Охота за Тришей (ЛП) - Смит Сюзан

Келан зарычал низким голосом, возвращаясь в человеческий облик: — Он мой.

Бодор пробирался сквозь густые ветви, не обращая внимания на порезы и царапины на лице и руках, пытаясь уйти от существ, которые убили мужчин в считанные секунды. Он спотыкался несколько раз и падал. В последний раз, когда упал, даже не потрудился подняться, а просто начал ползти, пока не прижался к большому дереву. Он задыхался, пытаясь унять бешено колотящееся сердце, чтобы услышать хоть какой-нибудь звук. Вытащив длинный нож из ножен на поясе, медленно встал, прислушиваясь. Казалось, сам лес понимал, что в нем появился более свирепый хищник, чем все, что сейчас живет на луне. Бодор вытер вспотевшую ладонь о штанину. Он напрягся, пытаясь услышать малейший шум, хотел уже перевести дух, когда четыре золотые лапы прижали его к дереву.

Келан вышел из темноты, бесстрастно глядя на мужчину: перед штанов потемнел, и воздух наполнился кисловатым запахом мочи. Келан изменил свою руку, пока длинные острые когти дракона не появились там, где были его пальцы. Био, в форме Пифиона, обвил золотистой хваткой рот мужчины, не давая ему закричать.

Келан молча приказал симбионту освободить рот мужчины. — Где она? — холодно спросил он.

— Откуда мне знать? Наверное, мертва, — хрипло ответил мужчина. — Все, кого послали на эту ужасную луну, умерли.

— Как давно она здесь? — спросил Келан. Он знал, что чем дольше Триша находится на луне, тем больше вероятность, что она не выжила. Келан сделал длинный, глубокий порез на лице мужчины, когда тот не ответил достаточно быстро. — Я не буду спрашивать дважды, — мягко сказал Келан.

Бодор захныкал, когда кровь залила его лицо, металлический запах наполнил воздух. — Четыре дня… Мы искали ее четыре дня.

Келан на мгновение посмотрел на свой коготь, а затем провел им по другой щеке мужчины. — Скажи, кто эти мужчины с ней?

Бодор начал всхлипывать от боли и страха. — Откуда, черт возьми, мне знать? Подожди… подожди, — взмолился Бодор, когда Келан вонзил коготь в его плечо. Задыхаясь от боли, он вымолвил: — Они должны были держать ее в безопасности, пока за ней не придет её пара. Рафвин хотел, чтобы он видел, как его супругу пожирают хищники. Пожалуйста, пожалуйста, отпустите меня. Я все тебе рассказал.

Келан провернул коготь, слушая, как мужчина кричит от боли. — Нет, не все. Ей причинили вред? — прохрипел Келан. Ему нужно было знать, причинили ли они ей вред. Если да, то он выследит каждого из этих ублюдков и убьет их. «Убей их всех», — прорычал его дракон. Он ощутил, что Био согласен с ним, и в его сознании промелькнули воспоминания о погибших симбионтах.

— Нет… — хрипло прошептал Бодор. — …Насколько я знаю, нет. Возможно, те два ублюдка с ней что-то сделали, я не знаю. Да и зачем тебе эта сучка?

Келан выхватил из руки мужчины нож. Вернул руку в обычную форму и на мгновение посмотрел на нее, а затем снова взглянул на мужчину пылающими золотыми глазами.

— Я ее пара, — прорычал Келан прямо перед тем, как вонзить нож в сердце мужчины и в дерево.

Келан отступил и взглянул на одну из лун Квитакса. Он знал, что его симбионт превратился в кота-оборотня. И не стал даже смотреть на тело, пригвожденное к дереву. К утру оно исчезнет. Хищники в лесу, вероятно, уже учуяли запах свежей крови и придут его исследовать. Келан не боялся их, потому что мало кто из хищников был свирепее, чем взрослый дракон-самец Валдера и его симбионт.

Благодаря своему дракону Келан смог усилить зрение. Нужно выяснить, оставила ли Триша сообщение.

Целый час ушёл на поиски, но Келан нашёл скрытое послание. У него подкосились ноги, когда он его прочитал. Она указала ему на место, где спрятала свернутую карту. Келан взглянул на символы, которым она его обучила. В тусклом свете костра он вывел на экран головизора поверхность луны. Переведя взгляд с грубо нарисованной карты на головизор, Келан издал громкий рык. Она жива и движется на юго-запад к небольшой горной гряде. Она оставит ему еще одну подсказку на развилке реки. Но именно последняя строчка на карте, написанная на валдерианском языке, вызвала у него рев.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Я люблю тебя, моя истинная пара. Приди за мной и нашим сыном».

Глава 22

Триша занималась разжиганием небольшого костра на дереве, которое они использовали для ночлега. Это была их четвертая ночь в пути, и они, наконец-то, оказались у подножия невысокого горного хребта, до которого она хотела добраться. После первого дня мужчины поняли, что Триша действительно знает, как выжить в лесу: в окружении хищников, препятствий и всего остального.

Мужчины были серьезно настроены защищать ее и заботиться о ней. Они быстро переложили рюкзаки, перед тем как покинуть поляну, отдав ей один, практически пустой. Пройдя несколько миль, мужчины быстро поняли, что Триша лучше них ориентируется в лесах. Они отдыхали по десять минут в час, и на каждой остановке Джарон проверял Тришу и ребенка, чтобы убедиться, что у них все хорошо. Они прошли почти шесть миль, когда Триша внезапно остановилась, оглядываясь по сторонам и прислушиваясь. Двое мужчин стояли молча, наблюдая за окружающим лесом, пытаясь понять, что почувствовала Триша.

Неожиданно она подала им знак подняться на дерево. Триша вскарабкалась первой, за ней Джарон. Терак уже почти добрался до первой ветки, когда из подлеска на него набросилось огромное существо, напоминавшее нечто среднее между носорогом и комодским вараном. Триша сразу же поняла, что толстая шкура защитит его от любого лазерного огня. Спустившись на ветку над Тераком, они с Джароном схватили его за руки и потянули вверх так быстро, как только могли. При этом потеряли один из своих рюкзаков, сорванный со спины Терака. Триша сказала, что это даже к лучшему, потому что любой, кто ищет их, решил бы, что они не выжили. После этого они стали использовать деревья как можно чаще и начали свой путь на север.

Прошло уже три дня. Сегодня днем они наконец добрались до развилки реки недалеко от гор. Триша выложила ряд камней и веток в качестве послания для Келана. Если он вспомнит символы, то они приведут его к карте, которую оставила в расщелене скалы у реки. Закрыв глаза, Триша мысленно вернулась к тому моменту, когда Келан в последний раз держал ее в своих объятиях. Келан был над ней, медленно двигаясь глубоко внутри нее.

Его руки крепко держали её за бедра, прижимая к твердому члену, когда он выходил почти до конца и снова в неё глубоко входил. Она вспомнила, как смотрела в его глаза и думала, что не может быть ничего прекраснее, чем принадлежать ему. Он заставлял ее чувствовать себя любимой, защищенной, желанной. Открыв глаза, Триша смотрела на крошечное мерцание пламени, разгорающегося в сухом мхе. Слезы жгли глаза, когда она осторожно прикоснулась к тонкой золотой нити на шее и послала сообщение Келану, чтобы он поскорее нашел ее и их ребенка. Она так по нему скучала.

Отпустив золотую нить, она подняла голову и улыбнулась двум мужчинам, работающим над созданием спальной платформы. И вспомнила, как хихикала над ними в первый вечер, когда показывала им, как сделать такую платформу. Триша объяснила, что она служит многим целям. Во-первых, она защищала их от стихии. Во-вторых, она обеспечивала некоторую защиту от насекомых и других ночных существ и помогала сделать их менее заметными с земли. В-третьих, она указала вниз, на землю, и напомнила им, что придется долго падать с кровати. Ближе к вечеру пошел дождь, и ребята согласились, что спать в теплой, сухой постели было приятнее. Ни один из них не признался ей что, это потому что она свернулась калачиком между ними. Триша оставалась в блаженном неведении относительно того, какой эффект производит на двух мужчин.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты же понимаешь, что она — несбыточная мечта, — тихо сказал Джарон, продевая толстые, широкие листья через ветки, которые они привязали к верхушке спальной платформы.

Джарон заметил, с какой заботой и вниманием Терак относился к Трише. По ночам, когда они спали по очереди, он заметил, что Терак ждал, пока Триша крепко заснет, чтобы притянуть ее к своему теплому телу и обнять. Он старался проснуться раньше нее, зная, что ей будет не по себе от его желания стать ее парой. Джарон не мог винить Терака. Он смотрел, как она неловко наклонилась вперед, чтобы подуть на сухой мох. Она была самой необычной из всех женщин, которых он когда-либо встречал. Джарон мягко улыбнулся, когда она села и потерла поясницу. За последние несколько дней ее живот увеличился из-за ребенка, которого она носила. Казалось, она светилась внутренней красотой.