Тайны сирен - Джулия Голдинг

Аннина пошла на хитрость:

— Я подумаю об этом.

— Обещай! — настаивала Джейн.

— Ну, если вы не пойдете со мной…

— Мы не пойдем, — твердо заявила Конни.

— Тогда, полагаю, что одной мне лучше не ходить.

Конни и Джейн переглянулись, без слов поняв друг друга. Это было похоже на обещание, которое они пытались вытянуть у Аннины, но ни одна не поверила ей до конца. Теперь им следовало внимательно присматривать за подругой.

15

Арран

Эвелина пришла на кухню, бросив на стол свежую почту и ключи.

— У тебя есть планы на выходные, Конни? — как бы между прочим поинтересовалась она.

— Я собираюсь в Чартмут с Джессикой и Арраном, чтобы научиться плавать с селки, — сказала Конни, выдергивая из кучи коричневых конвертов открытку от брата.

Он прислал ей фотографию камбоджийской гремучей змеи: он с восторгом собирал информацию об ужасных случаях с ядовитыми змеями, Конни не разделяла эту его страсть.

— Хорошо. Джессика — разумная девочка, она за тобой присмотрит. Как ты будешь туда добираться?

— Автобусом, — сказала Конни, удивляясь, почему тетя так стремится узнать о ее передвижениях в мельчайших подробностях.

— Ладно, — сказала Эвелина. — Когда вернешься?

— Около шести, в шесть тридцать самое позднее. — Конни взглянула на часы: ей пора было убегать. — Если ты не против, конечно.

Она натянула куртку и сунула несколько монет в карман джинсов. Эвелина кивнула:

— Только держитесь вместе. Звони, если будут проблемы.

— Хорошо! — отозвалась Конни, захлопывая за собой дверь.

Конни увидела из окна автобуса Джессику, которую поддерживал под руку высокий юноша, одетый в облегающий темно-коричневый костюм, — селки и его посредник ждали ее на автобусной остановке за спасательной станцией. Конни встала с места и пошла к выходу.

Арран обернулся первым, почувствовав приближение универсала. Конни внезапно замерла на верхней ступеньке автобуса. Она ощутила, как в грудь ей ударила холодная волна.

«Ну здравствуй, универсал!» — раздался у нее в голове голос Аррана.

Конни глотнула воздуха, как будто вынырнув на поверхность после затяжного погружения. Джессика ударила Аррана по руке, чтобы он прекратил то, что проделывает сейчас с универсалом, и его присутствие исчезло из сознания Конни так же внезапно, как если бы он скрылся под водой. Кто-то нетерпеливо толкал ее в спину, и она спрыгнула с автобусной ступеньки, успокаивая себя и готовясь к более традиционному знакомству.

— Привет! — Произнесенное вслух приветствие Аррана было похоже на лай. — Извини. Не смог удержаться.

— Это Арран, Конни, как ты уже, наверное, догадалась, — сказала Джессика, с гордостью указывая на своего друга. — Он селки из семейства обыкновенных тюленей.

Конни взглянула в лицо Аррану и не могла удержаться, чтобы не улыбнуться в ответ его выразительным темным глазам. У него были самые длинные ресницы из всех, какие только видела Конни у людей, — но ведь он не человек, напомнила она себе. Его густые каштановые волосы были отброшены со лба назад: они блестели, как будто слегка смазанные жиром. Он был неоспоримо красив. Она разглядывала его, и ей казалось, что она погружается под воду и плывет с ним в водовороте тюленьей жизни. Ее кожу покалывало от растекающейся по ней энергии. Она теперь понимала, каково это для него — как он жаждет вернуться обратно в море, рассекая волны, оставляя за собой только пенящийся след в погоне за серебристой сельдью, мелькнувшей в водорослях. Для него прогулки по мостовой были так же волнующи, как для человека — плавание в бурном море: это было опасное место, где он чувствовал себя неповоротливым и медлительным. Аррану очень хотелось взять Конни в свой мир, отбросить земные преграды и показать ей стихию, в которой он был властелином.

— Конни, ты меня слушаешь? — спрашивала Джессика, тряся ее за плечо. — Ой! Ты меня током ударила!

— Что? — переспросила Конни в смущении. — Ох, прости, это просто статический разряд — такое иногда на меня находит при встрече с другими существами.

Джессика потрясла рукой, чтобы облегчить боль.

— Думаю, что ты погрузилась куда-то очень глубоко. Я говорила с тобой, но ты, кажется, была за много миль отсюда.

— Э-э-э… извини, — робко сказала Конни. — Что ты мне говорила?

— Я говорила, — сказала Джессика с терпеливой улыбкой, — что мы должны пойти на пляж в конце Милсом-стрит. Он не самый удобный, потому что слишком близко к докам и нас могут заметить, но все же подходит для наших целей.

— Отлично. Хороший план, — сказала Конни.

— Тогда пойдемте, чего мы ждем? Уже начинает темнеть. Мы упустим шанс поплавать, если будем вот так торчать здесь.

Джессика быстро зашагала вперед, направляясь на юг.

— Пойдем, универсал! — сказал Арран своим лающим голосом. — Ты же слышала: нужно идти, пока я не впутал тебя в новые неприятности!

Он протянул ей руку, чем-то похожую на ласт: пальцы у него были длинные, особенно указательный, а ладонь сужалась у основания. Мгновение помедлив, Конни взяла предложенную ей руку. Вернувшаяся волна его присутствия пробежала по ней и наполнила ее тело пенящимся восторгом. Конни засмеялась лающим смехом, и Арран вместе с ней. Проходящая мимо пара с собачкой оглянулась и с удивлением посмотрела на них.

— Пойдем скорее — пока мы не привлекли чьего-нибудь внимания, — сказал селки, потянув Конни за руку.

Они пошли вместе вслед за Джессикой, двигаясь по мостовой странной покачивающейся походкой. Один из собачников повернулся к другому и шепнул что-то похожее на: «В таком возрасте — и уже пьяные! Безобразие!»

— Прекрати! — смеялась Конни, увлекая его за угол — подальше от глаз публики.

Джессика ждала их. Они были в конце жилых кварталов и теперь направлялись в сторону Милсом-стрит, где летние домики сменялись промышленными комплексами и закрытой автозаправочной станцией.

— Арран, — ворчливо сказала Джессика, — мы никогда не попадем, куда нужно, если ты не вспомнишь, что сейчас у тебя есть ноги.

Через несколько шагов Арран наконец справился со своими ногами, и они стали двигаться быстрее.

— Это настоящая честь для меня — повстречаться с тобой, универсал, — застенчиво сказал он, когда они вышли к берегу.

— Это для меня честь, — ответила Конни. Что она в сравнении с ним — меняющим обличье морским чудом?

— Ты уникальное создание, — продолжал Арран. — Я чувствую в тебе море. А другие находят в тебе свою собственную стихию, когда вступают в контакт?