Слово - Веда Талагаева

Ауриния вскрикнула и уронила поднос. Вся еда рассыпалась по ковру, устилавшему пол в шатре. Ветер между тем сразу стих.

- Гвендаль, - сердито пробормотала царица, боязливо оглядываясь, - Как он узнал?

- Вот хулиган, - проворчала Ауриния, со вздохом склонившись над погибшим ужином, - Вечно у него дурацкие шуточки. Нет бы просто прийти и сказать, обязательно голос присылать.

- Он прав, - сказала царица, встав с кресла, - Мне надо идти. Южная Колдунья меня ждет.

На Кайреленскую низину надвинулась ночь, но перед битвой в лагере спали немногие. Горели костры, возле них сидели воины. Тут и там слышались разговоры. Кто-то проверял оружие, кто-то осматривал доспехи. Вернигор тоже не мог уснуть. Когда на небе засияли звезды, он вышел из своей палатки, которую делил с Ноком и мальчиками, и пошел по лагерю в ту сторону, где раскинулись темно-красные шатры Ордена. Воины из Азатана в большинстве своем отдыхали. В отличие от остальных, они, казалось, не испытывали ни малейшего волнения перед предстоящим сражением. Лишь некоторые из них засиделись у костра за разговорами, да часовые, замерев, стояли на страже перед штандартами с изображением крылатой львицы, шагающей на задних лапах. Многие стражники узнавали Вернигора и, обменявшись приветствиями с некоторыми из них, он подошел ко входу в самый высокий шатер, украшенный фигурками крылатых львят в королевских коронах. В шатре еще горел огонь. Охрана у входа пропустила Вернигора внутрь.

- Не помешаю? - спросил он, отодвигая полотнище.

- Входи, входи, - послышался изнутри обрадованный голос.

В шатре мягко поблескивали свечи в позолоченных шандалах. Воздух был наполнен запахом курящихся благовоний. Ноги Вернигора сразу же утонули в мягком ковре. Виго несколько десятков лет провел на Востоке и приобрел пристрастие к тамошней ленивой роскоши. Он сидел на ковре, откинувшись на парчовые подушки, в по-домашнему расстегнутой куртке. Кольчуга и серебряная гроссмейстерская цепь висели в углу, блестя в полумраке.

- Наконец-то явился, - довольно молвил Виго, увидев гостя, - Иди-ка, посиди со стариком. Вино у меня есть хорошее. Хлебнем, покалякаем о жизни.

- Ну, наливай, дедушка, - усмехнулся Вернигор, придвинул к себе пару подушек и, скрестив ноги, уселся напротив Виго.

- Я вообще-то не пью, но за такую встречу...

Светло-зеленая влага с запахом спелого армаисского винограда наполнила два кубка. Виго, хитро подмигнув, протянул один из них Вернигору и приложился сам ко второму.

- Да, чего это ты вдруг спаиваешь меня? - удивился Вернигор, отпивая из кубка вино.

- Да так просто, - пожал плечами гроссмейстер, - Может, язык у тебя развяжется, расскажешь мне, как живешь-поживаешь.

- Нормально, - сдержанно ответил Вернигор.

- На ярмарках показываешь за деньги дрессированного дракона? - язвительно спросил Виго.

- Дракониху, - уточнил Вернигор, - Ее зовут Толстушка, она очень славная девочка. Может, сразу перейдем к делу? Для чего ты меня позвал, Виго?

- Будто ты не знаешь? - Виго пожал плечами, - Я хочу, чтобы ты вернулся. И ребята тоже. Сейчас как раз подходящее время. Обратись к келарю, твоя новая форма готова. Переночевать можешь здесь. Завтра пойдешь в бой вместе с нами.

- Замечательно! - покачал головой Вернигор, - А с чего ты взял, что я согласен?

- Драконьи фокусы не для тебя, - сердито ответил Виго, - Ты лучший из нас, Вернигор, твое место здесь.

- Я сам ушел, - возразил Вернигор.

- Из-за бабы! - раздраженно воскликнул Виго и налил себе еще вина, - То есть... ну извини. Блажь тебе ударила в голову.

- Может, и блажь, - пожал плечами Вернигор, - Но я не вернусь. К тому же я догадываюсь, к чему ты клонишь. Ни за что, Виго. Это слишком для меня.

- Но почему? - с удивлением воскликнул гроссмейстер и залпом выпил вино, - Никто лучше тебя не заменит меня.

- Почему тебя нужно менять? - спросил Вернигор, - Наши не захотят другого гроссмейстера.

- Конечно, - Виго самодовольно усмехнулся, но затем вздохнул, - Но время пришло. Я слишком устал. Возможно, завтрашняя битва будет для меня последней.

- Не говори ерунды, - твердо возразил Вернигор.

- Это не ерунда, - покачал головой гроссмейстер, - Даже если я останусь жив, мне пора искать преемника. Ты единственный, на кого я могу положиться. Я уверен, ты не дашь пасть прахом тому, чего я добился за эти годы, и поведешь Орден к новым свершениям.

- Нет, - ответил Вернигор, - Не дави на меня. Я с этим не справлюсь, а даже если и справлюсь, я этого для себя не хочу.

- Лучше быть заклинателем драконов! - вспылил Виго, - Это не из-за того, что ты боишься ответственности, это из-за нее! Ты говорил, что не стоит продолжать то, что ничем не закончится, но сам только и делаешь, что продолжаешь. На что ты надеешься? Может, на то, что Кальдиен погибнет в завтрашней битве?

- Иди ты!

Вернигор пнул ногой подушку, вскочил и рванулся к выходу из шатра.

- Куда собрался? - властно окрикнул его Виго, - Я тебя не отпускал!

Вернигор остановился и растерянно повел плечами. Повисло неловкое молчание.

- Нельзя нам так расставаться, - виновато проговорил Виго, - Мы ведь можем больше не увидеться. Ладно, - он опустил голову и вздохнул, - Я больше не буду говорить на эту тему, но и ты меня прости.

Вернигор обернулся. Виго сидел, обложенный подушками. Резкие тени падали на его лицо, а свет от свечи очень четко и обостренно обозначил все легкие морщинки и складочки на нем. Гроссмейстер, обычно выглядевший куда моложе самого Вернигора, теперь вдруг казался стариком. У Вернигора сжалось сердце.

- Я останусь, - нехотя согласился он, - Но смотри у меня.

Виго согласно закивал.

- Не будем о проблемах, - миролюбиво предложил он и преувеличенно жизнерадостно улыбнулся, - Давай-ка лучше поговорим о чем-нибудь нейтральном. Нам ведь есть что вспомнить?

- Это уж точно, - согласился Вернигор и снова сел на мягкий ковер.

Виго опять разлил вино по кубкам и лукаво усмехнулся.

- Помнишь ту плясунью из трактира "Бешеный единорог"? - спросил он, - Она выглядела, как неземное созданье, и танцевала, точно бес в нее вселился.

- Да, - Вернигор рассмеялся, - Болван Эльвиг так в нее влюбился, что даже выковырял для нее все изумруды из рукоятки своего меча. А она заморочила ему голову и вышла замуж за пивовара.

Ночной переход через Разнолесье оказался утомительным, несмотря на волнение перед битвой. Илья думал, что ни за что не уснет этой ночью, но стоило его голове коснуться подушки, как глаза его сразу же закрылись. Ему снилось лето, солнце и поле, все усеянное ромашками. Он шел прямо по цветам, а с другой стороны ему навстречу шли отец и мама. Прямо посреди сна его немилосердно потрясли за плечо.