Ты помнишь, товарищ… Воспоминания о Михаиле Светлове - Л. Либединская

М. Светлов

26. VI. 59 г.

Мир был восстановлен.

Светлов несколько недель работал над эпиграммами.

Книгу заканчивает рисунок, сделанный по картине Пукирева «Неравный брак». Он изображает двух авторов. К рисунку Светлов написал:

Я утверждаю: это враки,Что счастья нет в неравном браке.

К своему пятидесятилетию Светлов написал стихотворение «Сулико». Там есть такие строчки:

…Осторожнее! Мы идем

По могилам моих друзей…

Редактор одной газеты поспешил опубликовать это стихотворение, но… с исправленной строчкой. Вместо «по могилам» было напечатано «по дорогам».

Огорченный Светлов сказал:

– Поэт стремится напоить читателя из чистого родника поэзии, но он не может это сделать, прежде чем там не выкупается редактор.

Принимали в Союз писателей поэта, человека малоспособного, но пробивного.

Светлов высказался против.

Кто-то защищал:

– Но ведь его стихи посвящены важной, солдатской теме.

– Когда я читаю хорошие стихи о войне,- возразил Светлов,- я вижу: если ползет солдат, то это ползет солдат. А тут ползет кандидат в Союз писателей.

Я уезжал в Ленинград. До отхода поезда оставалось несколько часов, и, не зная, куда девать время, я зашел в кафе Дома актера. За одним из столиков сидел Светлов.

– Ты уже на взводе? – спросил я шутя.

– Нет, пока на отделении,- серьезно ответил Светлов.

За соседним столиком кто-то огорчался, что в меню нет осетрины на вертеле.

– Страдания молодого вертела,- усмехнулся Михаил Аркадьевич.

Настроение Светлова обещало веселую беседу. Вдруг он взглянул на часы и заторопился.

– Извини,- сказал он.- Спешу. На свидание с волшебной девушкой.- И ушел.

Я допил свою чашку кофе и, посидев немного, тоже собрался уходить. Но случилось то, чего я меньше всего ожидал: в кафе вернулся Светлов.

– Что,- спросил я,- волшебная не пришла?

– Хуже,- удрученно ответил Светлов.- Я забыл, где мы условились встретиться.

У него при этом было такое непривычное выражение лица, что мне захотелось сохранить его в рисунке. Я вынул записную книжку, карандаш и стал делать набросок. Одновременно мы перебирали все возможные места свиданий: памятник Пушкину, Центральный телеграф, станция метро «Охотный ряд», левая колонна Большого театра… Нет, все это было не то.

Кто-то пошутил:

– Не на горизонте ли?

– Прелестно,- подхватил Светлов,- об этом можно даже стихи написать.- Дай,- взял он у меня из рук записную книжку и написал возникшие тут же две

строчки:

Мы сегодня встретимся с тобойТам, где небо сходится с землей.

Прошло года четыре.

Мне снова надо было ехать в Ленинград. Я нашел старую ленинградскую записную книжку и, перелистывая ее: с кем бы повидаться, кому бы позвонить? – обнаружил зарисовку и эти строки.

Стихи мне понравились. Я стал припоминать, при каких обстоятельствах они появились. Память привела меня к столику в кафе Дома актера, где мы сидели четыре года назад со Светловым. Я позвонил Светлову и прочитал ему эти две строчки.

– Кто это написал? – спросил он.- Это же готовое стихотворение.

– Вот и доделай его,- предложил я.

– А как же автор?

Я заверил, что претензий у автора не будет.

Дня через три Светлов читал мне:

Мы сегодня встретимся с тобойТам, где небо сходится с землей…Я бегу, желанием гоним.Горизонт отходит. Я – за ним…Как преступник среди бела дня,Горизонт уходит от меня…

Вскоре стихотворение было опубликовано в журнале «Москва».

Это произошло в тот затянувшийся период, когда Светлов писал мало.

С рождением этого стихотворения как будто состоялось и волшебное свидание на горизонте. То и дело страницы «Литературной газеты», «Огонька», «Нового мира» радовали читателей светловскими стихами.

А спустя года полтора в издательстве «Советский писатель» вышла новая книга. Она называлась «Горизонт» и открывалась этим стихотворением.

О поэте, вокруг которого была создана чрезмерная рекламная шумиха, Светлов сказал:

– У него весь пар уходит на свистки, а не на движение.

Автор детективной пьесы, сразу пошедшей во многих театрах, купил массивные золотые часы с массивным золотым браслетом.

Увидев это сооружение, Светлов усмехнулся.

– Старик,- сказал он,- а не пропить ли нам секундную стрелку?

Известная писательница в часы бомбежек проводила время в бомбоубежище за вязанием. Впоследствии она написала воспоминания о войне.

– Теперь она думает,- сказал Светлов,- что спицы приняты на вооружение.

Один назойливый молодой литератор, полагая, что Светлов его не запомнил, каждый раз при встрече с ним называл свою фамилию. Однажды, подойдя к Светлову, он по обыкновению сказал:

– Здравствуйте, Михаил Аркадьевич, я – Иванов…

– Здравствуйте, Коля,- ответил Светлов.- А я думал, что вы Вера Инбер.

– Поэт обязан относиться к читателю с доверием и уважением,- говорил Светлов.

В другой раз он сказал:

– Литература – это когда читатель столь же талантлив, как и писатель.

На литературном вечере после чтения стихов Светлов отвечал на записки.

Несколько записок он оставил без ответа.

– Почему вы отвечаете не на все вопросы? – раздался голос из зала.

– Если бы я мог ответить на все вопросы,- сказал Светлов,- мне стало бы неинтересно жить.

– Каждый поэт,- сказал Светлов,- мечтает написать такое стихотворение, которое хотелось бы читать шепотом.

В гостиную Дома литераторов входит видный литературный деятель. В руке у него газета «Вечерняя Москва».

– Смотри,- говорит он, обращаясь к Светлову,- хороший был актер Володин, а умер как-то незаметно, в «Вечерке».

– Стоит ли тебе волноваться,- ответил Светлов,- ты-то умрешь по крайней мере в «Известиях».

На колоннах переделкинского Дома творчества прилепились два ласточкиных гнезда.

Я застал Михаила Светлова за очень странным занятием. Добрый человек замахивался палкой на… птицу.

– Черт знает, что тут делается,- показал он на гнезда.- Они начали строиться одновременно. Но видишь- одно почти закончено, а другое, как наш жилкооператив, застряло где-то на фундаменте.

– Выходит, что ласточки как люди,- сказал я,- одна труженица, а другая лодырь.

– Не-не-не!-перебил Светлов.- Все наоборот. Та, которую ты определил в лодыри, летает куда-то, приносит в клювике глину и не покладая крыл лепит и лепит свой домик. Но только она отправляется за стройматериалом, как вторая отдирает еще влажный комочек глины и приклеивает к своему гнезду. И получается, что труженица никак не может построить дом, а у тунеядки стройка идет полным ходом.

Вот я и сижу здесь на страже интересов трудящихся, отгоняя воровку палкой. А ты говоришь, что ласточки похожи на людей. Разве люди могут себе позволить такую пакость?

Для поколенья, не для населенья,Как золото, минуты собирай,И полновесный рубль стихотвореньяНа гривенники ты не разменяй.

М. Светлов, («Бессмертие», 1957)

Об одном преуспевающем поэте, который когда-то хорошо начинал, а потом, в погоне за славой и деньгами, стал невзыскательным к себе, Светлов сказал:

– Он начинал как рубль – все-таки солидная монета,- потом разменялся на гривенники. Боюсь, дело кончится тем, что за него и гроша не дадут.

Впоследствии Михаил Аркадьевич написал сказку о человеке с фамилией Рубль.

Мы сидели на балконе пятнадцатого этажа гостиницы «Москва».

Светлов фантазировал.

– Вообрази,- сказал он,- отсюда, с пятнадцатого этажа, на тротуар падает человек. Подбегает милиционер Р1 видит: лежит пиджак и десять гривенников. Упавшего человека нет. Но в пиджаке находят паспорт. Выясняется, что фамилия его владельца – Рубль. Рубль разбился на гривенники.

Начинается новый рассказ. О судьбах гривенников,

О каждом гривеннике отдельно.

У каждого своя судьба.

Один захотел послушать курских соловьев. Билет в Курск стоит дороже гривенника. Пришлось добираться пешком. В Курске опять неприятности. Без командировочного не дают номера в гостинице. Заночевал на улице. Кто-то подобрал его и разменял в трамвае на копейки. Начались новые судьбы. Судьбы копеек.

Второй гривенник стал большим начальником. Допустим, секретарем Союза писателей. Нелегкая задача для гривенника. Но он справляется. Как? Да еще как! Теперь он выглядит важнее рубля.