Школа лукоморцев - Анастасия Дёмина

перехватило дыхание и на глазах выступили слёзы. Его родители умерли… Погибли по вине папы… Неудивительно, что бабушка его ненавидела…

Костя не сразу почувствовал, как Зоя Никитична схватила его за руку и сильно потрясла, приводя в чувство.

– Костя! Костя! Это неправда, слышишь? Неправда!

– Откуда вы знаете? – не своим голосом спросил он. – Бабушки же нет, вы не можете её спросить… Вдруг в этом Василий не соврал…

– Он соврал! – отрезала женщина таким тоном, что Костя невольно поднял голову и посмотрел ей в глаза. – Он соврал, – немного тише, но всё так же убеждённо повторила она. – И я это точно знаю, потому что я знаю, кто твои родители.

В груди Кости проклюнулся маленький росток надежды.

– Вы знаете?..

– Теперь знаю, – усмехнулась Зоя Никитична. – Поняла, как только мне рассказали о случившемся в музее.

Костя нахмурился. Он почти ничего не помнил из того, что случилось после удара об стену.

– Ты, Костя, пробудил меч-кладенец, – сообщила директор. Видимо, выражение лица у него стало донельзя ошарашенным, потому что она засмеялась, из-за чего стала выглядеть моложе лет на десять. – Да, Никита разбудил всю округу, и все кинулись вам на помощь, но они могли и не успеть, если бы меч-кладенец не разобрался с превратившимся в волка Василием.

– Он его… ну?.. – дрожащим голосом спросил Костя.

Зоя Никитична поморщилась, но кивнула.

– Да. Конечно, мы бы все предпочли, чтобы Василий остался в живых. По многим причинам, – добавила она, поджав губы. – Но когда магические артефакты берут дело в свои, так сказать, руки, тут уже имеешь, что имеешь. Тем более, как призналась Жанна, она уже едва отбивала атаки Василия и помощь, пусть даже и такая радикальная, оказалась очень кстати.

– Но… я не понимаю… – потряс головой Костя. – Я думал, только именные богатыри могут пользоваться мечом-кладенцом?

– Так и есть, – кивнула Зоя Никитична. – И поэтому я знаю, кто твои родители, Костя. Потому что я знала только одну супружескую пару кощея и алёши-поповича.

– Алёши-поповича? – не поверил своим ушам Костя. – Моя мама была алёшей-поповичем?

– Именно так, она лукоморка алёша-попович, то есть происходит из рода лукоморцев алёшей-поповичей, и обладает силами, ассоциируемыми с данным богатырём. Названия типов лукоморцев – это исторически сложившееся определение, без привязки к полу того, к кому его применяют, – с улыбкой подтвердила директор. – Я так понимаю, бабушка тебе совсем ничего о них не рассказывала? – Когда он кивнул, она покачала головой. – К сожалению, тут я тебе не большой помощник. Твои родители на четыре года старше меня, поэтому в лицее мы мало общались.

– Они… Они учились… здесь? В Тридевятом лицее?

– О да. Наделали столько шума, когда стали встречаться. Сам подумай: кощей и алёша-попович! Но твоя мама, Елизавета, всегда была своенравной и делала всё по-своему, без оглядки на мнение других. А твой папа, Юрий, стал в каком-то смысле олицетворением того урока, что мы стараемся вбить в вас в процессе учёбы в лицее: человека определяет не его сила, а то, как он её применяет. Юрий как раз применял свои способности кощея исключительно во благо.

– Что он делал? – жадно спросил Костя. Хоть Зоя Никитична и предупредила, что плохо знала его родителей, но она уже рассказала больше, чем он знал всю свою жизнь.

– Он стал археологом, причём очень известным и успешным, несмотря на молодость. Представляешь, как ему помогали способности кощея? – Директор со значением на него посмотрела.

– И где же они теперь? Что с ними случилось?

К его ужасу, Зоя Никитична помрачнела.

– Боюсь, Костя, что этого никто не знает. Насколько нам известно, и здесь я опираюсь не только на свои личные воспоминания, но и воспоминания других учителей, которые следили за дальнейшей жизнью своих выпускников, Юрий с Елизаветой отправились в служебную командировку. И пропали.

– Что значит «пропали»? Как можно пропасть во время служебной командировки? – недоумевал Костя.

– Это самое странное. По слухам, потому что, понятное дело, официально о таком нельзя было сообщать, командировка была связана с поиском какого-то древнего артефакта. С Юрием связалась местная жительница, и твой отец оформил через свой институт командировку, попросив включить в неё Елизавету как специалиста по истории и фольклору. Но стоило Юрию сообщить на кафедру, что они обнаружили нечто потенциально важное, как связь с ними оборвалась. Спасатели нашли автомобиль с вещами и документами, но Юрий, Елизавета и та местная жительница, которую они взяли в проводники, будто испарились. Бесследно. Их исчезновение до сих пор считается необъяснимой загадкой. А для лицея и всех, кто знал твоих родителей, это также стало огромной личной трагедией. В том числе и потому, что, как мы все были уверены, вместе с Юрием и Елизаветой пропал их маленький сын.

Костя моргнул.

– Я?

– Да, Костя. Тебе тогда едва исполнилось три года, поэтому ты ничего из этого не помнишь. Это была первая командировка Елизаветы после выхода из декрета, а так как по плану она должна была продлиться всего несколько дней, твои родители решили взять тебя с собой.

– Но я же не пропал! – возразил Костя. – Сколько себя помню, я жил с бабушкой!

– Видимо, тебя по какой-то причине оставили с ней. Причём планы твоих родителей, похоже, изменились в последний момент, потому что в автомобиле нашли детское сиденье и сумку с твоими вещами. Когда институту удалось связаться с твоей бабушкой, она ни словом о тебе не обмолвилась. Сказала лишь, что не желает, чтобы её беспокоили по поводу дочери и зятя, сославшись на то, что они давно не общаются. Не знаю, насколько это была правда, ведь ты как-то у неё оказался. Затем твоя бабушка переехала, взяла девичью фамилию и кардинально сменила род деятельности. Иными словами: сделала всё, чтобы начать жизнь с чистого листа и чтобы никто не узнал в вас родных Елизаветы и Юрия. Но, боюсь, пока она не отыщется, мы вряд ли узнаем, как всё было на самом деле.

– И вы их не искали? – возмутился Костя. – С помощью того же самого блюдца с яблочком?!

Зоя Никитична слегка прищурилась, явно недовольная его тоном, но замечание делать не стала.

– Дело в том, Костя, что артефакты в действительности часто работают не так или не совсем так, как в сказках и былинах. Если в сказках серебряным блюдцем и наливным яблочком мог воспользоваться кто угодно и как угодно, то в реальной жизни они работают лишь при наличии сильной связи между вызывающим и тем, что он желает увидеть. Например, я могу попросить блюдце показать мне мой родной дом, и оно это сделает, потому что я