Время Тьмы. Источник скверны - Евгений Клёц

— С этим не поспоришь, — согласился Доган. — Значит надо его как-то вытаскивать. Это и в твоих интересах Трэт. Ты же не хочешь, чтобы Храмовники прибрали к рукам такой лакомый кусок?

— Не хочу. Только даже моих связей в охране Бастиона может оказаться недостаточно, для того чтобы освободить Морана. Его сейчас держат в подвале под усиленной охраной боевых адептов Храма.

— Дела, — Серж понял всю серьезность ситуации. — И что делать?

— Думать.

— Нам нужно как можно скорей вернуться в «Ковчег» с противоядием, — напомнил Доган. — Шерман долго ждать не сможет. А без Морана мы не доберемся до броневика.

— Так у вас и транспорт имеется? — заинтересовался Трэт.

— Имеется… в Лабиринте Кейра. Желаешь сходить?

— Нет, — Трэт опустился в кресло, махнул парням. — Садитесь, в ногах правды нет. Итак, насколько я понимаю, вам удалось договориться с Саймоном, и достать противоядие. Так же у вас есть транспорт, но без Морана он недоступен. Сам он сидит где-то под пятым Бастионом, а в это время в «Ковчеге» умирает Шерман. Я ничего не упустил?

— Вроде как, — угрюмо подтвердил Доган.

— Плюс ко всем неприятностям, — продолжил Трэт. — Не исключена возможность того, что и вас разыскивают Храмовники.

— Зачем мы то им? — не понял Серж.

— Затем же зачем и Моран. Вас видели вместе, когда вы входили в город. Этого достаточно. Не удивлюсь, если докопаются и до меня.

— И что из всего вышесказанного следует, — спросил Доган.

— А следует то, что чем мы меньше пробудем в городе, тем лучше, — сделал заключение Трэт. — Надо уходить и как можно быстрей.

— Эй, а как же, Моран! — прервал его Серж. — Мы же не можем его бросить!

— А как же, Шерман? — парировал Трэт.

— Что за трогательная забота? — Доган пристально посмотрел на Трэта.

— Вы мне нужны живыми, — улыбнулся тот. — В «Ковчег» поедем вместе.

— Я без Морана никуда не двинусь! — упрямо заявил Серж.

— Из города мы выйдем, с машинами тоже проблем не будет, — словно не слыша реплики Сержа, продолжил Трэт. — Что касается Морана… есть у меня кое-какие люди на примете, они займутся этой проблемой. Сейчас каждая лишняя минута, проведенная в городе, может обернуться кучей других сложностей. Что скажешь Доган?

— Возможно, ты прав. Такие вещи как освобождение людей следует доверять профессионалам. Да и Шерман не в меньшей опасности, чем Моран. Пожалуй, я соглашусь с твоими доводами.

— Ты Серж?

— Я остаюсь. Для того чтобы доставить противоядие Шерману не обязательно тащить его всем скопом. А здесь моя помощь может понадобиться.

— Как знаешь, — Трэт достал из кармана куртки конверт. — Вот возьми. Передашь это бармену в «Прикладе». Он сведет тебя с нужными людьми. Доган. Нам пора.

— Прямо сейчас?

— Да.

Они спустились в подвал дома, и остановились возле большого чугунного люка в полу. Трэт достал из сумки, захваченной с собой из комнаты, два свертка. Один оставил себе, другой кинул Догану.

— Одевай, если не хочешь всю оставшуюся жизнь пугать своим запахом людей. Свою одежду можешь оставить здесь. После нашего путешествия она тебе вряд ли понадобиться.

— Так как ты сказал, мы проберемся за Периметр? — спросил Доган начавший подозревать что-то нехорошее. В пакете оказался прорезиненный водолазный костюм и маска ныряльщика.

— Я ничего не говорил, — ответил Трэт, доставая один за другим два небольших кислородных баллона. — Но если тебе это так интересно, то выйдем мы через старые канализационные коллекторы.

Доган воззрился на водолазное оборудование.

— Там так глубоко? — спросил он робко, представив, что придется с головой нырять в дерьме и отбросах.

— Дело не в глубине, а в запахе.

Серж, наблюдавший за сборами, мысленно возрадовался, что ему не досталась чаша сия. Хотя дела действительно, наверное, складывались серьезней некуда, если даже такой человек как Трэт решил сваливать из города, да еще и таким неординарным способом.

Закончив с облачением, Трэт повернулся к Сержу.

— Не передумал?

— Нет.

— Тогда удачной охоты.

Доган шагнул к другу.

— Вытащи Морана, — он протянул руку. — И помни, у нас еще остались обязательства перед Саймоном, так что умирать не стоит.

Серж пожал протянутую ладонь. К горлу подкатился тугой комок. Странно все-таки устроена жизнь. Прошло совсем немного времени с их первой встречи у Шермана, а казалось, что он всю жизнь знает Догана. Настолько органично он влился в их команду. Впрочем, как и Тамира.

— Ты там тоже не лезь на рожон.

— Закончили прощания? — спросил Трэт.

В костюме ныряльщика он походил на большую толстую лягушку, разве что ласт не хватало для полноты картины.

— Да, удачного плавания, — не смог сдержаться Серж.

— Шутник, — раздражено бросил Трэт, явно не расположенный к зубоскальству. — Доган помоги.

Они вдвоем сдвинули в сторону крышку люка. Воздух наполнило нестерпимое зловоние.

— Пошли.

Трэт первым спустился в коллекторы, Доган еще раз махнув на прощание рукой Сержу, последовал за ним.

В сознание Морана привели простым, но эффективным средством. Ведром холодной воды.

Он открыл глаза и тут же их вновь закрыл. Яркий свет установленной напротив лампы безжалостно бил в лицо.

— Очнулся богохульник, — не то вопросительно, не то утвердительно произнес чей-то голос рядом с ним. — Вот и славно.

— Лампу вырубите, — Моран попытался пошевелить руками, но оказалось что они крепко закованы в наручники, которые в свою очередь были соединены короткой цепью с широким ремнем, надетым на талию.

— Потерпишь, — на этот раз голос принадлежал другому человеку.

— Значит, так Родина встречает своих героев, — процедил Моран. — Может кто-нибудь объяснит мне, за какие грехи такое уважение? Или сейчас так принято приветствовать одиноких старателей?

— Говорливый малый. Это хорошо, — вновь раздался второй голос, а потом последовал тяжелый удар в лицо. — Только говорить будешь тогда, когда я скажу.

— Аккуратней, брат Севон, — попытался урезонить его первый. — Ты же не ведьму допрашиваешь. Обвинения еще не предъявлены.

— Какие к черту обвинения? — бросил Моран, чувствуя на разбитых губах привкус крови.

— Ты выбрал не тех друзей приятель.

— Я тебе не приятель, ублюдок.

Новый жестокий удар окунул его в боль.

— Севон!!! — одернул своего товарища «добряк», как успел окрестить про себя первого Моран. — А ты будь добр выбирай выражения, — это уже был камень в его огород.