Принцесса особого назначения - Елена Звездная

Странно, нужно его остановить, не могу же я так говорить напутственную речь.

— Стоп, стоп, — меня схватили за плечи. Чуть встряхнули, — Каааат, да ты на ногах не стоишь. Хантр, ты что ей дал?

— Семедейку, — признался мой телохранитель и начальник стражи.

— Эээ, Хантр… хотя… так даже лучше, — и даллариец наклонился ко мне, — поцелуешь героя?

Что? Это он вообще к чему?

— Легко! — решительно заявила я.

В следующую секунду со стороны толпы раздалось дружное 'Ах!', а затем единичное: 'Катриона!'. Вот папочка, он ничего в конспирации не понимает!

— Моя красавица, — ласково прошептал Динар, оторвавшись от моих губ и поглаживая большими пальцами удерживаемое в ладонях лицо.

— Иди и… победи, — заплетающийся язык на более развернутую речь не был способен.

Кайсеро Оверх, обиженно поглядывающий на проигнорировавшую его меня, картинно вскинул лук, и натянув сверкнувшую на солнце тетиву пустил оперенную белым стрелу… в яблочко! Вторая рядом с первой, и так по кругу, в результате вокруг первой остальные словно идеально круглый хоровод водят. Эх, пропал мой рыжий. Зря вообще целовала.

Динар на линию отмеряющую пятьдесят шагов до мишени, вышел неторопливо. Отбросил медные волосы назад, и посмотрел на меня… Надеюсь, мои коленки дрожат от чрезмерного злоупотребления магической сивухой… или как ее там называют… не забыть наслать на них стражников.

А затем, герой всего Оитлона, (придворные открыто болели за него) вскинул лук, стрела легла поверх едва не звенящей от натяжения тетивы и… в яблочко! Ну, хоть лицом в грязь перед степняками не ударил. Следующая стрела… Придворные замерли, кто-то из дам крикнул 'Айсир Динар, я люблю вас!'… ха, не ты одна, милочка, тут весь двор взирает на далларийца влюбленными глазами.

Вжик! Оу! А такое вообще возможно? Первая стрела была расколота второй! Вжик, и рядом третья, ее раскалывает четвертая, пятая, расколота шестой… и так он повторил весь хоровод степняка… Кайсеро вытаращился так, словно на его глазах родной жеребец решил окотиться!

— Я же говорил! — торжествующе возвестил Хантр.

Победа?! Значит, мне все это не привиделось в пьяном бреду?

— Аааа! Динар!!! — и я бросилась к своему герою, который радушно раскинул руки для объятий!

До привода лошадей мы безбожно целовались, не обращая внимания на присутствующих и кайсеро, пробурчавшего, что после объезда лошадей наступит его очередь принимать поздравления. Динар хмыкнул и продолжил начатое. Пить мне нельзя, однозначно! Хантр уже и сам не рад, что приобщил меня к фляжке, но оттащить от Динара не решается, хотя пытается хоть как-то прекратить творящееся безобразие. Я его понимаю, если бы мне отец громогласно пообещал открутить все что ниже пояса, я бы тоже попыталась разнять двух пьяных — одно пьяного от победы, вторую… мдя, хороша же я. Пришлось оттолкнуть Динара, и попытаться придать себе неприступный вид. Не сработало! Медноволосый обнял, прижал к себе и начал что-то шептать…

— Не понимаю, — сообщила раздосадованная произошедшим я.

— Тебе и не нужно, — спокойно ответил даллариец.

А ну тебя… а ну всех вас… пойду топиться с горя! Хотя…

— Лора! — мой вопль напомнил сестричке, что вдохновлять героя на подвиги вообще-то ее задача.

Лориана начала с кайсеро… вот демоны! Так, либо она дурной пример взяла с меня, либо ей тоже налили, либо…

— Я действительно должен ревновать? — лениво поинтересовался рыжий, продолжая обнимать меня за плечи.

— Просто обязан, — заверила его я. — Так, все, пусти.

Динар нехотя подчинился.

— Рыжий? — тихо поинтересовалась я, глядя на конюхов, подтаскивающих двух упирающихся лошадей на ристалище, — Ты действительно победишь?

— Нет сомнений, — Динар ласково мне улыбнулся, а я проследила за тем, как вытянулось от досады лицо Лоры.

— Замечательно, вернусь через пол часика. Райхо, ты со мной, захвати трех служанок по пути, Хантр, остаешься здесь, все контролируешь!

— Ты куда? — кажется, рыжий обиделся.

— У нас договор, — напомнила стремительно трезвеющая я, — ты должен победить! Без вариантов!

И не оглядываясь, я покинула место предстоящих динаровых побед.

Во дворец я почти вбежала, служанкам приказ приготовить ванну, был отдан еще в саду, и теперь раздосадованные девушки бежали впереди меня.

— Райхо, бумагу и перо, будете писать, пока я принимаю ванну!

— Но, Ваше Высочество, это нарушение… законов морали.

— Без вопросов, Райхо!

И пока я вдохновенно плескалась в холодной воде, громко диктуя наскоро составленный мною договор, Райхо поспешно его записывал. Пробегая в одном полотенце из ванной в гардеробную, я приказала шокированному секретарю, усаженному в гостиной, делать копию договора, и предупредила что времени у него мало, так как одеваюсь я быстро.

Шея и губы после долгого оттирания покраснели, но… лучше так чем обидеть Аршхана, все же не люблю предавать доверие тех, кто мне дорог. А он мне дорог… наверное. По поводу любви спорный вопрос, ибо на расстоянии чувства весьма и весьма охладели, но… обижать не хочется.

— Все готово? — застегивая рубашку, я вошла в гостиную.

— Да, — продолжая писать, ответил Райхо, — но касеро не подпишет.

— Подпишет, я не оставлю ему выбора, — уверенно ответила я, и, забрав у служанки расческу влажные волосы уложила сама. — К тому же он будет унижен перед своими, по возвращении его ждет… скажем так — переизбрание, а там я подключу племена Равердов и возможно… Либерия погрязнет в междоусобицах надооолго.

— А если нет? — взволнованно спросил секретарь.

— Райхо, даже если и 'нет', то года на два Либерия перестанет быть опасным и сильным соседом… Динар дискредитировал саму основу их власти — силу касеро Оверха. А степняки признают только силу. — и усмехнувшись я едва слышно произнесла скорее для самой себя. — Люблю использовать чужие… слабости.

Я появилась к эпическому моменту — сильным ударом Динар свалил избитого местами до кровоподтеков касеро Оверха. Придворные ликовали, слуги устраивали массовые обнимания, а мой герой… пытался оттолкнуть Лору и искал взглядом меня.

Благоухающая недавним подарком мамы я (керийское мыло можно было с успехом продавать как два в одном — и мыло и духи), неспешно подошла, хмуро взглянула на валяющегося с отсутствующим видом уже вероятно бывшего касеро и приказала его охранникам:

— Там пруд, приведите его в адекватное состояние! — они не посмели мне перечить.

Динар, тяжело дыша выжидающе смотрел на меня. Прости, рыжий, с поцелуями на сегодня покончено.