Кафедра 2 - Игорь Лахов

отдельной комнате я начертил простенькую пентаграмму обездвиживания. Поместил в неё обеих испуганных служанок и Адамчика. Напитав схему энергией, спустился к Рахиль.

— Родион, — прозорливо догадалась она. — Адам же был не нужен?

— Конечно, нет. Но ваш муж, извините, очень своеобразный человек.

— Он кретин! Говорите прямо!

— Верно, поэтому и решил немного подстраховаться, чтобы тоже лишнего не ляпнул или ещё чего похуже.

— Что с ним будет?

— Ничего, Рахиль Натановна. Впрочем, как и со служанками. Пятнадцать минут посидят, замерев, а потом я их немножко напугаю. Тратить энергию, чтобы все трое реально молчали, я не могу.

— Достаточно и фокусов. Но девочкам я всё равно заплачу… Хотя бы в знак благодарности, что не оставили меня одну в беде. Только Адаму ничего не говорите.

— Ваше право. Пока же идёт «сеанс», хочу обсудить иной вопрос. Мы тут немного деньжат заработали на спасении Майи. Простите, но с вами я делиться не буду.

— Вы мне уже отдали самое ценное из добытого, — взяв меня за руку, благодарно произнесла она. — Мою внучку. И семейное дело к тому же вернули. На большее не претендую. По хорошему счёту, это я вам ещё доплатить должна.

— Доплачивать не надо. А вот денежки отмыть не помешает. Там, в прихожей стоит саквояж. Пустите его в оборот. Завтра или послезавтра к вам приедет Вера Матье — с ней подробности и обсудите. Припрячьте его, пока Адам Гедеонович наверху. А то ведь он точно свою долю требовать начнёт.

— Этот может! Ох, как я с ним намучилась! Запомните, Родион! Если вам родители будут подбирать пару, исходя исключительно из своих интересов, то бегите и от такой невесты, и от родителей. Жаль, что я была слишком послушной еврейской девочкой и не смогла ослушаться отца. Теперь уже поздно… Не повторяйте моей ошибки!

— Учту. Идите прячьте саквояж.

Посмотрев на часы, снова поднялся на второй этаж. Пентаграмма почти перестала светиться, значит, скоро её воздействие подойдёт к концу. Так оно и оказалось. Отмерев, вся троица уставилась на меня.

— Всё, — для пущего эффекта придав голосу лёгкие мистические нотки, проговорил я. — Дело сделано! Теперь ваши души скованы клятвой Смерти!

— Шо? И моя тоже? — неприятно удивился Адамчик.

— Конечно. Без этого ритуал не удался бы. Теперь любой из вас, случайно или по умыслу попытавшийся разболтать секрет, сгниёт заживо за считаные секунды.

— Это незаконно! — взвизгнул старый еврей. — Я на такое не подписывался! Верни всё взад!

— Извините, Адам Гедеонович, но обратной дороги нет.

— Тогда я требую компенсацию за моральный ущерб! Иначе пойду в полицию!

— Вот из неё вас и вынесут в непромокаемом мешке, — усмехнулся я. — Знаете, почему в непромокаемом? Чтобы ваш гной не испачкал пол государственного учреждения. И я не понимаю, откуда у вас такая тревога? Вы же ведь не собирались рассказывать на стороне о случившимся?

— Нет…

— Ну и зачем нервничать попусту? Девушки? — обратил я внимание на встревоженных, но не до такой степени служанок. — Вы всё поняли?

— Да, господин Булатов, — произнесли обе по очереди.

— Прекрасно! Вопросов больше не имею!

Тепло распрощавшись с Рахиль Натановной, я пошёл не домой. План дальнейших действий внезапно сам сложился в моей голове. И для его осуществления мне нужен полковник Краснов. Место его проживания я вызнал давно, так как предполагал, что такой нужный адрес может когда-нибудь понадобиться. Да и живёт Юрий Евдокимович не так уж и далеко.

Через десять минут бега в ускорении оказался около полковничьего дома.

— Чпок, наружки никакой не видишь? — обратился я к белкогаду, памятуя, что за Красновым могут следить.

— Хмырь один топчется в подворотне напротив входа, — моментально наябедничал мой незаменимый товарищ. — Явно шпик.

— Тогда успокой его на время. Ну и карманы обшмонай, чтобы всё выглядело как обычное разбойничье нападение. Но сильно не калечь! Ведь не злыдень, а на страже Родины стоит, честно выполняя приказ начальства.

— Готово, хозяин! — доложился Чпок меньше чем через минуту. — Вот кошелёк, жетон и револьвер.

— Выбрось их неподалёку от тела, — забирая деньги из бумажника, дал я новую вводную. — Чтобы сразу нашёл, когда в себя придёт. И так человеку лишние неприятности доставили, поэтому под увольнение подводить не хочется.

Попасть в дом не составило большого труда. Чпок просто отвлёк подозрительным шумом бдительного консьержа, судя по военной выправке, явного отставника. Я же на ускорении быстро прошмыгнул мимо его поста. Найдя квартиру полковника, позвонил в дверь, на ходу придумывая причину, по которой меня обязательно пустят слуги или охрана. Но ничего врать не пришлось. Заспанный и очень недовольный полковник сам соизволил открыть дверь, как только услышал, кто за ней стоит.

— Родион⁈ — почти прорычал он. — Это преступная наглость с твоей стороны!

— Прошу вас: тише, Юрий Евдокимович, — приложив палец к губам, умоляюще произнёс я. — Поверьте, дело безотлагательной важности. И только к вам могу обратиться!

— Проходи… — пробурчал он, сбавив обороты.

— Вы один?

— Как перст. Слуги ночуют дома, а дети выросли и покинули родительское гнездо. Жена умерла три года назад. Вы о моём семейном положении осведомиться нагрянули посреди ночи?

— Простите. Конечно, нет. Сегодня в городе случится страшное преступление… Если уже не случилось!

— Подробности давай, — мигом проснулся Краснов, рывком затягивая меня в квартиру.

Глава 22

Когда от меня хотят подробностей, то всегда с удовольствием их излагаю, особенно если сам же и придумал. Поэтому я прошёл с полковником в кабинет и сразу затараторил:

— На Железнодорожной улице сегодня ночью должны быть разборки или…

— Уже случались, — перебил меня Краснов. — Повторяешься, Родион. Ближе к теме. Почему пришёл ко мне, а не в полицию?

— Там непростые бандиты резаться собираются. Подождите, Юрий Евдокимович! Дайте расскажу по порядку, а потом уже допрашивайте. Один мой хороший друг, который тоже учится в Академии, сегодня вечером решил горло в кабаке промочить. Ну и познакомиться с кем-нибудь из прекрасного пола. А то всё учёба, учёба, а личной жизни никакой.

— Только важное говори! Меня ваши студенческие хотелки не интересуют!

— Да… Ближе… Извините, но пока лёгкий сумбур в мыслях. Там он какого-то знакомого встретил. Выпили по рюмочке, и товарищ друга смылся. Зато через час подсели за столик два серьёзных типа. Передали от смывшегося товарища привет и предложили хорошее дело. Аж на две тысячи рублей!

Тут сразу встал резонный вопрос: за что такое богатство отвалить хотят. Оказывается, это бандиты, которые намереваются грохнуть своего главаря. Беда в том, что главарь не простой простолюдин, а одарённый. Причём военный в немаленьком чине. Понятно, что с таким обыкновенным разбойникам ни за что не справиться и нужна