Академия «505». Циклы Ремали. Часть 2 - Дария Эссес

Глава 30

Мы не знаем, чем руководствуются триады при наступлении на определенные города и округа. Во времена Падения они выходили из порталов. Ремали не смогла закрыть все, поэтому в наши дни они продолжают наступать с окраин целыми стаями, предположительно скрываясь в горах. Но, что самое интересное, ни один ремалиец не видел ни одного портала. Вам не кажется это странным?

«Пространство и время: научные исследования»

Запрещенное издание, статья Марлен Ван Дер Берг

– Ксивер Зальцри – Хваннейри. Крэйтон Зальцри – Акюрейри. Рейвен Эскарра – Вик. Таллия Ларсдоттир…

Вот черт. Они раскидали нас по разным сторонам кластера.

Я провела сухими от ветра ладонями по кожаным штанам военной экипировки, в которую все ремалийцы переоделись перед построением. Нас собрали на той самой площади, где в ноябре я даже представить не могла, что совсем скоро начну бороться, а не прятаться. Что буду искать ответы на вопросы, а не жалеть себя, страдая от панических атак.

Я больше не была слабой.

– У вас есть время попрощаться перед отъездом, – объявила Каллисто, захлопнув папку со списками. – На аванпостах вас встретят командиры, которые проведут небольшой инструктаж, а дальше отправят вас на задания. Через десять минут все должны быть готовы к отбытию.

Путь до Хваннейри должен был занять около двух часов. Каждый отряд отбывал либо на пароме, либо на специальных военизированных машинах.

Как сказала Каллисто, задания на горячих точках продлятся трое суток.

– Мы готовы к этому, – повернувшись к нам с Рейвен, твердо сказал Крэй. Площадь наполнил гул голосов: все начали прощаться с близкими. – Мы не умрем на границе. У нас еще слишком много дел.

– Например, купить тебе собаку, а Рейв – поводок для Джулиана, – фыркнула я, отведя взгляд.

Это слишком тяжело. Прощаться даже на пару дней, когда каждый из них может стать последним.

– Я буду скучать по вам, ребята, – выдохнула Рейвен, закинув на спину тяжелый рюкзак. – Надеюсь, когда мы вернемся в академию, Джакс и Силия не поубивают друг друга. И испекут нам торт. Огромный и такой сладкий, чтобы мы не могли встать с кровати…

– Ну торт-то моя темность испечет, а вот по поводу первого пункта нужно подумать!

Мы резко развернулись. Я не смогла сдержать радостной улыбки при виде спешащих к нам друзей.

Друзей.

– Джакс, Силия! Что вы тут делаете?

– Госпожа, вы серьезно думали, что я не приду с вами попрощаться?

Раскинув руки для объятий, Джакс шел к нам со стороны Атриума. В то время как его светло-голубые глаза потеплели, как только он увидел нас, Силия сохраняла скучающее выражение лица.

Но я видела, как ее губы подрагивали в улыбке.

– Моя темность слишком ранимый для таких вещей, – проворчал он, обняв хихикающую Рейвен, – но Пальма со слезами на глазах упросила меня повидаться с вами перед отъездом, – прошептал чуть тише.

– Сам ты Пальма. Я Палмарсдоттир! – прорычала Силия и дала ему подзатыльник.

– Ай! Не смей трогать мою темность своими жалкими ручонками!

Из нас троих вырвался смех.

Быстро попрощавшись с ними, мы двинулись за ворота академии, где нас уже ждали военные машины. Черт, эта штука выглядела устрашающе. Обитая металлическими пластинами черного цвета, с колесами почти в мой рост и ровной крышей, на которой располагался смотровой прибор.

Трястись два часа в этом гробу на колесах, как называла его Роксания, будет увлекательно.

– Три дня, – пробормотала Рейвен. – Три дня, и я буду спать в своей теплой и мягкой кровати.

Первокурсники начали рассаживаться по машинам. Я огляделась и нашла номер той, которую озвучила для моего отряда Каллисто.

– О, да ну нахрен, – вырвался из меня стон, когда оттуда, широко улыбаясь, вывалился Джулиан. – Только не говори, что ты едешь со мной.

– Хорошо. Я не еду с тобой, Мальвина. – Он потрепал Рейвен по волосам, заслужив ее шипение. – Я еду с твоим отрядом как один из наставников. Рада?

Ну просто сказка.

Зейден вышел из другой машины, сонно потягиваясь. Рядом с ним появилась добродушно улыбающаяся Астрид. Серьезно, ну почему даже на горячие точки мы едем вместе? Где личное пространство?

Мне осточертело слушать завывания Джулиана на тренировках, а теперь и следующие три дня мы проведем в радиусе плевка друг от друга.

Ладно. На самом деле они начали мне немного нравиться.

– Он так похож на своего отца, – послышались рядом женские вздохи. – Боже, какая у него аппетитная задница. Думаешь, он трахается так же, как дерется? Если да, я бы не отказалась провести с ним день на мате…

Я сузила глаза на девушку с четвертого курса. Затем проследила за ее взглядом, уже понимая, кого увижу.

– Вот и ваш папочка, – хмыкнул Зейден.

Кай двигался в нашу сторону через стоянку с несколькими автоматами за плечами, окруженный мрачной, загадочной аурой. Твердые мышцы перекатывались под плотной тканью куртки, пока снег падал на растрепанные черные волосы, сливаясь с серебристой прядью.

Я сжала челюсти.

Не знаю, почему мое сердце больно защемило: из-за того, что после разговора с отцом он отстранился от меня, или из-за того, что мы впервые за долгое время разделялись.

С того момента, как его голова находилась между моих ног, Кай ни разу не назвал меня океаном. Он будто прочертил между нами жирную линию, которую мы не должны были пересекать. Он продолжал придерживать двери для других девушек, улыбаясь им той кривой улыбкой, которая раньше принадлежала мне. И он продолжал держать под руку Астрид, хотя я знала, что между ними ничего нет – всё показное.

Я не должна была давать ему такую власть над собой. Мне стоило первой отстраниться, чтобы не чувствовать эту идиотскую пустоту в груди.

– А с кем едут остальные? – услышала я вопрос Рейвен.

– Ты с Каем и Сиерой, Крэйтон – с Зейдом и Астрид, – ответил Джулиан. – Ох, я уже предвкушаю эту веселую поездку. Даже Рокс смеялась, когда увидела списки.

Три дня. Мне нужно потерпеть его три дня.

– По машинам! – резко отдал приказ Кай.

– Всё, Черничка. Удачи, – быстро произнес Крэйтон, поцеловав меня в лоб. – Рейв, ничего не бойся. Даже если нас нет рядом, мы всегда с тобой.

Я торопливо обняла Крэйтона и Рейвен, кивнула Астрид и Зейдену, пока первогодки расходились по машинам. Нас осталось около сотни, хотя поступало в академию в два раза больше. Прекрасный пример естественного отбора.

– Ксивер Зальцри!

Я резко остановилась, когда позади