Хирургическое вмешательство - Олег Серегин

— Менгра, — едва слышно шепнул Ансэндар, прикрыв лицо узкой ладонью, — я ведь и… ответить могу.

— Я здесь на птичьих правах, — отрубил Менгра, уставившись в пол. — А ты — тем более.

— У нас был выбор?

— Не было, — жрец коротко глянул на него, но Анса все еще прятал глаза. — Зачем ты их привел? Мы здесь никто. Мы не можем идти против местных властей! Что с нами будет?..

— Менгра, ты даже ни о чем не спросил. — Ансэндар, наконец, отвел руку и медленно поднялся с пола; Жень настороженно следил за ним. — По-твоему, я не знаю, что делаю? Раньше ты так не думал, — в его голосе звучали бесконечная усталость и бесконечное терпение.

— Раньше стфари жили не в чужом доме.

— Ты не хочешь снова обрести свой?

Ансэндар сказал это и опустил голову. Менгра молча уставился на него; лицо жреца смягчилось и просветлело, на нем мелькнуло растерянно-виноватое выражение, а в глазах почудились странные искорки.

— Жень, — сказал Анса. — Подойди.

Ксе изумленно смотрел, как божонок, секунду назад кипевший от ярости, подчиняется, глядя на стфари чуть ли не зачарованно. В голосе Ансы звучала тихая власть, которую непросто было отвергнуть.

— Он бог войны, Менгра, — сказал беловолосый, положив руку на плечо подростка. — Как Энгу. Наши миры ближе, чем кажутся. У него тоже нет спутницы, Менгра, по той же причине.

Жень стиснул зубы. Кузнец смотрел на него странным взглядом — сумрак, печаль и надежда.

— И что? — пробурчал он.

— Он сам еще мал. Эта страна часто перерождается, а вместе с нею — людские боги. Он должен вырасти… а богиня-спутница — родиться.

«Вот как?» — встрепенулся Ксе. Дело не ограничится предоставлением укрытия? Мать Отваги можно вернуть? Как? Если боги умирают навсегда?.. Ансэндар знает больше, чем могло показаться, больше даже, чем сам Жень? «А впрочем, неудивительно, — умозаключил шаман, — он же…»

— Что сделаем мы? — бесстрастно продолжал Менгра.

Ансэндар вздохнул.

— Если нам не удастся вернуться, — сказал он с подчеркнутым спокойствием, — с помощью девочки мы станем частью этого мира. Если удастся — в пантеоне над стфари появится богиня войны.

Повисло молчание. Ксе выжидающе переводил взгляд с одного участника беседы на другого, пытаясь разобраться с новой информацией. В его компетенцию не входит исправление пантеонов, он всего лишь шаман, выполняющий просьбу своей стихии, и что ему делать теперь?..

— Анса, — внезапно раскрыл рот Жень. — Я вот сколько смотрю, понять не могу — а ты? Ты — чего бог?

Менгра добродушно засмеялся, окончательно перестав быть мрачным и грозным, и встал с сундука. Ансэндар улыбнулся смущенно.

— Раньше, — сказал он, — дома, был… одного, а теперь, наверное, другого… — и он озадаченно пожал плечами. Верховный жрец смотрел на бога сверху вниз, чуть сощурившись, и странноватые искры не гасли в темных глазах.

— Надежды, — сказал Менгра-Ргет Адрад-Катта. — Надежды.

Когда Менгра вел их с Женем к гостевым комнатам, зычно окликая своих домашних и требуя постелей и ужина, во внутреннем кармане куртки у Ксе завибрировал телефон. Рядом с сердцем; и сердце шамана оборвалось, рухнув в живот. Руки похолодели, волосы на голове приподнялись, сбилось дыхание. Шаман даже не понял, испытывает интуитивный страх или что-то иное — слишком сильной и шокирующей оказалась физиологическая реакция. Мокрый от пота, деревянными пальцами он вытащил мобильник.

— Чего? — встревоженно обернулся Жень.

Шаман стоял и пялился на трезвонящий телефон. Номер не определялся.

— Блин, — прошептал он. — М-мать…

— Это кто?

— Понятия не имею…

Руки дрожали так, что мобильник мог выскользнуть, и Ксе невольно взялся за него поплотнее; это и помогло разобраться в ощущениях. Будь звонок опасен, внутри не родилось бы безотчетного желания его сберечь.

В кнопку Ксе попал с первого раза.

— Да, — просипел он беззвучно, и выговорил тверже, — алло?

— Здравствуйте, — с ленцой сказал в трубке безразлично-вежливый голос. — Прошу прощения за беспокойство. Мне ваш телефон дал Широков, Лейнид. Меня зовут Даниль Сергиевский.

8

Синий к красному, белый к желтому и снова синий — складывались детали, пластмассовые, окрашенные ровно и без затей; детали уголком и прямоугольничком, большие и маленькие, одинаковые и разные. С одной стороны пупырышки, с другой пустота, по бокам гладкое, а если перевернуть, то в пустоту можно налить воды, но она обязательно расплещется, и мама будет ругаться… Ковер в папином кабинете толстый, мягкий, по нему удобно ползать на коленях, но человечки на нем не стоят — падают, и башню приходится строить широкую…

Конструктор был огромный и сложный, дочери не по возрасту; то, что изображалось на схеме — целый кусок города — она собрать не могла, и играла в дорогущий набор Лего как в кубики, складывая разноцветные коробки и просто стенки. В рот она детали уже не тянула, но отец не без печали сознавал, что многоцветный город с коробки так никогда и не будет собран. Хозяйка-то вырастет, только и конструктор, и схема до той поры не доживут.

— Таня! — наконец, закричал он голосом, не терпящим возражений. — Таня, забери Тюшку, пожалуйста! Мне нужно работать.

— Сейчас! — отозвалась жена, и тут же зашелся ревом младший, не вылезший еще из пеленок Вован, драгоценный сын и наследник. — Ну что ты, — тише забормотала она, — сытый же… сухой… ой…

— Таня!

— Тюша, иди к маме! Миша, ну сделай же сам хоть что-нибудь!

Тот беспомощно поднял брови.

— Настюшенька, — залебезил он, усевшись перед нею на корточки, — иди в большую комнату играться, детеныш… давай, давай, собирай детальки…

— Ну па-а-апа! — заныла она.

— Давай, бегемотик, давай… — уговаривал отец, чувствуя себя извергом.

Выпроводив «бегемотика», он запер дверь на задвижку и потер лоб. Шум ослабел, но тихо в этом доме бывало только ночью. Пройдя к рабочему столу, отец семейства разбудил компьютер и попытался сосредоточиться, медитируя на пустую страницу файла.

— Заместителю министра обороны по работе с тонким планом, — пробормотал он, щелкая клавишами, — верховному иерарху культа бога войны… Ивантееву Пэ Вэ… от заместителя генерального директора ЗАО «Вечный Огонь», жреца-мастера Оноприенко Эм Дэ… докладная записка.

Он допечатал, отформатировал по правому краю и нахмурился. В голову лезло непотребное «довожу до Вашего сведения» и мешало найти подходящую фразу. Отчеты жрец давно составлял с помощью текстов-шаблонов, но для того, о чем он собирался писать сейчас, заготовки у него не было и не могло быть. «Несмотря на возможные неудобства, — прокрутил он текст в голове, прикидывая, с чего начать, — нужно отказаться от использования программных продуктов МГИТТ, так как выяснилось, что в полевых условиях они ведут себя непредсказуемо… нет, не так. Их поведение диктуется некой программой помимо воли человека-оператора… нет».