Кейн: Абсолютная сила III - Ник Фабер

же всё-таки друзья, — отозвался Калинин. — Поэтому собери всех и будь готов. Мы защитим тебя и твою семью. А со Стаховым, Коршуновым и Голотовым разберемся прямо сейчас. Пора закончить это.

— Конечно, Вася. Я всё сделаю. Я буду ждать твоих людей у себя в имении.

— Вот и правильно. До встречи, друг.

— Да. До встречи.

Евгений повесил трубку. Несколько секунд он стоял, обдумывая всё происходящее. А затем резко развернулся и вышел из кабинета.

— Живо пришлите ко мне Ефимова! — приказал он одному из гвардейцев, что стояли у его кабинета.

— Да, ваше сиятельство.

В ожидании своего начальника гвардии, Токарев вернулся обратно в свой кабинет. Подошёл к столику около горящего камина и налили себе любимого коньяка.

— Вызывали, господи?

— Да, — обернувшись, Евгений посмотрел на начальника своих гвардейцев. — Сколько у тебя доверенных людей?

— Я доверяю всем своим подчиненным, — не моргнув и глазом ответил тот. — Но, если вы спрашиваете об этом…

— Да. Именно об этом я и спрашиваю, — с нажимом произнёс граф, отхлебнув коньяка.

— Восемнадцать человек из тех, кому я готов отдать в руки собственную жизнь, — сразу же ответил тот. — Они преданы мне, а я предан вам.

— Тогда собирай всех своих доверенных людей по тревоге, Дима. Готовьте машины. Мы уезжаем.

— Куда именно?

— В аэропорт. Пусть срочно готовят мой личный самолёт. Мы покидаем страну.

Дмитрий не стал спрашивать. Не стал задавать глупые вопросы. Вместо этого он кивнул и быстро вышел из кабинета, оставив своего господина одного.

Может быть, Евгений Токарев и не был самым удачливым человеком в мире, но он точно не был идиотом. И он ни на секунду не поверил в лживые слова Калинина о какой-то там дружбе. Они все слишком долго вертелись в этом деле для того, чтобы быть столь наивными.

Как? Как всё так обернулось? Почему этот мальчишка, Коршунов, просто не мог позволить себя прикончить и всё? Всё стало бы гораздо проще, будь оно именно так! Просто сдох бы и всё! Но, нет. Мелкий изворотливый паршивец…

Евгений посмотрел на дорогой хрустальный бокал в своей руке. Три точно таких же стояли на его столике. Именно из них он любил пить дорогой французский коньяк и угощать им своих гостей.

И именно из одного из этих бокалов пил его Коршунов. Из другого? Или, может быть, прямо из этого?

Хрустальный бокал улетел прямо в камин, разлетевшись на осколки, а расплескавшийся алкоголь заставил пламя вспыхнуть куда ярче.

Нет! Он не позволит убрать себя с доски, как какую-то поганую и жалкую пешку! Он сам будет делать то, что выгодно и нужно для его семьи! Калинин говорил про подчистку хвостов, а Евгений хорошо знал, как этот гадский мясник умел это делать. Он отрезал хвост под самую голову.

Дмитрий подготовит самолёт. Большая часть его средств, к сожалению, находились в Империи, но имелись и активы за рубежом. Он и его семья вполне смогут жить и на них, пусть и придётся «затянуть пояса». Главное, что у него есть ещё немного времени. Нужно лишь придумать, как объяснить это Ксюше и…

Первый выстрел, раздавшийся внутри его поместья, прозвучал, как гром среди ясного неба.

Пока Евгений Токарев думал, отпущенное ему время уже вышло.

Глава 16

Три грузовика двигались по улицам ночного Владивостока. Они двигались неспешно, не привлекая к себе особого внимания. Да и сейчас, поздней ночью, вряд ли кто-то обратил бы на них свой взгляд.

Проехав по улицам города, они выехали на набережную и никуда не торопясь двинулись в сторону порта. Уже подъезжая к нему, водители выключили фары и тихо остановились, не доезжая пятьдесят метров до границы частной портовой зоны. Двери в задней части машин открылись и наружу стали выходить люди. Одетые в чёрное, они были увешаны оружием и военной экипировкой. По два десятка рыл в каждом грузовике.

Командир группы вышел одним из последних. Спрыгнул на асфальт и огляделся. Активировал рацию.

— Господин, мы на месте.

— Прекрасно, Алик, — прозвучал в наушниках голос графа Калинина. — Начинайте.

— Приказ тот же?

— Да. В живых никого не оставлять. Свидетели нам ни к чему И мне нужно подтверждение. Я должен быть уверен в том, что Коршунов мёртв.

— Сделаем, в лучшем виде, господин, — отозвался второй по старшинству офицер гвардии рода Калининых.

Переключив канал связи на внутренний, он устроил быструю перекличку. Три полных отделения. Все шестьдесят человек его группы готовы к работе. Сам же Алик считал, что такое количество людей избыточно. Особенно, если учесть тот немаловажный факт, что все они были одарёнными. Пусть далеко не все из них имели высокий уровень, но это не имело большого значения. Главное, что все они в значительной мере превосходили обычных людей. Это, в купе с хорошей военной подготовкой давало им неоспоримое преимущество.

И сейчас перед ними, как и перед всей гвардией рода Калининых стояла самая серьёзная и важная задача за всю историю их существования.

Они собирались изменить историю.

В этот самый момент ещё три другие группы начнут действовать одновременно с ними во Владивостоке. Одной предстояло устранить Токарева, другой Стахова. Обрубят концы и, как говорится, спрячут их в воду. Третья же группа включала в себя наиболее сильных одарённых из числа тех, что были верны графу и его «товарищам», возьмётся за самого опасного противника. Им предстояло ударить по, вероятно, самой трудной цели этой ночи.

Да. Алик прекрасно знал о том, во что ввязался его господин. Более того, он полностью одобрял это. Ведь ему куда сподручнее будет подняться в этой жизни если он будет стоять рядом с теми, кто победит и возьмёт власть в свои руки.

— Проверка, — произнёс он в микрофон.

— Первый готов.

— Второй готов.