Музыка Макса (трилогия) (СИ) - Дюран Хельга

Глаза моего мужа засверкали от злобы, губы изогнулись в циничной усмешке. Ревность Макса была чертовски приятна, но особенно радовало то, что он не устроил мне сцены и не избил Лёху. Я бы на его месте изошлась на говно. Придвинувшись ближе, я положила голову ему на грудь и крепко обняла. Мне стало совестно, что я редко его хвалю. Людям, даже с такой мудацкой самоуверенностью, как у Макса требовалось подтверждение их значимости.

— Макс, прости меня! Я тоже виновата, — тихо сказала я. — Ты знаешь как я отношусь к Лёхе. А с любимыми людьми я не соблюдаю условности. Я выражаю свои чувства, как умею.

— С любимыми? — переспросил Макс.

— Да. Тебе не послышалось. Я люблю его, как друга. Он очень мне дорог. Но теперь ты знаешь Макс, что мы бы никогда… Не предали тебя. Так что не переживай, повода для ревности у тебя нет.

Макс фыркнул и сел на кровати.

— Ревновать к этому пиздюку? Что за бред? — рассмеялся он. — Я просто думаю, что рано или поздно тебе захочется узнать, какого это спать с кем-то еще, кроме меня. А Лёха, естественно, окажется рядом в удобный момент. Например, когда мы поссоримся в очередной раз…

— Да что ты несешь!

— Ты что не видишь, как он смотрит на тебя? С самого дня знакомства он таращится на тебя, даже не скрываясь. Уверен, мысленно он поимел тебя во всех позах!

— По себе людей не судят! Лёха не такой!

— Такой, такой, — приговаривал Макс. — Все мужики одинаковы, поверь.

— А обо мне ты такого же мнения? — с обидой спросила я.

— Ты тут совершенно ни при чем. Ты даже не сможешь понять, как так получилось, что ты со своим любимым другом, стали немного ближе, чем обычно.

Я замолчала, не зная, что ответить Максу на этот бред. Если так пойдет и дальше, мне придется купить паранджу и вести затворнический образ жизни, но так не хотелось снова ссориться…

— Продай «Мерседес», — через некоторое время сказал Макс приказным тоном. Я непонимающе уставилась на него. — Продай машину, — повторил Макс. — И купи любую другую, я добавлю тебе, сколько нужно.

С самого начала подарок Лёхи не давал Максу покоя, но он никогда не высказывался на этот счет так категорично. Я бы с легкостью сделала то, о чем Макс сейчас говорил, но я прекрасно понимала, что если сейчас уступлю ему, то дальше будет только хуже.

— Мне нравится моя машина, — с вызовом сказала я. — И ты не заставишь меня от нее избавиться.

— Я могу ее расхерачить… — пригрозил Макс.

— Конечно можешь, — ответила я и холодно улыбнулась. — Можешь избить Лёху, разбить мою машину… Макс, убей тогда сразу меня, чтобы я никому не досталась!

Я поднялась с кровати и направилась к двери. Мне хотелось побыть одной. Макс не дал мне уйти. Он схватил меня за руку и развернул к себе лицом.

— Не злись, прошу, — выдохнул он. — Я не хочу ссориться ни с тобой ни с Лёхой. Я лишь хочу, чтобы ты была только моя. Всегда! Поклянись, поклянись мне, что никогда не отдашься никому, кроме меня! Я знаю, что сошел с ума, но поклянись!

— Я клянусь, — послушно повторила я. — Что никогда не отдамся никому, кроме тебя! Тебе полегчало?

— Если бы только знала, как я счастлив…

2

Примерно за неделю до годовщины, в тот самый день, когда я купила часы в подарок Максу, мы снова поскандалили, теперь уже из-за бытовухи.

Неделька выдалась та ещё: два дня я пролежала с температурой, переборщив с солярием, потом два дня работала, затем был День Рождения одногруппника и мотание по магазинам в поисках красивого платья и подарка Максу. Я совсем забросила домашние дела.

После давнего инцидента, когда я кидалась молоком, Макс никогда не делал мне замечаний по поводу уборки или готовки, ни разу не попрекнул немытой чашкой в раковине, и вот я пришла домой в прекрасном настроении, не смотря на двухчасовую пробку, в которую я «удачно» попала. Было уже одиннадцать вечера.

Макс встретил меня у дверей, галантно забирая пакеты с покупками из рук. Пока я разувалась, он отнёс их в спальню и быстро вернулся.

— Дорогая, что у нас на ужин? — вкрадчиво спросил он.

Я так сильно была занята своими мыслями о том, как обрадуется Макс моему подарку, и как я буду блистать в своём шикарном платье, что ответила не сразу. Я рассеянно посмотрела на Макса, вспоминая, что он сказал.

— Я спросил, что на ужин, — повторил Макс.

— Э-эм… — протянула я. — Ещё ничего. Я сейчас что-нибудь приготовлю.

Даже не переодевшись, я сразу побежала на кухню, проверяя, что есть из продуктов. Макс проследовал за мной и, прислонившись к дверному косяку, скрестил руки на груди. Своей огромной фигурой он заслонил весь дверной проем.

Над потолком кухни сгустились тучи. В воздухе витал запах скандала…

— Я бы сам приготовил, но в нашем доме шаром покати, — сухо сказал он.

Это было правдой. Холодильник, как и морозилка были пусты, даже горсточки крупы нигде не завалялось.

Да как так-то? Охуетительно!

— Ну, давай закажем пиццу или роллы? — предложила я, уже подозревая о надвигающейся ссоре.

Я хотела вернуться в коридор за своим телефоном, который был в сумочке, чтобы позвонить в службу доставки, но Макс перегородил собой дверной проём, не дав мне возможности пройти. Я остановилась, вопросительно на него посмотрев.

— Хорошо, я подожду, голодный ещё пару часов, — уже с раздражением сказал он. — Как быть с чистыми рубашками? Их нет, как и носков.

— Макс, ты больше не в состоянии выстирать свою одежду? — теперь я понимала, к чему клонит Макс и тоже начинала нервничать. — Закинь в машинку, я потом поглажу. Дай мне пройти!

Макс не сдвинулся с места.

— Я достал из почтового ящика квитанции за коммунальные услуги, — продолжил Макс. — За ТРИ месяца. Ты издеваешься?

— Я не знала, что оплата коммунальных счетов, входит ТОЛЬКО В МОИ обязанности, как и приготовление еды и стирка твоих рубашек.

— Ты — женщина, значит это твои прямые обязанности!

— Я больше не снимаю у тебя комнату, рассчитываясь услугами домработницы, теперь я твоя ЖЕНА!

— Вот именно! Поэтому я, приходя домой, хочу знать, что за всё в ней вовремя заплачено, меня ждёт ужин и чистая одежда! Если тебе не хватает времени, увольняйся к чёртовой матери!

Макс отчитывал меня и отчасти справедливо, но я бы предпочла, если бы он выказал мне своё недовольство в более мягкой форме, поэтому я отстаивала себя, как могла.

— Хорошо! Назови свои обязанности.

— Я — глава семьи. Моя задача зарабатывать деньги и защищать семью. Кажется, с этим нет проблем?

Слова Макса прозвучали так гордо и пафосно по-мужски, что я не нашлась, что ему возразить. Мы стояли друг напротив друга и молчали. Макс почувствовал себя победителем, а потому смотрел на меня свысока и совершенно спокойно, внутри меня же всё кипело от возмущения и негодования.

— Я уверен, что ты сделаешь выводы, — уже мягким тоном сказал Макс и, театрально развернувшись, ушёл в спальню.

Я осталась одна наедине со своими мыслями и не постиранными вовремя рубашками. Всё же сходив за телефоном, я заказала роллы на дом, потом покурила и немного успокоилась.

В том, что Макс привык жить на всём готовеньком, была вина только одного человека. И этим человеком была я сама. Так уж повелось с самого начала. Это я разбаловала его всегда свежей вкусной домашней едой, я сама закупалась продуктами в магазине, боясь отвлекать Макса по пустякам, следила за тем, во что он одевается, порой, насильно заставляя покупать себе новую пару обуви. Вот тебе, Олечка, благодарность за заботу. Кто везёт, того и погоняют.

Я открыла холодильник, ещё раз осмотрев его пустые полки, и достала оттуда питьевой йогурт. Мне захотелось чем-нибудь перекусить, пока везут заказ из японского ресторана.

Я присела на стул, размышляя о том, стоит ли раздуть скандал, и поделить с Максом домашние обязанности или уже смириться и заткнуться? Деньги и, правда, Макс зарабатывал более чем хорошо. Я особо не экономила семейный бюджет, но и в мажорку не превратилась. Я просто даже не думала о том, чтобы купить себе что-нибудь дорогущее. Про покупку новой машины Макс больше не заикался, и слава Богу! Отдыхать мы еще никуда не ездили, у меня даже не было шубы.