Чертова пляска - Василий Анатольевич Криптонов

с опорными колоннами, опен-спейс, где над бумагами, счётами и арифмометрами корпели несчастные сотрудники.

В воздухе пахло безысходностью. Я две секунды тут простоял — и уже захотелось натереть верёвку мылом. Как тут люди работают⁈ То ли дело у нас: воля, свобода, магия, оружие! Ходи, убивай тварей, насвистывай. Но — увы, для этого, конечно, Сила нужна. Которая не каждому даётся.

— Вот, тут и работаю, — пролепетал Андрей Михайлович. — Там стол мой, вон он, возле окна.

Я увидел пустующий стол и кивнул.

— Так. Ладно. Враги у тебя тут есть?

— Христос с вами! Какие враги? — Андрей Михайлович перекрестился. — Я же совершенно мирный человек.

— Должность выше средней по палате?

— Простите?

— Люди в подчинении есть?

— Н-не то чтобы. Но с господином начальником отдела лично говорю, и вроде как ответственность несу…

— И поэтому тебе жалованье срезали?

— Ну… Там моя вина была. Не те данные вписал. Убытки получились. Надо было их списать на кого-то, а раз вина моя… Но я их покрою однажды, и всё снова хорошо сделается.

— В целом, ясно. Нет врагов — показывай друзей.

— Как, простите?

— Кто тут постоянно вьётся рядом с тобой, помогает, поддерживает? Пиво после работы попить зовёт?

Лицо Андрея Михайловича просветлело.

— Ах, и правда, есть такой. Вот, знакомьтесь, это Стёпа. Ну, то есть, Степан Аркадьевич, конечно же. Если б он меня не поддерживал…

Глава 22

Стёпа оказался пышущим здоровьем розовощёким детиной, на котором, по уму, пахать и пахать. Кой-чёрт занёс его в офис — загадка загадок. Он, улыбаясь от уха до уха, поднялся из-за стола нам навстречу, протянул руку Андрею Михайловичу.

— Андрей, доброе утро! Ты опять сонный какой-то? А я твой отчёт сам уже сдал.

— Мой? Отчёт? Зачем же, я ведь там не закончил…

— Да дописал его, ерунда, — махнул рукой Стёпа. — Зачем друзья нужны, если не помогают друг другу?

— Право, не стоило…

— Ничего-ничего!

Пока они обменивались бессмысленными фразами, я молча стоял и смотрел на Стёпу.

Тут мимо промчался какой-то сверхзагруженный мужчина. Он на ходу поднял голову от бумаг, хлопнул Стёпу по плечу и бросил:

— Хороший отчёт сделал, молодец.

И убежал.

— Вот комедия! — рассмеялся Стёпа. — Он решил, что это я написал. Ну, ничего, объясню потом, что твоя работа, не волнуйся.

Тут он, наконец, обратил внимание на нас с Захаром. Точнее — на меня. Посмотрел в глаза, поёжился.

— А вы, простите, кто?

— Охотники мы, — мрачно сказал Захар. — На тварей охотимся.

— Да где ж тут твари? — снова засмеялся Стёпа, разводя руками.

— Вестимо, есть, раз пришли.

Спросонья Захар не был самым приятным собеседником. И Стёпа вновь воззрился на меня.

— Значит, друг Андрея Михайловича? — спросил я.

— Ну… конечно! Помогаю, чем могу…

— А где фотография?

— Фото… Что, простите?

— Ты чё, меня нахрен послал⁈ — рявкнул я так, что вся работа в конторе остановилась, и все уставились на меня.

Захар молча, не меняя выражения лица, потащил из ножен меч.

— Что же это вы такое, господа, — бормотал Андрей Михайлович. — Право же, это… Совсем никуда не годится. Стёпа…

Я решил не переводить сразу конфликт в острую фазу. Надо бы начать с чего-нибудь лёгкого. Схватил Стёпу за грудки, развернулся и швырнул в направлении выхода. Стёпа грохнулся на чей-то стол, проскользил по нему, перелетел на следующий, с него упал, снёс третий на своём пути стол, и только тогда остановился, не долетев до двери. Я тут же оказался рядом с ним.

— Нажрался, что ли, с утра — падаешь? Пошли в общество трезвости записываться!

Обалдевший Стёпа хотел было что-то сказать, когда я его поднял, но не успел — я врезал ему кулаком в неподготовленный живот. Стёпа ыкнул и начал хватать воздух ртом, согнувшись пополам. Я схватил его за шиворот и повёл на выход.

На улице швырнул Стёпу на каменную урну, которую он тоже умудрился повалить.

— Господа, что ж вы такое делаете! — сетовал выбежавший следом Андрей Михайлович.

Я его проигнорировал. Остановился над лежащим Стёпой, который смотрел на меня полными ужаса глазами. Ну вот, теперь кондиция самая подходящая для разговора по душам.

— Где с колдуном спутался, мразь? — спросил я.

— Каким колдуном? Я ничего не понимаю!

Стёпа пытался бежать в стиле одержимой девки из фильма «Экзорцист» — перевёрнутый паук-фанатик йоги. Получилось хреново, упал на спину, подвернув руку.

Я впечатал Удар рядом с его головой. Грохот и каменная крошка, посекшая щёку, ещё больше ввели Стёпу в кондицию.

— Я случайно! Я не хотел! — заверещал он.

— Не хотел? Серьёзно?

Захар молча приставил кончик меча к горлу Стёпы. Очень в тему, это развязало мне руки. Я смог жестикулировать.

— Ты Андрея Михайловича совершенно случайно подсидеть пытаешься? С должности просто так сковырнуть не получилось — так к колдуну потащился, решил вовсе его со свету сжить?

— Господа, господа, да что же это… — лепетал Андрей Михайлович, но на него никто не обращал внимания.

— Не сжить! Не со свету! — Стёпа, видать, попытался перекреститься, но, поднимая руку, врезал по мечу. Порезал руку, порезал себе неглубоко горло и заорал. Захар на всякий случай отодвинул меч — с придурками лучше осторожнее, да.

— Не со свету — а как?

— Просто чтобы со службы его попёрли! Я так просил!

Ну, поздравляю тебя, Владимир Всеволодович. Не подвела твоя хвалёная интуиция и в этот раз. Чуял же с самого начала, как крысой пахнет — и вот она, крыса.

— Ну, зашибись ты офисную дораму устроил, чё. Ох уж этот Степан Аркадьевич… Говори, где заказ делал.

— Не могу! Клялся не разглашать! Там все клянутся.

— Нерушимой магической клятвой?

— Что?

— Чего ты мне ваньку валяешь, дебил⁈ Меня колышет, кому ты там клялся, что ли? Адрес назвал, быстро!

Тут мимо прошли двое городских стражников. Заметив их, Стёпа заверещал:

— Спасите! Убивают! Стража-а-а!

Один из стражников махнул рукой. Другой сказал:

— Владимир Всеволодович, вы уж осторожней.

— Нормально, мужики, — махнул я в ответ. — Пачкать не буду.

Тут Стёпа сломался окончательно и выдал адрес.

— Ну вот, нормально поговорили. А ты боялся. Захар, убери меч, не пачкай доброе оружие всяким