимоверно возросло. В короткий период, когда у власти стоял один из полководцев, были предприняты попытки мобилизовать врачей, но лекарства оказались поддельными. — Вашингтон сделал такое не в один день.

Джерри вдруг пришло в голову, что Старик покрывает свою кожу известью. Лично он в данный момент не видел в этом смысла. В конце концов сейчас существуют семнадцать черных самопровозглашенных президентов Соединенных Штатов, не считая приблизительно сорока латинов, европейцев и азиатов, большинство из которых контролируют маленькие островные территории размером примерно с остров Уайт [100]. Он поднял голову, когда князь Лобковитц откинул край палатки и вошел в Портапент.

— Мы почти готовы снова захватить Нью-Джерси. — На глазах у Джерри кожа президента Эвелла медленно меняла цвет. С таким явлением Джерри не сталкивался с начала семидесятых. — Если двигаться такими темпами, то к Пасхе будем в Питсбурге. А в День Благодарения мы сядем за столы с индейкой в Балтиморе.

— Может быть, ваш оптимизм немного преувеличен?

— Отнюдь нет, если у вас есть Анафема. — Эвелл осветил чистый бланк.

— А у вас есть Анафема?

— Она в пути. — Эвелл взглянул на Джерри и подмигнул. — Если ваш разумный брат прибудет благополучно, а, монсиньор Джерри?

Князь Лобковитц поджал губы. Джерри видел, что его старинный друг теряет самообладание.

— Президент рассказывал мне, как Альфред Великий начинал с таких же неудач, когда у него подгорали лепешки и все такое [101], а закончил он созданием Британской империи.

— Можно вспомнить много историй о том, как люди поднимаются с самого дна, — согласился Лобковитц.

Джерри ухмыльнулся.

Негромкий взрыв, сравнительно недалеко.

Когда президент отыскал свою трость, все вышли наружу. В лагуну попал артиллерийский снаряд, взрыв покрыл новым слоем грязи сборные дома и прикрытые холстом развалины президентских укреплений.

— Черт! — Эвелл осторожно достал сигару. — Кто бы это мог быть, дьявол его раздери?

Джерри указал на пенящееся водное пространство. Вначале он подумал, что над поверхностью торчит шпиль храма, но эта штука приближалась к ним и делалась все выше. А потом, с шумом и ревом атомных аварийных устройств, субмарина начала подниматься, расшвыривая пластиковые бутылки, картонные пакеты из-под молока, обломки компьютеров и прочие отбросы, обычно беспечно покачивающиеся на поверхностях водоемов Америки.

Президент Эвелл заулыбался. Он увидел две Анафемы, установленные на крыше боевой рубки. Их не нужно было прятать. Они действуют не так.

— Вижу, Джерри, ваш брат справился!

Джерри не ответил. Он дожидался остановки субмарины. Когда крышка люка стала с шипением открываться, он вздохнул. Запах лаванды он узнал сразу.

Майор Най с трудом выбрался из люка и встал на палубе. Он крепко держался за поручень и махал белым платком.

— Прошу прощения за взрыв. Старушка весьма прихотлива. Мы считали, что мы просто останавливаем двигатели. Руководство упало за борт, когда я захотел посмотреть, как выдвигать перископ. Надеюсь, никто не пострадал?

Князь Лобковитц пересек пляж и остановился у кромки воды.

— Хотелось бы верить, что ее величество пребывает в добром здравии.

— Между нами говоря, старичок, она всегда была никудышным моряком. — За спиной Ная начал рывками подниматься электронный флагшток. Послышался глуховатый щелчок, и появился защищенный от ржавчины «Юнион Джек» [102], подобный сувенирному чайному подносу.

— Надо полагать, вы здесь в качестве дипломатических представителей? Добрый день, монсиньор Корнелиус. Добрый день, президент-генерал. Без сомнения, вы понимаете, что я требую возвращения этой территории от имени ее полноправной правительницы, нашей доброй королевы Глорианы Второй. Я обязан просить вас воздержаться от оскорбительных выражений, использования оружия и не чинить препятствий. — Он поморщился, заставляя себя остановиться. — Полагаю, это все. Вас здесь только трое?

— Трое здесь — и еще десять тысяч идут на нагруженных Анафемами до планширов [103] судах из Джорджии. Семнадцати макинтошей будет достаточно, чтобы сдуть вас с нашей воды, Джонни Красный Мундир [104]. — Эвелл принялся сверяться со своими записями. — Полагаю, так они и поступят, сэр.

Джерри никогда не переставал восхищаться трезвомыслием американцев. Они в самом деле верят, что, если будут говорить достаточно жестко и проявят достаточную силу воли, произойдет то, чего они желают. Даже и сейчас он почувствовал, что готов поддаться самоуверенности Эвелла.

— А пока я хотел бы поинтересоваться, — произнес майор Най почти извиняющимся тоном, — не соблаговолите ли вы подняться на борт. Нам нужно, чтобы Анафема немного поработала над этими руинами. Нет смысла что-либо строить, если ты не заложил добрый фундамент.

— Давно я не слышал речи, в которой было бы так много здравого смысла. — Президент Эвелл отвесил изысканный поклон. Он также осознал смертоносную реальность того, что было ему предложено. — Мой народ всегда помнил о том, что Великобритания объявила рабство вне закона на пятьдесят лет раньше, чем Соединенные Штаты.

Стараясь уберечь руки от влаги, президент-генерал вошел в воду и направился к лодке. Джерри был заинтригован. Корпус лодки был выкрашен в защитный цвет, но бесформенные пятна на нем имели тот же оттенок, что и пятна на коже бывшего президента.

Эвелл не прекращал ораторствовать:

— Мне думается, я пребывал бы в куда большем согласии с самим собой, если бы был, скажем, просто правителем небольшой колонии. Территории, с которой можно было бы справиться. Как вам известно, у меня имеются некоторые британские награды. Осмелюсь предположить, что они чего-то стоят.

— О, не сомневайтесь, старичок. — Майор Най любезно подбадривал его. — Вы же не мятежник.

Джерри, довольный, что фарс разрешился так счастливо, не мог отвести взгляда от горизонта.

Еще остается шанс, что Фрэнк перехитрит их всех и сдержит слово.

Теперь президент Эвелл, энергично работая руками, приближался к лодке вплавь. Майор Най бросил ему канат и посмотрел на остальных.

— Не желаете подняться на борт, джентльмены? Здесь может стать шумновато.

Джерри покачал головой.

— На мне последняя добротная пара сапог. А за нитками в наши дни приходится следить, вы согласны?

Князь Лобковитц пожал плечами и побрел обратно, к противоположному берегу небольшого острова.

— Возможно, мы сумеем засечь макинтоши на достаточном расстоянии.

Когда Джерри присоединился к нему, на крыше боевой рубки появилась Трикси Браннер.

— Ты не идешь к нам, Джерри?

Старый террорист покачал головой. Власть как таковая никогда не привлекала его. А в эти дни нет ничего интересного — такого, чем можно было бы заняться.

Князь Лобковитц уже запустил мотор, когда Джерри добрался до пляжа.

— Если повезет, мы можем пересечь Атлантику за пару дней. Боюсь, нам понадобятся сандвичи. Микроволновка на последнем издыхании. — Когда они уселись, Лобковитц закрыл серебряно-платиновый кожух. — Эти штучки дороговаты, но сделаны на совесть. Французская работа?

— Изначально да, — ответил Джерри, включая ротор. — Но наша машина китайская. К делу, князь! Чем скорее она разогревается, тем быстрее остывает. — Он потянулся и зевнул. — Хорошо опять оказаться в старой гондоле. Дом там, где наше сердце.

Князь Лобковитц нажал на кнопку «Хайдеггера».

— Вы всегда оставались романтиком, монсиньор.

22

Снова в пути

Пора дать отпор!

Эпидемия преступлений захлестнула город, и мы даем нам шанс для отпора…

Сегодня мы начинаем кампанию «Не нужно!». Она даст вам, читатели, возможность нанести ответный удар угонщикам автомобилей, которые ежегодно причиняют тысячам из нас заметный ущерб. Каждую неделю мы наблюдаем на экранах многочисленные истории и советы относительно того, как убедиться, что вы не стали жертвами. Эти меры также позволяют вам оказать помощь в том, чтобы отдать преступников в руки правосудия.

Где мулл поблизости нет, тамМожно обнаружить рай. А где муллы,Безумный гнев и исступленный фанатизмПрисутствуют, там земля, что принадлежит небесам.Ярость муллы и рвение муллы могутОсвободить весь мир, чтобы уже никтоНе взирал на фетвы [105] и безумные повеления мулл!

Дху аль-Нуна спросили: «Что делает праведного достойным войти в рай?»