Смерть в объятиях прибоя - Дарья Александровна Булатникова

и независимый, замкнувшийся в собственном мирке, вход в который был закрыт и для самых близких друзей? Дина, изо всех сил старающаяся жить «правильно», искренняя, и в то же время до невозможности сдержанная и консервативная? Надежда, ничем не гнушавшаяся для достижения цели, но, по сути, хронически несчастливый из-за собственного характера человек? Митя, везунчик и красавчик Митя, всеобщий любимец, неожиданно и болезненно повзрослевший и обросший прочным защитным панцирем? Алина, резкая, талантливая, достаточно стервозная и в то же время ранимая. Или она, Женя? Для себя у Жени не нашлось подходящих определений, кроме «банально обманутая собственным мужем и сидящая у разбитого жизненного корыта». Противно, но факт.

— Интересно, для чего вообще Сашке понадобилось так поступать с Кристиной? — в голосе Дины было искреннее недоумение. — Ведь наша компания была ему все-таки зачем-то нужна… А если бы мы узнали, то послали бы его однозначно куда подальше.

— Послали бы. И морду изрядно набили бы, — отрезал Палий. — Но я вот как это представляю. Сашка был старше нас, прошел зону. Были у него, конечно, дружки из криминальной среды, но он тщательно это скрывал. Отчим поставил ему жесткие условия — учись и веди нормальный образ жизни или никакой поддержки тебе не будет. Вот он и выбрал нас в качестве прикрытия: благополучные детки, наивные и глупые. Щенки. Чуть что, можно продемонстрировать — вот они, мои друзья, белые-пушистые. Помните, пару раз он нас приглашал на дни рождения, так матушка его от нас в полном восторге была.

— Это точно, было такое, — подтвердила Надежда. — И отчим его с нами очень мило общался. Кстати, хороший дядька, мне он тогда понравился.

— Вот и представь себя на месте Сашки. Приходится постоянно лицемерить, изображать раскаявшегося и исправившегося грешника, а душа лежит к иному. Для чего он это делал, вопрос другой. Может, и вправду любил мать и не хотел больше её расстраивать, может, отчим ему серьёзно пригрозил, чтобы больше нервы им не мотал. Но то, что он вел двойную жизнь, теперь очевидно, не так просто он устроил ловушку Кристине — либо заработать хотел, либо просто потешить самолюбие да позлорадствовать. Предложил приятелям использовать глупую девчонку. — Палий помолчал. Никто не проронил ни слова. — Думаю, что мы ему надоели до смерти, и ему хотелось всех нас вот так потихоньку опустить до своего уровня, чтобы жизнь медом не казалась. Того, что Кристи выбросится из окна, он, конечно, не ожидал. Не знаю, испугался ли он. Скорее, нет. Просто решил затаиться на всякий случай. Больше не экспериментировал…

— А вот и нет. Пытался. — Голос Алины прозвучал излишне резко. Она стояла в дверях, и никто не заметил, когда она появилась. — Ребята, я, конечно, подслушивала.

Она горько усмехнулась и села к столу. Выглядела Алина по-прежнему бледной и измученной, но глаза были злыми и решительными. Ольга встала и, подойдя к подруге, погладила её по плечу. Инга смотрела на Алину во все глаза. Кажется впервые девочка не рвалась спрятаться от всех со своими книгами, а слушала и переживала услышанное, словно была участницей событий.

— В общем, я тогда и не поняла, что это было. Решила, что Сашка валял дурака, и послала его подальше. И только теперь поняла, что он мне, похоже, тоже подлянку готовил.

— Рассказывай! — чуть ли не хором потребовали Вася и Дина. А Палий зачем-то встал и пересел на подоконник, словно пытаясь перекрыть Жене вид на вожделенный пляж.

— Да, в общем, история короткая. Мы тогда с Борькой к свадьбе готовились, и он как-то утром поехал на вокзал, чтобы встретить поезд. Дядя его из Тбилиси выслал нам с проводником в подарок несколько ящиков с фруктами и бутыли с грузинским вином. А я пошла по магазинам и встретила недалеко от своего дома Сашку. Он сказал, что Борис его просил передать, будто решил весь полученный презент сразу на дачу отвезти. И я очень нужна ему там. Так что Вершинин с приятелем готовы меня туда подбросить. Приятеля я издали видела — в машине сидел. Но я спешила, мне французские туфли знакомая продавщица должна была оставить, и ехать отказалась.

Алина налила себе из кувшина стакан сока и залпом его выпила.

— А когда я вернулась домой, Борис уже там был, ни о какой даче он и не думал. Потом я у Сашки спросила, с чего он тогда мне врал, а он какую-то ерунду понес о споре с приятелем, что такая красивая девушка с ними не откажется прокатиться. Ну, я его обозвала как-то и забыла об этом эпизоде. А сейчас вот вспомнила. Тот парень в машине, был чем-то на Шварценеггера похож.

— Так… Похоже, у нашего общего друга тогда был интересный промысел, — прокомментировал Вася. — А ну, девчонки, признавайтесь, кого ещё Сашка пытался куда-нибудь прокатить?

— Меня пытался, — отрезала Дина. — Ещё до той, новогодней истории. Меня он на пикник с друзьями звал. Только я с такими типами в машину не сажусь.

Ольга пожала плечами:

— Меня никуда не звал, наверное, девушки с детьми, — она покосилась на Ингу, — их не интересовали. Тем более что молчать я бы не стала, это ежу понятно. А им тихие жертвы нужны были, которые бы за свою репутацию тряслись.

— Меня тоже не приглашали, какая досада… — злобно фыркнула Надежда. — На роль жертвы я не годилась. Сашка меня вообще всегда сторонился и называл мегерой.

— Ну, не знаю, имел ли Вершинин на меня подобные виды, — усмехнулась Женя, — только вот от Марка он как-то чуть по морде не схлопотал. Я после занятий ждала Шереметева около института, а тут Сашка топает с каким-то парнем. Ничего общего с Шварценеггером, кстати. Мелкий, плюгавый и на крысу похож. Остановились, и давай меня в какой-то кабак приглашать. А тут Марк сзади тихонько подошел. В общем, мне пришлось потом перед ним три дня оправдываться. Такая вот сценка… Не думаю, что это то самое было, просто единственное, что могу вспомнить.

— Но всё-таки, народ, объясните мне, каким образом то, что мы узнали, поможет нам вычислить убийцу? — пожала плечами Дина. — Ведь кроме того, что из-за подлости Сашки погибла Крис и могли вляпаться в жуткое дерьмо другие, что мы имеем? Вася, точно Крыська только тебе о своих бедах рассказала? Не говорила она, что ещё кто-то знает?

— Точно, никому не говорила. Я ведь потом много об этом думал, даже расспрашивал осторожно. Выглядел при этом любопытствующим идиотом. — Вася вздохнул. — Но все-таки