Звезда сомнительного счастья (СИ) - Шах Ольга

- Вот с этого момента поподробнее, внучок! – проскрипело от двери, и дедуля, который собирался вот-вот скончаться, бодро внедрился в мою комнату.

И тут меня прорвало:

- В гробу я видел ваши нравоучения, маменька! И ваши советы, милорд, тоже!

- Отец, прошу вас не обращать внимания на слова моего сына! Он это сгоряча, правда, сынок? – зачастила маменька, косясь на деда.

- Пока я ещё сам решаю, на что обращать внимание, а на что нет, Кейт! – оборвал дедуля, удобно расположившийся на моей кровати.

Мама с отчаянием посмотрела на меня, умоляя ничего не говорить деду. Я отвернулся, глухая злоба душила меня, заставляя говорить то, о чём я поклялся себе даже не вспоминать:

- Тогда, помните, дедушка, моя свадьба с соседской девочкой расстроилась? Эйлис не заболела тогда… точнее не так – она была больна давно, но её родители умалчивали об этом, прятали ребёнка. Не знаю, на что они надеялись – на то, что её болезнь пройдёт с годами или же на то, что она просто не проживёт так долго… я не знаю… одно могу сказать точно – в день нашего венчания я увидел свою душевнобольную невесту, и я… не смог… я не смог на ней жениться.

Это было бы просто нечестно по отношению к ней, ведь она словно дитя, которое и не осознавало, что с ней происходит. И нечестно по отношению к самому себе, ведь я не смог бы сделать её своей женой, матерью моих детей, у нас не могло бы быть будущего! Не понимаю, почему Харнеры так поступили с нами? Ведь я же не слепой, в конце-то концов! Получается, что они намеренно ввели нашу семью в заблуждение, заключив этот контракт! Хотя, в тот момент, когда я увидел свою невесту, играющую в куклы, я не думал ни о чём таком.

Я слышал только, как брат Эйлис, Марк Харнер, обещал, что только лишь кровь смоет тот позор, который я нанёс семье Харнер. Не скажу, что меня взволновала эта угроза, у меня был и другой повод для переживания – сама моя невеста! Тогда-то отец и выкинул меня из дома, он кричал, что я опозорил не только дом Харнер, но и честь лордов Гленарван. И что дорога домой мне теперь заказана…

И мама была согласна с этим… пока не так давно не передумала и стала говорить, что мой долг перед семьёй далеко не погашен…

Дед молчал всё то время, пока я говорил, только внимательно смотрел на мать, которая собиралась скончаться с минуты на минуту.

- Боюсь, Ричард, что это ещё не всё! Не так ли, Кейтлин? Отвечай! – рыкнул дед, и мать невольно вздрогнула, подняв на меня свои глаза.

- Дедушка прав, дорогой! – наконец, произнесла она – Пойми, это было очень выгодное предложение, а ты второй сын, к тебе нет таких требований, как к Якобу…

Я замер, уже подозревая, что сейчас услышу, но всё равно не веря в то, что говорит мать.

- Видишь ли, мы так давно мечтали соединить оба наших рода, сынок! Подумай только – семьи Гленарван и Харнер – самые влиятельные и богатые семьи Равнин. Так что глава семьи Харнер был счастлив и горд, когда отец обратился к ним с просьбой выдать свою дочь за тебя, Ричард. Но… девочка была не здорова, мы об этом узнали, не сразу, конечно, но… ты был счастлив, да и мы тоже… вот и решили, что после того, как Великий соединит ваши судьбы в храме, ты уже не сможешь ничего сделать.

Мы также понимали, сынок, что ты не станешь срывать злость на малышке, ведь она ни в чём не виновата!

- Ну, да и точно! – хмыкнул дед, злобно зыркнув на мать – Просто вы лишили его семьи и детей!

- Вы не правы, папенька! Мы… мы были готовы признать его детей, если бы он полюбил другую женщину, и… вторая сторона сделки тоже была согласна с этим, ведь все приличия были бы соблюдены.

- А меня вы спросили об этом? – выкрикнул я.

Говорить с матерью было не о чем, ведь она была убеждена в том, что они с отцом ничего плохого не сделали. Я с детства слышал весь этот бред – о чести семьи, о моих обязанностях перед кланом и прочую ерунду. Быть может, в тот момент, когда состоялась моя помолвка, я ещё мог согласиться с доводами матери. Но не теперь. Мать это поняла, и сказала, шумно высморкавшись:

- Что же, эта Елена – неплохая девочка… Полли мне немного напоминает…

***

Елена

Я заснула только на рассвете, ворочаясь с боку на бок. Я, конечно, понимала, что понятия о добре и зле у нас разные, но не настолько же? Мне показалось, что не успела я закрыть глаза, как Оливия осторожно зашла в мою спальню и сообщила, что уже давно рассвет, дедушка Ричарда успел два раза поругаться, один раз на кухне, с тёткой Ганкой, за то, что она не подала ему горячий чай и кашу с утра, и второй раз – с дедом Гарином. Уже неизвестно, по какой причине.

Кроме этого, моя мачеха поднялась ни свет, ни заря, и теперь тоже ходит, залезает в каждый угол и интересуется всем на свете. Тётушка Алисия уже не отвечает за себя.

Я же, опасаясь за психическое состояние своего обслуживающего персонала, решила за лучшее не искушать судьбу, и всё же соскрести себя с кровати. И вовремя. Как оказалось – мачеха уже бушевала, недовольная всем без исключения.

- Отель «Парус» немного дальше! – недовольно пробурчала я, тяжело плюхаясь на своё место – У нас такого сервиса не водится!

Розалина, какой-то задней чуйкой поняв моё настроение, тут же сбавила обороты и присмирела.

- Девочки ещё спят! – недовольно поджав губы, сообщила она – Устали от дороги, да ещё этот холод!

Я усмехнулась, ожидая услышать причину, по которой почивает Куинси, но Розалина упрямо молчала, опустив глаза в тарелку с кашей. Не успела я порадоваться такому замечательному утру, как открылась дверь в столовую, и внедрился довольный лорд Маркас, который уже с самого утра носился по дому.

- Ну, наконец-то, милочка! – приветствовал он меня, бодрым козлом плюхаясь рядом – Долгонько ты спать изволишь! Я уже с утра на ногах, а ты? Столько дел по дому, а ей хоть бы что! Только и делает, что почивает! Мало того, что гости предоставлены сами себе, так и развлечений-то у тебя нет никаких. Нет, ну, на лесопилку я уже съездил с утреца – хорошее ты дело задумала, тут ничего не скажу, и нужное, и денежное, да и вообще – когда женщина работает, я в том греха не вижу. Я вот тут вот что подумал… а хватит ли у тебя работников? Дело, сама понимаешь, такое…

Затем, поняв, что сказал лишнее, миролюбиво поднял руки, мол: «всё, всё, понял, не настаиваю…». Можно подумать, без него не знаю, что работников нанимать необходимо, да и увеличить количество высаживаемых подростов, тоже. Без этого точно никак. Но где взять на всё денег?

- Берни отправляется в город, в банк, нет ли у кого там нужды какой? – перевёл тему дедушка, прихлёбывая горячий чай – Ну, это, чтобы твой возок, Елена, за «просто так» не гонять!

Я хотела было возмутиться, но потом махнула рукой, пусть его… быть может, я смогу так обойтись малой кровью. Дед нахмурился, искоса глянув на Розалину, и её словно ветром сдуло. Я повернулась к дедуле – ну, что там он ещё хотел мне сказать?

- Ты знаешь, дорогая, мне нужно сказать тебе кое-что…

Спустя полчаса я сама вышла из столовой, сердито отдуваясь. И как его только терпят дорогие родственники? Вон, Полина спускается с лестницы! Судя по всему, самое время нам поговорить. Она не стала сопротивляться, когда я увлекла её в сторону своего кабинета, цепко держа за локоток:

- Прошу прощения, миледи! – пробурчала я, оглядываясь по сторонам – Судя по всему, нам есть, что сказать друг другу.

Она и не сопротивлялась, только поморщилась, очевидно, я слишком крепко её держала, в то время как она и не собиралась вырываться.

- Как давно ты сюда попала? – не стала тянуть я, едва за нами закрылась дверь.

Девушка рассмеялась и сказала:

- Привет, землячка! Шесть лет уже, даже и не поняла, как это произошло. Очнулась, смотрю по сторонам… пока то да сё, сообразила не сразу… зато потом обалдела так, что… впрочем, долго рассказывать… Ты-то сама как?

- А я до сих пор обалдеваю! – рассмеявшись, призналась я, у меня словно камень с души упал.

Я будто снова сижу на своей кухне, и Сонька с Аней мне в очередной раз говорят о том, что жизнь наладится, нужно только в это очень верить… я криво улыбнулась: