Осенние визиты - Сергей Лукьяненко

в добродушное, полное лицо Сергея Камчатского.

— Сейчас… — прохрипел он, открывая засовы.

Камчатский был корректором в их издательстве — настоящим, не по прозвищу. Хорошим корректором, талантливым, способным править хоть нескончаемый фэнтези-сериал «Дорога клинков», хоть академическое издание Платона, зачем-то принятое в план главой фирмы.

— Илюшка, я это… не помешал? А? — протискиваясь спросил Сергей.

В его разговоре было потрясающее для человека такой профессии количество слов-паразитов и запинок.

— Нет. Заходи, — Илья отступил, чудовищным усилием принимая свой «рабочий» облик. — С работы?

— Да… — Камчатский сделал легкое движение, обозначающее намек на снятие обуви. Илья его не остановил. Сергей, кряхтя, присел, расшнуровывая ботинки. Сказал:

— А ты чего не появился сегодня? Ждали тебя на планерке, понимаешь… Шеф спрашивал…

— Приболел, — коротко отозвался Илья, отступая. — То ли грипп, то ли просто бронхит.

— Да? Грипп? — Камчатский заколебался, но отступать, видимо, счел неудобным. — Я не надолго. Посоветоваться надо…

— Давай, давай…

Карамазов вошел в комнату, предоставив приятелю самому выискивать тапочки среди сваленной в углу обуви. Еще раз пристально осмотрел комнату.

Гильза!

Он пнул ее, зашвыривая под узкую кровать. И как обронил?

— Илья, тут такое дело, — Камчатский топтался в дверях. — Начал я работать с Королевым…

— С кем?

— Ну, он у нас уже года два валяется…

Илья кивнул, вспоминая.

— Ох, так много опечаток…

— Что ж поделать, зато коммерческий роман, — вяло отозвался Илья. — И купили за гроши.

— Да, да, хорошо, конечно… Но, может, я вначале девочек на него напущу? Пусть там глянут… так-сяк… запятые выправят, а то у меня в глазах рябит! — Камчатский возмущенно развел руками.

— Кто у нас старший корректор? — Илья усмехнулся лишь ему понятному каламбуру. — Поручи девочкам.

Сергей благодарно кивнул:

— Ладно, тогда пошел я. Поправляйся.

— Выпить хочешь? — резко спросил Илья. Камчатский заколебался.

— Поздно уже… первый час…

— Скажешь матушке, что на работе задержали. Сталинский стиль у шефа, что поделать.

Камчатский крякнул.

— Не знаю… разве что чуть-чуть.

— Понял, — Илья, расшвыривая ногами раскиданные по полу рукописи, …СЕРГЕЙ БОЛЕЗНЕННО ПОМОРЩИЛСЯ…

прошел к картонной коробке в углу, его персональному «бару». Алкоголь — яд. Но сейчас надо немного отравиться… чтобы уснуть.

— «Абсолют». Черносмородиновый, — доставая литровую бутылку, сообщил он.

— Ну, мне неудобно даже… дорогая вещь… — вяло запротестовал Сергей.

— Зонтик в заднице неудобно открывать, — сообщил Илья. — Простуду надо водкой лечить.

Камчатский закивал:

— Да, конечно. Нос у тебя, смотрю, совсем распух.

— И не говори, — зло ответил Илья, поддевая пальцами алюминиевый колпачок. Сергей, вытаращив глаза, уставился на сослуживца.

— Э…

Илья отнял руку, сообразив, что вываливается из образа.

— Да, крепко сделано. Пошли на кухню.

9

Анна открыла глаза.

Потолок.

Белый.

Хорошо.

Думать не хотелось. Ничего не хотелось. Тело ныло от безумия, длившегося полночи… полжизни.

Она облизнула запекшиеся губы. Посмотрела на пол — рядом с кроватью стояла пустая бутылка из-под шампанского и почти пустая бутылка из-под фальшивого коньяка.

ГОСПОДИ… ТЫ ИСПЫТЫВАЛ МЕНЯ? ИЛИ ЭТО ПРАВИЛЬНО?

Анна потянулась, поднимая «Слынчев Бряг». Глотнула обжигающую, пахнущую ванилью и кофе жидкость. Покосилась через плечо — на Марию.

Спит.

Хорошо.

— Отче наш… — прошептала она. Запнулась — Мария шевельнулась во сне, тихо застонала. Она тоже устала… устала… — Святый Боже, Святый Правый, Святый Бессмертный, помилуй нас…

Теплая ладонь коснулась ее губ.

— Любовь моя, — тихо сказала Мария. — Что тревожит тебя?

ЧТО? НИЧЕГО… УЖЕ…

— Так необычно. Так странно, — не оборачиваясь ответила Анна.

— Все было правильно, — прошептала Мария. — Сейчас ты встанешь и умоешься. Приготовишь завтрак.

— Да.

— Мы уедем в Москву завтра утром. А сегодня будем отдыхать, собираться с силами. Время работает на нас, враги уже начали убивать сами себя. Пусть они запутаются в своих играх. Забудут, кто из них с кем, понадеются, что мы отступим, спрячемся в угол… пусть перестанут воспринимать нас всерьез. Одно плохо, Анна. Мужчина, ушедший вчера, стал служить самому страшному из врагов. А он ненавидит нас, ему мерзко все, что зовется добром.

— Мы справимся?

— Да. Как можешь ты сомневаться?

— Прости…

— Расслабься, — помедлив сказала Мария. — Расслабься.

— Это надо… да?

— Да.

После Саратова в их купе никого не подсаживали. Проводник держал единожды нарушенное слово.

Ярослав в очередной раз сходил за чаем. Они больше не покупали спиртное — завтрашний день решал слишком много. Слава, кусая авторучку, вычерчивал что-то на листе бумаги.

— План обороны дома? — полюбопытствовал Ярослав. Странно, двойник не понял цитаты.

— Расклад. Гляди — у нас есть два альянса, назовем их Власть и Развитие. Борцу за счастье народное помогает украинский стратег, пацанам — несостоявшийся гений мировой философии. Посланница… — на миг Слава запнулся, — держится в стороне. Похоже, ей помощники не нужны. Н-да… ей уже никто не нужен. Полностью самодостаточная личность.

— Ты о чем?

— О редком случае нарциссизма. Ладно, это к делу не относится. Где-то вне схемы — Икс. Возможно, что я зря паникую и это просто удачливый наемник. Но уж слишком активно он отработал три фигуры.

— Мальчик, старик и?..

— Депутат. Наш загадочный Икс пытался его уложить, но не сумел.

— Слушай, ты будешь делиться со мной информацией? — Ярослав присел рядом.

— Извини, просто не подумал… Так вот — мы пока для всех Посланников — темная лошадка. Начнем ли работать в одиночку, примкнем к кому-либо — неизвестно. Потому, кстати, неизвестно, что мы и сами этого не решили… Стандартным, ожидаемым ходом было бы присоединиться к слабейшей группе — детям и старику. Попытаться убрать девок…

— Ты их что-то сильно невзлюбил.

— Это не моя вина. Итак, убрать девчонок, попытаться разбить альянс Власти и отойти в сторону, предоставив Иксу охотиться за недобитками. Дальше — убрать его.

— Стратег. Полковнику до тебя далеко, — Ярослав покачал головой. — Какой у тебя дан, убивец? Ты курицу когда-нибудь резал? Из автомата стрелял?