Звезды на дисплеях - Владимир Подольский

Правда зима, как говорил однажды Мюллер, тут на Надежде не очень холодная: правда, дуют пронизывающие ветры, каждый день идёт дождь, но вода за все зимы замерзала только раз, потому, что 'климат морской'.

'Как это замерзала?' - спросил тогда один из младших.

'Очень просто, становилась как ледяные метеориты!'

Это-то все знали хорошо! Два раза за сутки Надежда проходила через жиденькое, кольцо Обманщика и с неба порой падали ледышки, иногда и крупные. Тамара не раз поднимала с земли осколки метеоритов. Они таяли в руках, а иногда чем-то воняли. Неужели вся вода в холодную зиму может стать такой? Как же её пить с таким запахом?

Освежившись в воде прохладного ручья, девушка ловко выхватила из воды парочку нахальных рыбин, опрометчиво подплывших слишком близко, вышла на берег и растянулась на траве. Добычу можно поджарить попозже, а пока, - в сумку их! Жаркое солнце быстро высушило её бронзовую от загара кожу, и она, одевшись, сорвала с куста несколько широких листьев, завернула в них трепещущую добычу и уложила в сумку. Иначе стухнут на такой жаре и на корм землероям пойдут. Их тут в лесу видимо-невидимо! Всё-таки стряхнули паразиты сандалию с куста и уже утащили к дереву. Там у них нора. Вон, вцепились вчетвером и пытаются затащить под корни! Да пищат! Не получается! Нора-то маленькая.

- Отдавайте добычу, ворюги!

Хорошо, хоть не погрызли.

- Ну-ка, с глаз моих! Пропали живо! А то, зажарю!

Да какое там, 'зажарю', только маленькие дети ловят их и жарят, когда играют в охотников. Тем не менее, землерои мигом порскнули в нору, испугались голоса человека, наверно. Только один самый маленький не оставил попыток завладеть сандалией, которую Тамара держала в руке. Даже подпрыгивал от усердия и громко пищал. Он ведь её наверно и сбросил с ветки, настырный! Девушка сунула руку в сумку, отщипнула кусочек 'хлеба' и кинула привязчивому и глупому паразиту. Тот поймал подачку на лету и живо поволок в норку, откуда сразу же раздались писк и энергичная возня.

'Всё в семью!' - как любит выражаться мать.

Юная охотница подхватила свои пожитки, засунула рогатку за пояс шорт и, отыскав заросшую после дождей тропку, отправилась к лежащему в отдалении от берега 'Артуру Кларку'.

Мать и отец ещё не старые, Землю помнят хорошо и много рассказывают о ней, хотя улетели, когда им было по '12 лет'. Это значит, младше были, чем Тамара сейчас. Местных четыре года. Родители взяли их в полёт на 'Артуре Кларке' чтобы показать Марс и Юпитер. Это планеты тамошние такие. Полёт 'стоил дорого', но и родители их были 'большие люди', поскольку у них было 'много денег'. В общем, родителей отца, бабушку и дедушку Тамара хорошо помнила: не такие уж они были и большие. 'Большие' означало должность на Земле. Ну, как капитан в поселении, пока ещё не старый был. Или десятник в полевой бригаде.

А мамина мама жива и сейчас, бодрая старушка, раньше лавкой заведовала, а потом совет освободил её от этой тяжёлой работы, так она в школе стала преподавать. Комп лечит, когда тот отказывает. Мяса почти не ест, в лавке по-прежнему молодым помогает, ведёт учёт. Даже бегает трусцой перед обедом. Тамару научила борьбе 'русбой', так что перед задиристыми пацанами, да и девчонками в детстве она не пасовала. А сейчас, кто её тронет?

Живёт бабушка, правда, отдельно около школы, но в гости приходит, чуть ли не каждый день, возится с малышами, сказки им рассказывает и тоже грозится 'русбою' научить, когда чуть подрастут. И ведь, научит! Потому, что до ста лет жить собирается. Это по земному счёту. И глядя на неё, почему-то верится!

А мамин папа погиб при посадке, у него сердце было плохое, врачи даже не хотели его в полёт пускать, но он упросил. А при посадке были 'перегрузки' он и умер. И похоронен он на первом кладбище здесь, на Кларке. Нужно будет нарвать земных цветов, тут их много выросло, и положить на могилу. Так они с мамой, папой и бабушкой делали всегда, когда на Кларк приезжали 'в годовщину'.

'Зачем это ему нужно? Он ведь мёртвый, ему ничего не нужно!' - спросила как-то ещё маленькая, несмышлёная Тамара.

'Это нужно не ему, это нужно тебе!' - ответила тогда мать.

'А зачем?'

'А вот когда поймёшь, 'зачем', то и станешь взрослой!'

Кажется, Тамара начала это понимать, неужели она взрослой становится?

Мама с папой познакомились ещё в полёте. Каюты у них были рядом. Когда родители с Тамарой приезжали на Кларк и посещали корабль, мама всегда их показывала, хотя в них только голые стены остались. Так вот, они и подружились, хотя не сразу научились друг друга понимать. Мама была 'русской', а папа 'наполовину австралиец, наполовину канадец'. Как поняла Татьяна, это значило, что на Земле они жили на разных островах, очень далеко друг от друга, на лодке не доплыть. Но мама учила в школе английский язык, - Англия, это ещё один остров такой - поэтому всё же понемногу начала понимать, что тараторил улыбчивый парень.

Они вместе ходили на обзорную палубу, 'австралиец' показывал девочке Марс, потом какой-то крупный астероид, около которого пролетал 'Артур Кларк'. А потом, пока они летели к Юпитеру, дети каждый день встречались в 'спортивном зале' и в комнате компьютерных игр. Что это за зал, Тамара так и не поняла. Точнее поняла, конечно, она не поняла только зачем нужно по часу ворочать тяжести или танцевать под музыку до седьмого пота, хотя без этого вполне можно было обойтись.

А игры на компе ей и другим детям бабушка показывала, но играть разрешала только по очереди и по нескольку минут после занятий. И только тем, кто хорошо учится. А больше было нельзя: в колонии осталось только два исправных компьютера: в школе и у совета. И если школьный сломается, то фильмы о Земле уже не посмотришь.

Тропинка меж тем вывела Тамару на заброшенное кукурузное поле. За ним уже виднелась серая туша 'Артура Кларка'. Родители рассказывали, что космический корабль приземлился каким-то чудом. Садиться на планеты он вообще был не приспособлен. Но у капитана не было другого выхода, помощи ждать было не от кого: полосатая планета, которую сначала приняли за Сатурн, поскольку он тоже был опоясан системой колец, оказалась вовсе не Сатурном. За что и получила название 'Обманщик'. Кольца у Обманщика были слабенькие и туманные, Мюллер говорил, что долго они не продержатся, испарятся на Солнце.

Несколько месяцев 'Артур Кларк' блуждал в системе 'Обманщика'. Оказалось, что гигант находится в 'зоне жизни' своего светила, имеет несколько спутников, среди которых нашлась и землеподобная планета, почти полностью покрытая океаном, с атмосферой богатой кислородом. Одна её сторона, испещрённая островами, была подобно Луне постоянно обращена к своему партнёру.

Основной причиной вынудившей капитана Витторио идти на посадку, оказалось исчерпание рабочего тела: лайнер не мог заправиться у любой болтающейся в космосе ледышки, а только от специального заправщика. Кроме того, запасы воздуха на борту подходили к концу. Конечно, в школе рассказывали всё подробнее, но многое оставалось девушке неясным: что такое, например, 'ре-ге-не-ра-ция' и почему она испортилась?

Так вот, хотя капитан мог принять решение о посадке и сам, но он предпочёл обсудить этот вопрос с измученными неизвестностью пассажирами и экипажем. Предстояло выбрать между обязательной и близкой смертью от удушья на орбите и возможной смертью при посадке на неведомый спутник Обманщика. Или смертью после посадки, если планета окажется враждебной человеку.

Подавляющее большинство выбрало посадку, никто не хотел верить, что Надежда, как назвали свою будущую возможную родину, тоже обманет ожидания потерявшихся в космосе людей.

Десять земных дней лайнер вращался на низкой орбите, капитан и нашедшиеся среди пассажиров более-менее квалифицированные специалисты пытались выбрать лучшее место для посадки и заодно определить, что ждёт людей при её благополучном исходе. В конце концов, выбрали группу островов в районе экватора, богатых растительностью, на стороне обращённой к Обманщику. С орбиты разглядели, что у планеты есть и животный мир, а в её океане имеется жизнь.

Итак, решение было принято, капитан рассчитал траекторию спуска, обратился по громкой связи к людям с просьбой прочитать известные им молитвы и зафиксироваться ремнями на своих ложах пассажирам и в своих ложементах команде. И 'Артур Кларк' начал торможение. Компьютер лайнера просчитал вероятность удачной посадки и оценил её в 5%, но капитан никому об этом не рассказал. Пусть люди верят в лучшее.

При соприкосновении с плотными слоями атмосферы, гигантское, неповоротливое судно начало баллистическое торможение и на пассажиров навалились перегрузки. Корабль быстро потерял внешние антенны и почти ослеп, только расположенные под обшивкой носовой и хвостовой локаторы позволял капитану ориентироваться в пространстве. Точно по выработанному компом графику капитан Витторио включил носовые дюзы, однако двигатель вскоре засбоил и вышел из строя. Он не был предназначен работать в атмосфере и это просто чудо, что он хоть как-то сумел запуститься. Но одного этого чуда было не достаточно.