Его маленькая заложница - Софи Росс

объятий, ни-че-го. Сухое руководство к действиям.

Скидываю кроссовки, влезаю в чьи-то мягкие тапочки. Они больше моей ноги размера на два.

На кухне ставлю тортик на тумбу рядом с раковиной и мою руки. Спину жжет от тяжелого взгляда моей матери.

— Могла бы и подешевле что-то купить, — обращает она внимание на красивую картонную коробку с бантом. — Чай не миллионерша.

— Я же от всей души, — растерянно поворачиваюсь к ней, стираю с рук оставшуюся пену. — Можно чайник поставить?

— Ну ставь.

Отточенными механическими движениями наливаю воду, жму на кнопку, достаю кружки. Ищу заварку.

— В верхнем левом шкафу.

Вздрагиваю, когда мама отвлекается от лепки домашних пельменей. Такая атмосфера напряженная, что дышать сложно.

— Как дела?

— Нормально. Отца на работе повысили.

— Так это же отличные новости, — улыбаюсь, хотя больше хочется плакать.

— Ничего хорошего, ответственности больше.

— Он же всегда к этому стремился.

— Сидел бы на старом месте спокойно, куда ему уже повышение? Теперь пропадает на работе, задерживается вечно.

Не понимаю ее.

— А я замуж выхожу, мам, — демонстрирую красивое элегантное колечко, которое Ринат подарил мне неделю назад.

— Настоящий бриллиант?

— И еще я беременна.

— Мужа богатого нашла?

Боже, зря я это все затеяла.

— Ты меня совсем не слышишь? Я же хотела радостными новостями с тобой поделиться.

— А мне-то что с твоих новостей? Ты когда последний раз о семье своей вспоминала? Деньгами разбрасываешься, когда мы тут вынуждены ютиться в маленькой квартире. От Вадима девка какая-то залетела, четвертый месяц пошел, на свадьбу собирать нужно. Помочь не хочешь?

— Мам, я беременна. У вас с папой будет внук или внучка. Еще один малыш, получается, — усмехаюсь невесело.

Чайник закипает.

— Поздравляю. Я нянчиться с ребенком не стану, мне хватает проблем. Не думала я, что мои дети по залету будут свадьбы играть.

— У нас не по залету…по любви…

— Мужика к себе привязать решила? Молодец, дочь. Надеюсь, у тебя там не какой-то вшивый офисный клерк. Хотя… — она делает вид, будто присматривается ко мне. — Другой вряд ли на тебя клюнул бы.

— Мам…

— Да не мямли ты. Богатый, спрашиваю?

— Сантехник, — выдаю первое, что приходит в голову. — Помог мне с одной проблемой, закрутилось как-то.

— Дура ты, Инесса. Сантехник!.. С такого даже взять нечего.

У Рината бизнес. Дом. Несколько квартир, как оказалось. Но пусть лучше в глазах моей мамы он будет сантехником с ипотекой и кредитами.

Перевожу взгляд на картонную коробку.

Торт этот я зачем-то покупала. Шоколадный. С вишневой прослойкой.

Решила наладить хоть какой-то контакт с родителями. Не надо было.

— Я пойду, мам.

— А деньги? — оживленно спрашивает. — Ты знаешь, во сколько нынче свадьбы обходятся?

Иду в коридор за кошельком, выгребаю из него все. Около десяти тысяч получается.

— Приходила-то зачем? — летит в спину.

Пожимаю плечами только, остановившись и замерев секунды на три.

Во дворе плетусь к детской площадке. Забираюсь на свободные качели, отталкиваюсь от земли ногами. Слезаю почти сразу, потому что начинает тошнить. Раньше не было такого. Кажется, беременность не очень положительно влияет на мой вестибулярный аппарат.

Достаю телефон и набираю номер Рината.

Один гудок. Второй…третий…

— Забери меня, — вою в динамик, пугая своего будущего мужа. — Забери, пожалуйста…

— Ина? Инь, ты где? Что случилось?

— У родителей во дворе… На качельках…

— Зачем поехала? — рявкает Ринат. — Сиди там, я скоро буду.

Он приезжает через полчаса. Сумасшедшая скорость с учетом всех обеденных пробок.

Паркуется прямо на проезжей части, частично заезжая на бордюр, и спешит ко мне. От Рината пахнет табачным дымом и свежестью туалетной воды. Утыкаюсь ему в шею, пачкаю рубашку потекшей тушью.

— Кто обидел мое сокровище? — он гладит меня по спине, зарывается в волосы пятерней и массирует затылок.

— Н-никто… — всхлипываю. — Просто грустно стало.

— Именно в этом месте? — скептически хмыкает Ринат. — Мы ведь обсуждали с тобой это. Собирались вместе съездить немного погодя, когда у тебя анализы придут в норму.

— Там хорошо все.

— Отклонения есть.

— Незначительные.

— Они есть, малыш мой сопливый. Тебе родители что-то сказали? В чем проблема?

— Там только мама была, — собираюсь с духом, чтобы рассказать все. — Я кольцо показала, про беременность рассказала, а ей будто плевать вообще на меня. Она только про деньги спрашивала. Брат у меня тоже скоро отцом станет, свадьба там, траты…

Слышу, как Ринат матерится куда-то в сторону от меня. Потом прижимается губами к виску, к уголку глаза, собирая все еще льющиеся соленые слезы.

— А еще…я сказала, что ты сантехник.

— Зачем?

Вижу, как его губы растягиваются в улыбке.

— Потому что мама начала интересоваться твоим достатком, и я не захотела говорить о том, что ты богатый.

— Ну какой богатый, Инь? Черную икру по утрам не жру, острова личного не имею.

Хрюкаю нечаянно из-за смеха и заложенного носа. Тут же смущаюсь и снова утыкаюсь в сильное плечо Рината.

— Очень сексуально, малышка. Все, заканчиваем с этой сыростью. Домой поехали.

Я теперь живу у Рината. К кольцу прилагался ультиматум окончательно переехать к нему, и я как-то незаметно для себя сразу согласилась.

Это все гормоны.

В машине незамедлительно смотрю на себя в небольшое зеркало.

Нос покраснел и распух, глаза все черные из-за туши, которую я растерла пальцами. Искусанные потрескавшиеся губы. Как Ринат