Похищена Братвой - Мари Фокс

Она драматично фыркает, но в ее глазах проблеск волнения, который говорит мне, что ей это нравится. Я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понимать, что сюрпризы заставляют ее нервничать, но я также знаю, как сильно она любит их, когда они оказываются правильными.

Мы едем немного дальше, город исчезает позади нас, пока дорога петляет к нашему пункту назначения. Она ерзает на сиденье, смотрит в окно, пытаясь понять, где мы. Ее нетерпение ощутимо, но я держу рот закрытым, позволяя ей гадать.

Наконец, мы прибываем к большому зданию, полному людей. Глаза Софии расширяются, когда она видит сцену. Собралась толпа, баннеры висят по всему фасаду здания, и в воздухе витает чувство волнения. Я паркую машину и выхожу, обхожу ее, чтобы открыть дверь. Она осторожно выходит, ее взгляд осматривает территорию.

— Максим, что это? — спрашивает она, ее голос становится тише и более любопытным.

Я киваю в сторону входа, где Кристен, Дженнифер и еще несколько ее друзей уже ждут в зале. Они машут ей, широко улыбаясь.

Ее взгляд перемещается между мной и ними, на ее лице все еще написано замешательство. — Почему они здесь?

Я не отвечаю. Вместо этого я беру ее за руку и веду ко входу. Когда мы заходим внутрь, она замирает, ее взгляд падает на большую вывеску над сценой: Фонд Софии Шаровой.

Она читает медленно, ее глаза расширяются от недоверия. Ее рот слегка приоткрывается, но слова не произносятся. Я вижу, как шестеренки крутятся в ее голове, пытаясь все это осмыслить.

Направленность фонда проста — охрана окружающей среды, устойчивое развитие и инициативы по посадке растений, все то, что она упоминала как любимое во время наших разговоров. Я помню, как ее лицо засияло, когда она говорила о своей страсти к защите окружающей среды, о том, как она хотела изменить мир, полный хаоса. И теперь у нее есть платформа, чтобы сделать именно это.

Наступает момент ошеломленной тишины, прежде чем толпа взрывается аплодисментами. София поворачивается ко мне, ее глаза остекленевшие, шокированные.

— Ты это сделал? — шепчет она, ее голос полон эмоций.

Я киваю. — Ты упомянула, что хочешь сделать что-то значимое. Я подумал, что ты захочешь начать отсюда.

Ее руки взлетают ко рту, глаза наполняются слезами. — Максим... я... я не знаю, что сказать.

Я пожимаю плечами, пытаясь сохранять спокойствие, но в глубине души я наслаждаюсь каждой секундой. Видеть ее такой счастливой, это стоит всего. — Тебе не нужно ничего говорить. Просто наслаждайся.

Она поворачивается обратно к толпе, впитывая аплодисменты, улыбки друзей и значимость того, что только что ей дали. В ее глазах свет, которого я давно не видел, какая-то радость, которая заставляет всю пережитую ею тьму казаться далеким воспоминанием.

Она делает шаг вперед, пожимая руки некоторым гостям, ее движения медленные и осторожные, как будто она все еще все это обдумывает. Дженнифер бросается к ней, крепко обнимая ее, и я слышу, как они смеются сквозь слезы. Кристен стоит рядом, хлопая, в его глазах светится гордость.

Я откидываюсь назад, наблюдая со стороны, удовлетворенный. София прошла через ад, но она выкарабкалась из него сильнее, и теперь у нее есть что-то, что принадлежит только ей, что-то хорошее. Что-то, что дает ей повод улыбаться.

Она оглядывается на меня, ее глаза полны благодарности и чего-то еще, чего-то более глубокого. На мгновение наши глаза встречаются, и я вижу, как много это для нее значит. Она на седьмом небе от счастья, и я не могу отрицать, что мне приятно видеть ее такой.

Когда аплодисменты стихают, она возвращается ко мне, ее улыбка широкая и искренняя. Она обнимает меня за шею, крепко прижимая к себе. Я не привык к публичным проявлениям чувств, но для нее я делаю исключение.

— Спасибо, — шепчет она дрожащим от волнения голосом.

— Ты этого заслуживаешь, — говорю я тихим, но твердым голосом. — Ты достаточно натерпелась. Пришло время для чего-то хорошего.

Она слегка отстраняется, глядя на меня снизу вверх, и на мгновение я вижу ту девушку, которую раньше тяготили все эти боль и утрата. Но теперь в ее глазах надежда, и как будто груз свалился с ее плеч.

— Я не могу поверить, что ты сделал это для меня, — говорит она, и в ее голосе все еще слышно недоверие.

Я ухмыляюсь, наклоняясь ближе. — Что мое, то твое, помнишь?

Она смеется, качая головой, а слезы текут по ее щекам. — Ты действительно полон сюрпризов, не так ли?

Я пожимаю плечами. — У меня бывают моменты.

После этого мероприятие продолжается гладко, и приятно видеть, насколько фонд Софии находит отклик у присутствующих. Наши друзья и семья собираются вокруг, выражая свои поздравления и поддержку. Я стою в стороне большую часть времени, позволяя Софии быть в центре внимания. Она заслуживает всего этого. Я не могу не заметить, как она светится, когда говорит о своих планах, как ее страсть сияет в каждом слове.

Дженнифер отводит ее в сторону, чтобы поговорить о будущих событиях, и Кристен не может перестать сиять от гордости. Это хорошая ночь, которая ощущается как шаг в правильном направлении для нас обоих.

Когда вечер подходит к концу, и гости начинают расходиться, София остается рядом со мной, держа меня за руку. Это едва заметный жест, но я чувствую за ним силу, словно она заземляется в моменте. Когда наконец приходит время отправляться домой, она тихо вздыхает с облегчением, когда мы оставляем мероприятие позади и садимся в машину.

Дорога домой тихая, но не в некомфортном смысле. В воздухе между нами витает чувство удовлетворения, своего рода покой, к которому я все еще привыкаю.

Как только мы заходим внутрь, София делает глубокий вдох, ее выражение лица становится более серьезным. Она смотрит на меня, ее глаза ищут мои, как будто она пытается понять, как сказать то, что у нее на уме.

— У меня есть кое-что для тебя, — говорит она, ее голос мягкий, почти нерешительный. — Но… я не знаю, понравится ли тебе это.

Я поднимаю бровь, заинтригованный внезапной переменой в ее тоне. — Покажи мне, — говорю я с любопытством.

Она лезет в сумку, достает сложенный листок бумаги и протягивает его мне. Это больничный отчет, официальный, с ее именем, аккуратно напечатанным сверху. Я смотрю на слова, просматриваю строки, пока одно слово не бросается мне в глаза: беременна.

Мое сердце замирает.

— У нас будет