Адская академия, или Свадьбе не бывать (СИ) - "Мышь Летучая"

— Думаешь?

— Знаю!

Краем уха, прослушав умопомрачительный диалог, назрело два вопроса: что означает воскрешать и кто этот второй в теле Майкла? Теперь уже не осталось сомнений, что с этим демоном не все так просто.

От переизбытка чувств в голову лезли одни ругательства. Причем, такие изощренные, я даже пожалела о том, что не могу высказать их вслух.

Странная догадка всплыла в сознании, словно озарение. Вот значит, почему Тара переживала за меня. Боялась, что я не восстановлюсь. Тварь! Я, судя по всему, мало ее интересую. Мое тело — главная цель.

Ха-ха-ха, и что получается? Я потом буду ходить, как Майкл и со вторым сознанием согласие искать. Н-да, можно еще стенам улыбаться и с мебелью беседовать.

Хотя, сильно сомневаюсь, что эта коза даст мне возможность поселиться рядом с ней. Захапает мое молодое тельце старушенция и буде…

Твою…! О чем я думаю? Бежать!!!

— Скоро, дорогая, уже скоро…

Холодные губы коснулись лба, а меня чуть не передернуло от отвращения. Бее-е-е, будто скользкое и холодное земноводное облобызало!

Фу, мерзость какая!

Скрипнула дверь захлопывающейся клети, а за ней вторая и меня наконец-то оставили в покое. Никогда не думала, что буду рада, избавится от общества Майкла, но видимо пришило время.

Тишина, ну сама Создателю! Только звук капающей воды нарушал иллюзию спокойствия.

Открыла глаза и глубоко вздохнула, решаясь на очередное издевательство над собой. Точнее, над собственным телом. Некогда предаваться размышлениям и душевным терзаниям. Как только окажусь в безопасности, тогда и поплачу над разбившимися надеждами, а пока надо унести бренное тельце от загребущих лап Тары.

Глухой «шмяк» разорвал тишину в камере, и я судорожно втянула воздух в ушибленные легкие.

Черт! А высоковато было падать, но уже поздновато об этом думать.

Закашлялась и попыталась перевести свое положение в пространстве. Валяться тряпичной куклой хорошо, но и о цели забывать не стоит.

Как же тяжело быть ветошью! Руки, словно плети, соскальзывали с края топчана, да, с кроватью я погорячилась. Как есть — топчан обыкновенный, еще и грубое покрытие. Здешние тюремщики явно не заботились об удобстве заключенных. Судя по всему, в онемении конечностей этот предмет интерьера сыграл не последнюю роль.

Каких трудов мне стоило поднять свою обессиленную тушку, даже сказать не берусь, только жутко захотелось наградить себя медалью за заслуги, не меньше.

Села, выдохнула, огляделась. Беда…

Отсутствие окон, как таковых повергло в уныние. Что-то мне нехорошо стало. Совсем!

Если я, правильно понимаю, то я под землей, глубоко. Судя по тому как, как давит на уши и как искажается любой шум, это не подземный мир, а поверхность, только я снова под землей.

Гр-р-р-р! И как выбираться, если я даже стоять не могу?

Сокрушаться долго не получилось, желудок скрутило спазмом от голода. Зараза, это что получается? Меня не кормили, не кормят, и кормить не собираются. Правда, а зачем? Таре, судя по всему, нравится тощее тельце, синее, тонкое и звонкое.

Есть хочу! Ну, или пить, на худой конец…

Даже воды не дали — изверги. Чтоб вам так век жилось!

Эм-м-м, а что это там капает? Пить…

Долго не думая, я вспомнила детство, в смысле, стала на четвереньки и поползла в дальний конец камеры, где располагались удобства, а точнее, раковина и унитаз.

Наверное, со стороны я сейчас напоминаю умертвие. Трясущиеся руки и ноги, скорость движения сантиметр в час, но мне было фиолетово, главное, я иду к цели! Точнее, ползу, только, кого волнуют подобные мелочи.

Добралась! Ура!!!

Повисла на раковине и подтянулась повыше. Встала на коленки и покрутила вентиль крана и…

Сволочи! Они даже воду перекрыли, твари предусмотрительные. Правда, зачем мне вода, если я должна лежать колодой на том лежаке.

Гр-р-р… Дайте только добраться до вас!

Звук капающей воды привлек внимание. Стоп! Если тут воды нет, тогда, где она капает?

Судя по звуку, где-то рядом.

Обшарила руками всю поверхность раковины. Ничего не нашла и взмолилась все известным мне божествам, что это было не в районе унитаза. С моим-то везением станется.

Нет, все же повезло, сбоку от раковины, был вбит в стену как-то штырь, и с него методично капала вода. Не знаю, зачем он тут, но искренне благодарна, что его так глубоко вколотили в стену.

Собрала пальцами капельку воды и смочила губы.

Черт! Судя по ощущениям, выгляжу я неважнецки, кожа на губах, словно наждачная бумага, если не сказать хуже.

Огляделась по сторонам в поисках какой-нибудь тары для сбора воды. Нахмурилась и зарычала, ничего в обозримом пространстве не наблюдалось.

Проследила взглядом за тем, куда утекает вода и снова зарычала. Драгоценная жидкость по щелям между плитками сбегала в водосток под раковиной.

В голову пришла сумасшедшая идея, все равно ползать по полу, уже сил нет. В общем, прилегла на спину, под найденным штырем и открыла рот.

Твою…! Первая капля угадила ровнехонько в глаз — приятного мало. Вторая попала на щеку, ну а третья уже в цель.

Мм-м-м, ням-ням! Я всем своим естеством ощутила, как сила по капле начала возвращаться ко мне.

Эта водичка, капающая из стены, оказалась не водопроводной, а родниковой, какой-то подземный источник нашел выход именно здесь. Удача все же не отвернулась от меня! Я еще поборюсь за свою жизнь.

Когда тело занемело от лежания на твердом и холодном полу, я не без труда, но все же легче поднялась на четвереньки и поползла к топчану. Теперь и отдохнуть можно. Спешить мне все равно некуда.

Жизнь в клетке оказалась на диво скучной и однообразно. Я время от времени ползала к водопою, а потом опять проваливалась в сон, старясь восстановить резерв, как можно быстрее. Посещать меня никто не спешил, тишина стала моим спутником. Капанье воды начало раздражать жутко и пришлось пожертвовать куском подола от платья, чтоб не сойти с ума.

Чувства обострились до предела, искусственный свет камеры стал слишком ярким, хотя по начала был тусклым и недостаточным. Слух улавливал малейший шорох, а собственные шаги по камере казались топаньем слона. Силы восстановились, и я уже свободно ходила по отведенному мне пространству, даже зарядку делать начла от скуки.

В один прекрасный момент, меня посетило бешенство и захотелось убить каждого, кто сунется ко мне.

Черт! Может, я тут уже померла давно, а эти сволочи даже не проверяют.

Гр-р-р-р, твари!

Там же родители уже, наверное, извелись от переживания. Скорей бы разрешилась эта бредовая ситуация любым исходом. Только бы не сходить здесь с ума в гордом одиночестве.

Зато было время подумать, я даже Майкла простила. Скорее, не так, мне он стал безразличен. Только лишь чувство вины осталось. Если Тара приметила жертву после того, как я его сюда притащила — выходит, что это я виновата.

Эх…

Перетекая из одной медитативной позы в другую, я пыталась постичь дзен. Говорят, йогам еда не нужна — врут. Нужна! Хотя, в последнее время, чувство голода терзало не так сильно. Может, уже стерпелась или организм привык…

Скучные размышления прервал звук приближающихся шагов, возвращая меня к реальности.

Метнувшись к раковине, я забрала мокрую ткань и затолкав ее под унитаз (в панике соображалось туго), взлетела на топчан и улеглась, смиренно ожидая посетителей. Даже глазки прикрыла, во избежание.

Внутри взметнулись волнение и предвкушение. Только бы не выдать себя раньше времени.

Скрипнула дверь, а за ней вторая. Тишина…

Я просто-таки ощущала, как меня изучают взглядом. Да-да, последствия пребывания в камере я осознанно убирать не стала. Пусть я выгляжу отвратительно, но зато сил не трачу, и заподозрить меня в чем-либо невозможно.

Сковав тело каким-то незнакомым заклинанием, меня подхватили на руки и понесли к выходу.

Не знаю, что делать, радоваться или плакать. Я снова ощущаю себя ветошью, но меня несут прочь из опостылевшей камеры.