Орта Миос - AllianceSpecter

Не нужно Первому Защитнику знать правды, ведь если он узнает, то не сможет стоять в стороне и станет причиной непоправимых последствий. Его задача — быть символом для армии. И очень зря гигант полез в мир интриг.

— Я продолжу работать, но… приближаются тяжёлые времена. — Ярнас тяжело вздохнул, а выдох его чуть было не сбил с ног собеседника. — Политическая обстановка накаляется. Земли Анхабари не могу найти общего языка с землями Орта Миос. Жестокий Халсу’Алуби уже собрал войска и, возможно, вскоре начнёт поход. Дипломатия не принесла успехов, теперь, судя по всему, вопросы между городами решатся с помощью силы…

Войны внутри Эдема гремели довольно часто. Всё же все города и близлежащие земли являлись относительно автономными, имелись свои правители, жители тоже весьма разные и очень сильно отличаются друг от друга. К тому же с помощью боевых действий действительно можно решить некоторые вопросы между разными народами.

Да и сама Гильдия с помощью боевых действий решает множество внутренних проблем творения Этия. Ненужные смертные умрут, нужные возвысятся, напряжение граждан внутри городов будет переведено в другое русло. Война банально помогает с урегулированием численности и перераспределением богатств.

Хотя именно полноценные войны между целыми городами проходили довольно редко. Чаще вопросы между собой решали высшие сословия. Один лариос поссорился с другим, а потом их личные войска решают вопрос на относительно нейтральной территории, на общей границе.

Как правило без помощи главенствующих родов большую армию не соберёшь, поэтому стычки случались и между небольшими профессиональными отрядами. Иногда собирали сотни рабов, которые технически солдатами не являлись, но и в таких разборках армия Эдема так-то не участвовала. Официально не участвовала. Однако ничто не мешает заплатить условному офицеру, чтобы тот ушёл в «отпуск» на год-два, попутно поучаствовав в разборках в качестве командира. Но с точки зрения закона в разборках армия Эдема не участвовала, использовались рабы, наёмники, союзники из числа других свободных, но не служащих граждан.

Так что с одной стороны война между городами являлась довольно страшным и пугающим делом, особенно для простых смертных, у которых поколения раз в двадцать пять лет меняется. Войны же проводятся куда реже. И да, они именно проводятся, а не случаются сами по себе. Если правитель города решит, что не хочет воевать, заставить его это сделать будет тяжело. Для лариосов подобное просто традиционное мероприятие, как дуэль, но с большим размахом.

Да и войны между городами на самом деле слабо напоминают реальные войны. Всё же за всем следит Гильдия, устанавливаются жёсткие рамки. Например, офицеров запрещается намеренно убивать. Бывали даже такие войны, где среди командования из ста человек погибает, ну, возможно один, ещё два раненных. Рядовым, конечно, везёт меньше, но никаких битв до последнего вздоха не гремит. Да, смерти есть, их много, однако хотя бы отсутствуют всякие тактики выжженной земли и разорения городов, когда солдаты занимаются грабежом и изнасилованием на чужих землях. Просто в чистое поле выводятся войска, после чего гуманно, если конечно так вообще можно выразиться, сражаются.

— Думаешь Халсу’Алуби действительно устроит войну? — спросил господин Бальмуар, который не особо верил в такой исход. — Разве ему позволят?

— Он и раньше был своенравным, а теперь… У него осталось очень мало времени. Также убийство Зелгиоса его сильно изменило. Говорят, здоровье из-за потрясения подкосилось ещё сильнее. Во время моей прошлой встречи Халсу’Алуби напоминал загнанного в угол зверя. Он может выкинуть что угодно…

В слова Ярнаса Врасага, конечно, имелось рациональное зерно и звучал всё сказанное весьма убедительно. Но Ланс почему-то всё равно считал подобных исход крайне маловероятным. Жестокий правитель горячих песков Анхабари обладает сильной волей, его верность традициями и правилам Эдема тоже никогда не поддавалась сомнению. Развязать целую войну из-за личных хотелок…

Нет, на такое Халсу’Алуби не пойдёт. Да и Гильдия в сторонке стоять не будет. Так что Первый Защитник Эдема наверное ошибается, да и аналитик из него такой себе… Впрочем, сам Ланс недалеко ушёл, раз до последнего не мог даже предположить в то, что Адрион воткнёт нож в спину.

— Некоторое время мне придётся уделить другим вещам, — продолжил говорить Ярнас. — Ознакомься с добытой мной информацией. Нужно повнимательнее приглядеться к Дамескусу. Я говорил с Адрионом, он тоже что-то подозревает, поэтому и отослал командира стражи подальше, на край Эдема. Но чтобы вынести приговор нужны надёжные доказательства. Попробуй поискать, ты уже хорошо укрепился в Дкал’Алинтар, может и получится выйти через твоих союзников на нужных смертных. У тебя всё получится. А я вынужден откланяться, мне ещё нужно посетить Валдора, чтобы обсудить контрмеры по поводу политических решений земель Анхабари.

Первый Защитник широко улыбнулся во все свои зубы и хлопнул своего ученика по плечу, снова чуть было не сломав тому ноги. А затем сильнейший маг земли отправился в сторону главного входа в резиденцию правителя Орта Миос.

Ланс же ещё некоторое время стоял на месте и провожал взглядом гиганта. Такой сильный и волевой воин, способный сотрясать горы одной силой мысли. Но в сердце аристократа находилась лишь колющая боль и даже жалость, столь печально выглядел со стороны Ярнас Врасаг, Первый Защитник Эдема, которого подвесили на ниточки без его же ведома.

Глава 26

— Ещё раз! — крикнул Ланс, вкладывая в голос волю.

Но должного эффекта слова не оказали, всё же аристократ использует этот приём на своём этиамарии не в первый раз. Да и Ада перестала быть трясущимся от лёгкого порыва листом. Так что таким приёмом её из строя теперь не выведешь.

Затем наставник нанёс длинный выпад, метя в голень. От атаки Огненная Бестия ушла в сторону, попутно поднимая бедро и уводя конечность с линии удара. Сразу же последовал ответный тычок на упреждение. Стоя на одной ноге драться неудобно, всё же поза неустойчивая. Однако таким образом меч выполнял защитную функцию и не давал противнику продолжить натиск.

Затем уже Ада встала на обе ноги и заблокировала новый удар. Затем ещё один, третий оказался отведён в сторону. Последовала контратака.

Сражалась Огненная Бестия полуторным мечом, как и её наставник. Очень эффективное оружие, особенно на первых порах, ведь врагов в серьёзной броне нет, так что рубящие и режущие удары легко могут стать фатальными.

Однако время идёт вперёд, Ада из никчёмности превратилась сначала в признаницу, затем в воина, ветерана арены. Следующей ступенью должен стать титул чемпиона.

Если те же звания ветерана и воина этиамарии получают за количество выигранных боёв, то вот со следующими рангами появляются серьёзные проблемы. Чтобы стать чемпионом, нужно победить другого чемпиона, либо какого-то особо опасного врага. Как правило первый вариант является самым лучшим, потому что во втором случае могут выставить какую-нибудь нереально опасную тварь. И в случае поражения против смертного тебя ещё могут пощадить, тварь же точно сожрёт.

Но есть ещё куда большая проблема. Этириданосу недостаточно просто натренировать своего бойца. Нужно ещё и договориться о проведении боя. Кроме того, не все арены могут выдавать подобные титулы. Благо арена, с которой Ланс вёл дела, перешла от Шурво к госпоже Киране. Так что даже на ней удастся получить чемпионство.

Это всё к чему, кровавые бои на аренах конечно являются в первую очередь развлечением. Однако доля «шоу» с ростом этиамария стремительно падает. Особенно когда речь заходит о боях за титул. Показуха всё ещё остаётся, но уходит на второй план.

Так что наряд Ады придётся поменять. Также на время пришлось отказаться от кнута, потому что обычный кнут уже не столь эффективен даже против всяких зверей, которые стали магическими. Обычные щелчки тварей не пугают, нежити на ней плевать, шкуры тоже прочные, благо хоть огненные масла помогают. Против других этиамариев кнут тоже по большей части бесполезен, ведь проблема решается одним щитом. Чемпионы же и вовсе в броне могут быть, не в латах, но и кнут как бы обычный, а не артефактный.

Что касается огненных масел… вряд ли чужой чемпион испугается огня, да? Он же не зверь и порождение Миоса.