Танец с Клинком (СИ) - Корзун Кирилл

По бокам коряво возвышались скалистые стены, потолок заменяло безоблачное фиолетовое небо Грани, а ноги скользили над неровной поверхностью вещества, похожего на застывшую вулканическую лаву.

— Она испугалась. Илана и без того боится тебя как солома огня. И сейчас испугалась ещё сильнее. Не ошибусь, если предположу что ты каким-то образом поломал ей расклады.

— Бред какой-то.

— Думай сам, если не нравятся мои теории! — вскипел дедушка. — И смотри по сторонам, разведчик!

Коридор незаметно то расширялся, то вновь сужался, то резко поворачивал, то упрямо шёл только вперёд. На стенах появилась испарина — желтоватые крупные капли медленно стекали вниз, сочась из выступающих на камне волнистых кусках руды. Проекция практически не передавала вкуса, запаха и тактильных ощущений и это немного раздражало.

Уклон выровнялся и коридор вильнул на девяносто градусов, словно колено трубопровода. А за ним…

— Blyat… — хором выругались я и дедушка.

С этого места каньон достиг дна и расширялся многократно, превращаясь в огромную пещеру без потолка. Огромную настолько, что её объём был бы под стать исполину. Или тяжёлому боевому роботу. Но реакцию вызвали вовсе не масштабы каньона.

В стенах ущелья зияли чернотой оплавленные дыры, возле которых мирно дремали страшные на вид твари. Десятки тварей. Покрытые крупной чешуёй изумрудного и рубинового цветов, с множеством торчащих рогов и шипов, они вздрагивали сквозь сон и тогда клацали полные острых клыков пасти. Один из этих монстров и вовсе провёл лапой по застывшей лаве, с негромким хрустом вспарывая неподатливую поверхности загнутыми когтями. Длина когтей слегка превышала мой рост.

— Когда она говорила, что демоны большие, то не упоминала насколько! — потрясённо прошептал я, пытаясь понять на что способны эти чудовища.

— Илана ошиблась, Кеншин. Очень сильно ошиблась. Всё гораздо хуже. Это не демоны, а их ездовые монстры. — глухо и отстранённо произнёс дедушка. — Эта Печать давно взломана. И кто-то из демонов, несомненно, уже возвращается в логово после удачной охоты. Как вот этот, например. Нам пора возвращаться!

Уловив чувство направления, я глянул чуть в сторону от дальних пещер и увидел краснокожего человечка, деловито сновавшего вокруг спящей гигантской твари. Любопытство взяло верх над здравомыслием и, чуть выдвинушись из-за естественного укрытия, я попытался присмотреться получше.

Красная кожа, покрытая толстыми линиями чёрных узоров, корона из мелких рожек на голове, странный чёрный халат и огромный двуручный меч.

— Назад, бестолочь! Он почувствует…

Мысленный окрик деда запоздал на пару секунд — истинный демон ловко развернулся и поймал мой взгляд. В его жёлтых глазах вспыхнуло пламя азарта и предвкушения.

Охота началась.

Охота на человека…

…Из медитации я вывалился почти сразу и первым делом отыскал взглядом Илану. Девушка дремала, закутавшись в мой меховой плащ, подложив под голову ладони и умиротворённо улыбалась во сне. А рядом с ней, уложив на колени длинный клинок нодати, чинно восседал представитель чуждой разумной расы. Высшей разумной расы Нижних Миров. Выглядел он практически неотличимо от того, кто предстал передо мной у пещер на дне каньона.

— Скучно. — резюмировал ожидавший моего возвращения демон и плавно улёгся рядом со спящей девушкой. — Не интересно. Нет азарта. Добыча не приходит в логово зверя. Разве что очень глупая добыча. Скучно.

Его голос звучал расслабленно и тихо, а речь отличалась чистым произношением. Демон отлично говорил на японском. Хоть и с выговором уроженца Окинавы.

— Глупая и наглая добыча. Но красивая. Сколько лет я не трахал человеческую женщину? Сто? Двести? И сейчас, наверное, не стану. Разве можно есть то, что трахал?! — продолжая говорить, красный ублюдок начал строить из себя эстета и ханжу, чем окончательно вывел меня из себя.

В висках запульсировало. Зрение расфокусировалось, а в мышцах словно разлилось жидкое пламя. Но я остался недвижим и выжидал удобного момента.

При близком рассмотрении красный оттенок кожи этой твари имел насыщенные багровые тона. Коснувшись лица девушки когтём указательного пальца правой руки и задержав его для грубой ласки, демон словно невзначай позволил мечу соскользнуть с колен.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Шанс или ловушка?

У доспеха Атлантов, который я носил поверх бронекомбеза, имелся ещё один безусловный плюс помимо заклинаний, подстёгивающих регенерацию ран — очень высокая гибкость. Выполнить кувырок назад не составило труда.

Перекатившись по камням, я успел зацепить копьё. Упор рукой в землю, выверенный на тренировках бросок…

Демон буквально размазался в пространстве, оставляя за собой густой дымный шлейф. Глухой звон алой стали его клинка означал что копьё отбито.

И следом мой разум как будто отключился.

Толстые звенья длинных двухметровых цепей стегнули по тому месту где ещё мгновение назад находился враг. Стегнули и неуловимо изогнулись — моё движение не уступало движениям демона ни в скорости, ни в точности, ни в коварстве.

Сотканные из Тьмы цепи перехватили противника на полпути ко мне, прервав хитроумный зигзаг его манёвра. Одна наткнулась на поставленный меч и плотно оплела его, послушно завязавшись вокруг клинка в узел. А вторая…

Вторая "Цепь Тьмы" ухватила краснокожего любителя человечины за горло. И тогда я понял, что всё это сделал кто-то другой. Во мне вновь пробудился Тёмный Дракон.

— Я не трахал НИКОГО тысячи лет! — прорычало моё непослушное горло, а на грани сознания неудержимо захохотал дедушка Хандзо.

Рывок на себя впечатал ошарашенного демона в землю. Продолжая борьбу с тёмным духом, я бессильно слушал монолог тёмного духа и неудержимый хохот предка.

— Но для тебя… Для тебя я сделаю исключение, мясо… — продолжал греметь мой голос. — Трахну и с-с-съем!

Краем глаза я видел бледное лицо перепуганной насмерть Иланы. Девушка приподнялась на локте, но услышав последнюю фразу и увидев меня в ореоле чёрного пламени, закатила глаза и вновь рухнула на землю.

— У-с-с-спокойся, с-с-смертный! Не с-с-стану я его трахать! Просто с-с-съем! — недовольно рыкнул тёмный дух и, преодолев моё сопротивление, прыгнул к демону.

Голова с короной из рожек как раз начала приподниматься, явив мне окровавленную красно-черную маску с висящими лоскутами кожи и белеющей костью скул. Нос свернуло набок. Из него сплошным ручейком хлестала тёмная, почти чёрная кровь.

— Х-х-х-а! — выдохнул я-дракон, обрушив кулак на челюсть врага и сворачивая её набок. Демон закатил глаза и завалился на спину. А дух действовал уже по привычной схеме, отработанной на арене "Ратоборца".

Вскрыв грудь жертвы "техникой" создающей вокруг руки драконью лапу с когтями, он вырвал сердце демона и с наслаждением сжал его в изменённой ладони.

— Мясо… Сочное тысячелетнее мясо… — причмокнув губами, я ощутил как в духовное тело устремляется поток Силы и вновь обрёл контроль над своим телом.

— А теперь с-с-сам, с-с-смертный! Покажи на что ты с-с-способен! — прошипел дух в моей голове и сыто рыгнул на прощание, окатив волной презрения.

Смысл его слов стал понятен, когда из расселины каньона выскочил другой демон. Тот самый, что почувствовал мой чересчур любопытный взгляд…

"Когти Дракона" немедленно обзавелись парой — вторая энергетическая перчатка плотно обхватила левую руку. Плавно сместившись в сторону, я активировал схему "Доспеха Инь-Ян" и провалился в транс, отстранённо любуясь тем, как вспыхивают нити Силы вокруг моего тела, складываясь и сплетаясь, формируя плотный чёрно-золотистый доспех с гипертрофированными наручами и поножами. А в сознании неожиданно промелькнула схема плетения ещё одной "техники".

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Странная и очень сложная схема. Плести её каркас пришлось уже в бою, непрерывно смещаясь по кругу и жёстко блокируя двуручный меч демона усиленной защитой рук и ног.

Клинок из отливающей кровью стали порхал в руках демона словно тростинка — эта тварь значительно превосходила предыдущего соперника в скорости и, как мне показалось, в умении. Непрерывный звон металла, тяжёлое дыхание с моей стороны и смачное хэканье из уст рогатого слились в какофонию боя. Она не давала танцевать. Она заглушала песню Клинка. Песню моей души.