Средь бала лжи (СИ) - Сафонова Евгения

— Ты не ранена?

Она мотнула головой.

— Где эйрдали?

Молчание.

Алексас коснулся её ладоней, сжатых в кулаки, судорожно стиснувших одеяло.

— Они мертвы, да?

— Я заманила их в Лес.

Её голос прозвучал глухо, будто сквозь ткань, — и в глазах Алексаса проявилась печаль.

— Таша, тебе незачем винить себя. Они хотели убить тебя, ты…

— С Гастом всё в порядке?

— Да, он будет ждать нас у…

— А с теми, кто в гостинице?

— Всё в порядке. Просто гипноз. Массовая резня в планы «Рассвета» явно не…

— А тех эйрдалей, которые напали на Гаста… ты убил?

Алексас, не ответив, пристально смотрел на неё.

Таша даже не моргала.

— Мне незачем винить себя, — прошептала она, глядя вперёд остекленевшим взглядом, не дождавшись ответа. — Конечно. Незачем. — Сглотнула. — Но из-за меня умерли, умирают и ещё умрут слишком многие.

— Многие не самые лучшие представители рода… не всегда человеческого, — спокойно напомнил Алексас. — Которые всегда хотели убить тебя.

— Мама тоже погибла из-за меня. И лекарь в Камнестольном. И…

— Таша, посмотри на меня.

Она посмотрела. Тусклым, мучительно вопрошающим взглядом.

Ответный взгляд Алексаса был усталым.

— На том пути, по которому ты идёшь, смерть ожидает тебя на каждом шагу. И сойти с него ты не можешь. Поэтому чем скорее ты к нему привыкнешь, тем лучше. — Он говорил тихо, не успокаивая, а просто констатируя факты. — Да, по твоей вине умрут ещё многие. Либо ты, либо они. Всё просто. Если ты не в силах с этим смириться — сойди с пути. Сдайся. Погибни. Сделай напрасной смерть всех, кто умер, пытаясь тебя защитить. Многие этому очень обрадуются, поверь. А если хочешь жить, свыкнись с мыслью, что тебе приходилось и придётся идти по головам.

Она вздрогнула, точно от пощёчины, — но Алексас уже поднялся на ноги.

— Гаста нельзя оставлять без присмотра, — произнёс он: буднично, будто до этого не говорил совсем о другом. — Завтра забираем его и отправляемся в штаб-квартиру «Венца». Защиту я возобновил.

— Я… вытребовала для него безопасность. Поэтому и впустила эйрдалей. — Ташин голос сорвался на хрип. — Мне принесли клятву. Никто из «Рассвета» его не тронет.

Алексас легонько провёл рукой по её волосам; в этом жесте читалось странное, какое-то болезненное сочувствие.

— Тот, с кого ты потребовала клятву, мёртв. И его клятва умерла вместе с ним. Но даже если бы он остался жив… не думаю, что для «Рассвета» его жизнь хоть что-то значила. — Склонившись над ней, он коротко коснулся губами её макушки. — Спокойной ночи, моя королева.

Когда он выключил свет и лёг, Таша ещё какое-то время сидела, уставившись в темноту. Потом тоже легла.

А спустя какое-то время окутавшую комнату тишину нарушил странный вздох.

Вздох человека, который не хочет, чтобы кто-нибудь услышал, как он плачет.

* * *

— Дядя Арон, ну скоро будет готово?

— От твоих бесконечных вопросов скорее не приготовится. — Джеми насмешливо потрепал Лив по макушке. — Когда надо, тогда и будет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Полагаю, ещё минут десять, — откликнулся Арон, глядя на сияющую горку углей, под которыми запекалась картошка.

Готовили в саду, на сложенной из камней жаровне. Был вечер краснолистника, ясный, солнечный и тёплый; вернувшись из школы, Таша и Джеми услышали неожиданное предложение об ужине на свежем воздухе, в качестве коего предлагалась печёная картошка, и приняли его с радостью.

— Скучно, — пожаловалась Лив, наматывая круги вокруг жаровни.

— Помоги мне на стол накрыть, — посоветовала Таша, расставляя тарелки: стол Джеми магией выволок из кухни пятью минутами раньше.

— Не хочу, — бессовестно заявила Лив. — Дядя Арон, а вы расскажете дальше про своё детство? А то вы тогда недорассказали, а мы у вас не спрашивали, а вы обещали всё рассказать!

Арон, стоя над углями с кочергой в руках, искоса взглянул на девочку.

Перевёл взгляд на Ташу и Джеми, притихших в предвкушении.

— Ладно. Немного времени до ужина у нас есть, — наконец негромко изрёк он, откладывая кочергу. — На чём мы остановились?

— На том, что вас забрали в монастырь, — живо ответила Лив.

— На самом деле немного дальше, но ты заснула, — тихо уточнил Джеми — но так тихо, что та не услышала.

— А, да. Что ж… дальше мы учились. Все дети, которые жили там. Впрочем, формальная учёба занимала не так уж много времени, в основном мы просто… жили. Учились не письменности и чтению, а жизни. Дружбе. Справедливости. Гуляли, играли, разговаривали. Разговаривали, пожалуй, больше всего: друг с другом, с Кристаль — все вместе или один на один. Она со всеми детьми время от времени прогуливалась по саду… часто отлучалась, но потом возвращалась. Старшие из ребят, с которыми я познакомился, когда меня привезли в монастырь, вырастали и покидали его уже с Даром, на их место приходили малыши. Не было строго определённого возраста, по достижении которого Кристаль проводила Волшбное Крещение: каждый получал Дар в своё время, когда Кристаль считала его готовым к этому. Пару раз эйрдали пытались пробраться в монастырь, добраться и до нас, и до Кристаль… несколько ребят в итоге погибло. Но в общем и целом мы жили в своём счастливом маленьком мирке. Жили, пока мне не исполнилось восемнадцать.

Когда Кристаль вызвала меня в свой кабинет, я поначалу решил, что она наконец хочет наделить меня Даром. Даже огорчился немного по этому поводу: это означало, что спустя несколько лет я покину монастырь, а мне этого не хотелось. Но Кристаль завела разговор, удививший меня. Рано или поздно, сказала она, ей придётся покинуть Аллигран, и помимо магов ей нужно оставить других своих преемников… тех, кто будет, грубо говоря, следить за магами. Тех, кто будет хранить людей вместо неё. И если маги станут сменять друг друга, а их Дар — переходить от одних к другим, то эти её преемники будут жить вечно, как Перворожденные альвы. Более того, если альвов теоретически можно умертвить, нас не сможет убить никто… кроме кого-то из нас шестерых. И умрём мы лишь в том случае, если один из нас осмелится поднять руку на других.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Шестерых? — Таша быстро подняла глаза. — Значит, Лиара можешь убить не только ты, но и другие амадэи?

— Да, — просто кивнул Арон. — И если мы с Лиаром не можем воздействовать друг на друга своей магией, можем причинить вред друг другу лишь холодным оружием — с амадэями из других пар мы вполне способны сражаться в полную силу. Равно как и они с нами… так вот. Кристаль сказала, что мы будем работать в паре с Лиаром, и сказала, что давно вынашивала этот замысел, но лишь сейчас присмотрела шестерых ребят, которые, как ей кажется, смогут вынести предстоящую им ношу. Из всех, кого она вырастила, она выбрала самых достойных, ибо вместе с огромным могуществом на их плечи ляжет огромная ответственность. А ещё она дала мне полное право выбора. Я мог отказаться, и тогда она подыскала бы кого-то другого. Правда, потом я понял, что она слишком хорошо знала нас, чтобы быть уверенной — мы не откажемся… так и случилось. Все шестеро, с которыми она провела такую же беседу, сочли за честь ту участь, которую им уготовили.