Жизнь №2 - Anne Dar

о том, что никакой вакциной Боффорта её престарелая мать вовсе не владела, поверили. На фотографиях недельной давности она выглядит неожиданно уставшей. Рядом с ней постоянно засвечивается какой-то рыжий мужчина, выглядящий немногим моложе нее – новый непродолжительный роман? Или на сей раз всё будет иначе? Случайно, через аккаунт Тиффани, я вышла на аккаунт этого мужчины – Стивен Джейкобс – и узнала, что он уже пять лет как находится в статусе отца-одиночки: воспитывает рыжеволосую красавицу двенадцати лет по имени Лия. Хм… Моя дочь в роли мачехи? Я попыталась представить и, как ни странно, смогла. В роли матери Тиффани никак не представляется, зато в образе мачехи двенадцатилетнего подростка, которому не нужно менять памперсы и слюнявчики – очень даже.

Закари и Присцилла: обновили всю мебель в доме, полностью обновили задний двор, две недели августа провели с детьми на Багамах. У Бена появилась барабанная установка, у Валери появился роскошный красный кабриолет и впридачу парень, весь торс и руки которого украшены черными татуировками. Я почти сразу узнала в этом юноше одного из сыновей Фила Дрю, человека, когда-то жившего по соседству с нами: пять сыновей от женщины, которую он избивал и с которой развелся, приводы за хулиганство, выпивка… Надеюсь, его сын не такой же, как он. Надеюсь, Валери хватит ума. Если же мои надежды не оправдаются – я ничего с этим не поделаю. Это их жизни, их судьбы – не мои. Хотят выкладывать в сеть полуголые фотографии с поцелуями на заднем сиденье кабриолета – их право. Надеюсь, дух настоящей бабушки Валери – Бетани – присмотрит за этой девочкой и отведет её от опасности. Впрочем, Валери как и Керри – не из глупышек. Пережить бы ей подростковый возраст без переломов, и всё у неё будет “чётко”, как она любит выражаться.

Закрываем страницы этих людей. Открываем новую.

Серафину Бигелоу было несложно найти – первая в списке друзей Валери Лерой, хотя непонятно почему: девочки отличаются, как земля и небо. У Серафины никаких полуобнаженных фотографий, да и вообще информации о личной жизни немного. За лето всего три фотографии: встреча рассвета на открытом балконе собственной спальни, объятия с любимой бабушкой Имоджен и радостное сообщение о том, что девушка поступила в желаемый университет. Серьезная, с книгами, с планами, с заботой о бабушке – женщине, с которой изменил мне мой муж, чтобы в итоге на свет появилась эта красивая девочка… Я резко закрыла её страницу. Потомок Геральта порадовал меня больше, чем те дети, которых мы вырастили вместе… Но эти дети не наши. Нашего ребёнка больше нет, как нет и того ребёнка, которого родила Имоджен. Но есть Серафина. И есть… Ещё кое-кто.

Я слишком долго не решалась. Всё обдумывала те скорбящие посты, которые увидела на страницах своих детей и внуков, датированные началом лета: “Потеряли самого близкого нам человека”, “Наши сердца навсегда опустели”, “Она была для нас целым миром”, – и другие фразы, никак не состыковывающиеся с реальностью. Поэтому мои пальцы теперь дрожали сильнее, чем могли бы: я начала вбивать в поисковую строку имя своей единственной настоящей внучки – Рокки Армитидж.

Отлично, ввела заветное имя… Подтвердила необходимость поиска и… Не нашла.

Я не нашла её!

Искала и так, и эдак, меняла имя с фамилией местами, выкручивалась сама и выкручивала поисковую строку – ничего! Даже девичья фамилия её матери не помогла. И вдруг пришла идея: поискать её в друзьях своих детей, невесток, внуков… Как итог, результатам этого метода поиска я удивилась еще больше. В друзьях она не числилась совсем ни у кого: ни у Джерри, ни у Тиффани, ни у Зака, ни у их детей… Как так?! Может быть, она не зарегистрирована в этой социальной сети?..

Йен был последним внуком, список друзей которого я просматривала с пристальным вниманием, когда вдруг увидела знакомое имя – просто Рокки, без фамилии – и знакомый силуэт. Я так быстро нажала на искомую иконку, что страницы загрузилась лишь со второй попытки. Это была она! Точно она! Хотя и сфотографирована в профиль и со спины, но это точно профиль моей внучки: длинные черные локоны, курносый нос моего Шона! В друзьях у нее закрытый профиль Барбары Круз – её мать взяла фамилию нового мужа. Также в списке ее друзей есть профиль Рилана Круза, тоже с ограниченным доступом, но с открытым статусом: “Моё счастливое трио: Барбара, Шак, Габи”. Шак – семилетняя Шакира, Габи – шестилетняя Габриэлла – дети, которых Барбара родила во втором браке, когда Рокки уже являлась совершеннолетней. Сначала я посчитала странным, что аккаунт Рокки открыт, но потом поняла, что он попросту заброшен: фотография двухлетней давности, в друзьях всего тридцать три человека, на стене ни единой публикации и только статус: “В моменте”.

“В моменте”, – как много в этой фразе, и всё непонятно. Что она имела в виду? Наверняка что-то прекрасное, чарующее и глубокое. Рокки была из таких детей, которые одним словом попадают в самое сердце. “В моменте” – и больше ничего. Что же это значит? Где фотографии с курорта, фото новой машины или квартиры, или парня, или одежды – как она распорядилась своим наследством? Ведь её не могли обделить её дяди и тёти, её кузены, нет, они не такие – какими бы они ни были по отношению ко мне, они одна семья и всегда поддерживали друг друга. Но Рокки отделилась от нашей семьи так давно, что о ней начали подзабывать. Все, кроме меня. Всегда о ней помнила. Забыла только в самом важном моменте – при составлении завещания. Но в итоге я ведь добавила её имя к завещанию, я вспомнила. Я не оставила её без наследства. Так где же результат? Где её материальное счастье? Почему на фотографии она не показывает своего лица, почему этой фотографии больше двух лет, почему она не зарегистрирована ни в одной другой социальной сети – к концу этого дня я проверила их все – почему она не поделилась со всеми своей печалью, связанной с потерей позабытой бабушки, и почему не поделилась радостью, связанной с неожиданным обогащением? Где история её жизни? Вообще кто она такая? Нет, правда. Кем выросла моя внучка? Что она за человек?..

На протяжении нескольких часов я думала о Рокки так страстно, что в итоге пришлось одернуть себя: “Семья Мирабеллы – не твоя семья, Рашель. Остановись”.

Чтобы унять зуд, вызванный зовом родной крови в лице Рокки, я решила вбить в поиск