Верни мою дочь - Роза Ветрова

опять таяла, точно снег под проливным дождем, от проникновенного взгляда серых глаз.

— Я по-прежнему считаю, что мы совершаем ошибку.

— Марк, неужели ты разлюбил меня? Ты говорил, что сильно любишь! Как так вышло, что твоя большая любовь так быстро прошла?! — не выдержала я. Все во мне рухнуло вниз.

Он нахмурился.

— Я этого не говорил.

— То есть ты меня все еще любишь?

Марк не отвечал, продолжая буравить меня взглядом.

— Я знаю, что я виновата перед тобой! Я знаю, что поступила чудовищно, просто мерзко, и знаю, что ты не простил мне этого. Да, я налажала! Я это все знаю! Но еще я знаю, что люблю тебя безумно сильно, я не могу смириться с нашим расставанием. Я не готова все оставить как есть, я хочу вернуть тебя. Я хочу, чтобы ты был со мной! Ты не можешь все свалить на меня! Я не одна виновата в том, что случилось! Позабыл, как ты вел себя со мной? Я была просто твоей вещью! Манипулировал мной, терроризировал! Я не была с тобой свободной, ты не давал мне мою дочь! Рано или поздно что-то должно было произойти, я не могу жить в роли безмолвной тряпки! Поэтому не надо вешать на меня всю вину! Ты тоже причастен! Моей главной ошибкой было то, что я продалась тебе. Ради отца…

— Вита…

— Нет, дай сказать! — перебила я его. Марк поджал губы, продолжая хмуро слушать мою запальчивую речь. — Я совершила ошибку. Меня злило в нашем браке все, а главным образом, сам факт, что меня купили. Но конкретно тут ты не причем, это я пошла на это. Сама. Если бы я не вышла за тебя замуж, может, однажды я пошла бы с тобой на свидание, оценила бы тебя по достоинству, может, все было бы сейчас по-другому.

— Ты бы не пошла.

— Что?

— Ты бы не пошла со мной на свидание. Ты была по уши влюблена в своего Савельева!

— Да к черту Савельева! Я не могу тебе соврать и сказать, что я любила тебя в браке. — Я смахнула подступившие слезы. — И ты сам это знаешь. Но я не могу сказать и того, что полюбила тебя резко, внезапно. Все, за что я люблю тебя сейчас, ты посеял во мне давно. Просто взошло оно совсем недавно. Я как будто проснулась, понимаешь?

Словно в доказательство я взяла его ладонь и прижала к своей груди. Второй рукой он нежно стер мои слезы.

— Оно больше неспокойно стучит. Из-за тебя. Прости, что потеряла столько времени. Но вышло так, как вышло. И я буду не я, если не попытаюсь. Я не могу без тебя…

— Я давно простил тебя за тот случай. Я знаю, что это был твой единственный выход, — глухо произнес Марк.

Его лицо немного побледнело, вблизи были видны маленькие проступившие веснушки на носу. В моей груди екнуло от одного вида на него такого. Удрученного, беззащитного.

— Я счастлив слышать, что ты меня любишь. Как же долго я ждал этих слов. Но и не счастлив тоже.

— Почему? — простонала я в изнеможении. — Если мы друг друга любим…

— Говорю же, мы совершаем ошибку. — Марк глубоко и обреченно вздохнул. — Я испорчу тебе жизнь.

— Да о чем ты?! Что за чушь! — воскликнула я.

— Я не изменюсь, — жестко ответил он, придавив меня тяжелым взглядом. — И ты сама это понимаешь. Я так и останусь все тем же деспотом, тираном и манипулятором. Я такой всю жизнь. И, как бы я не сдерживался, однажды я опять начну давить на тебя, посягать на твое личное, на твою свободу. Я поломаю тебе жизнь, ты будешь несчастной со мной.

— Марк… — я ошеломленно уставилась на него. — О чем ты говоришь, это неправда…

Он из-за этого отвергал меня столько времени?! Чтобы не навредить?!

— Вита, послушай себя! На твоих глазах розовые очки! В будущем, конечно, возможны ссоры и недомолвки. И ты знаешь, как я, при этом, буду себя вести. Я даже сам не замечу, как сделаю тебе больно!

— То есть, ты сейчас жертвуешь любовью ради моего спасения? — яростно выпалила я. — Это просто невероятно!

— Я говорю, что тебе в будущем будет лучше без меня.

— А с кем мне будет лучше, чем с тобой? Ты даже после развода разваливаешь мое единственное свидание!

— Я перетерплю, — дернул он плечом. Выражение его лица, при этом, было свирепым.

— Как же ты меня бесишь! Ну что ты за человек такой?! Ты просто невыносим! — бессильно заорала я.

— Об этом и речь! Я все только рушу! Ты профукала три года своей жизни из-за меня!

— Да ни черта я не профукала, если в итоге обрела то, что обрела! Я люблю тебя, ты меня слышишь?! Я прошу тебя, дай нам шанс. Ты сказал, что эта ночь имеет для тебя значение!

— Да, имеет. Как и все, что связано с тобой.

Запустив руки волосы, он нервно сжал кулаки. Черные пряди тут же спутались.

— Я не верю, что ты такой, как ты говоришь, — притихшим голосом произнесла я. — И уж точно не всю жизнь. Пусть я знаю тебя не так уж и долго, но, уверена, ты всегда был невероятным. Добрым, отзывчивым, очень сильным. На тебя можно положиться. И во многом это заслуга твоего деда и того леса. Твоего окружающего мира, в котором тебе много пришлось бороться. Я верю, что у нас все получится. Теперь ты знаешь, что я люблю тебя, а я знаю какой ты на самом деле. Пожалуйста, Марк…

— Вита, мне тяжело слышать, как ты меня уговариваешь и плачешь. Я чувствую себя сукиным сыном, — простонал он.

— Я просто не хочу сдаваться.

— Тебе не нужно этого делать, — мрачно усмехнулся Марк и снова прижал меня к себе. — Я имею ввиду не нужно уговаривать. И тем более плакать. Я и так весь твой, разве ты не поняла?

В низком голосе я слышала почти обреченность. Как маленький огонек во мне снова затеплилась надежда.

— И хоть я по-прежнему уверен в своих словах, что испорчу тебе жизнь, я не могу сказать тебе нет. Я никогда не мог.

— Значит ли это,