Роман с вампиром - Виктория Варлей

– Заворачивай, поехали ужинать!

«Правильно! С утра маковой росинки не было!» В течение всего дня девушка терпеливо ждала, когда же Ворон вспомнит о том, что ничего не ели. «Уверена, будь у него назначена еще одна встреча, мы бы еще часа три голодали! Что его любовницы находят в совместных поездках? Или с ними он ведет себя как-то по-другому? Вряд ли!»

За все время поездки Вадим даже близко не походил на нежного и ранимого человека, который отвез ее домой после той ночи на дебаркадере. Или ей это все приснилось? Почудилось? Ведь только за этим, по сути, она сюда и поехала – побыть с ним вместе, еще раз услышать нежные слова, увидеть жгучую страсть в его глазах и желание. Понежиться в чувственности. Пока одна лишь грубость, нецензурной брань и гримасы.

Они подъехали к высокому зданию и шумной толпой протолкнулись в дверь, над которой залихватски улыбалась и подмигивала большая усатая рыба. «Наверное, рыбный ресторан», – предположила Вика и осмотрелась. Какой интерьер! Она всегда увлекалась дизайном и многое повидала, но такое! «Отлично!» – выдала она через несколько мгновений свое резюме. Ресторан обставлен со вкусом, радующим глаз и создающий гармонию в душе. Красиво и изыскано все, все продумано до мелочей, без вычурности и броских акцентов, но с изяществом и благородством линий. Девушка от избытка чувств вздохнула, чувствуя, как от этой красоты на ее спине появляются крылья, и со ступенек, ведущих о двери, плавно слетела в большой уютный зал, выполненный в испанском стиле. Вместо обычных перегородок для уединения посетителей стояли старинные, невысокие извивистые стены, напоминая древний город, его улочки. Прислоненные к ним скамейки с витыми ножками усыпаны мягкими пухлыми подушками, низкие стеклянные столы также поддерживаются ажурными завитками, от теплых розовато – желтых стен мягко отражается свет свечей, старинных канделябров, помещенных в изящно вырезанные ниши. Мягкость, грация, комфорт и дорогая старина неуловимо сочетались, вызывая чувство восторга.

Их компания сразу расположились на двух диванах, отгороженных с нескольких сторон, и радостно, предвкушая долгожданный ужин, глазела по сторонам. Вадим устало поинтересовался:

– Ты что будешь?

– Не знаю. А меню есть?

Официант принес несколько книжек в темном кожаном переплете. Вика, откинувшись на подушки и вытянув расслабленно ноги, развернула одну из них. «Вот, блин! Ничего не понятно!» Названия ни на испанском, ни на русском не вызывали никаких проблесков сознания, объясняющего что же это! «Эх, я и ворона! Ничегошеньки не знаю! Провинциальная мамзель, ничего не скажешь», – в глазах промелькнуло расстройство. У Вадима зазвонил сотовый.

– Да? Да, подъезжайте. Места есть.

– Кто-то еще будет?

– Да, наши турецкие братья сейчас подтянутся, – кивнул он, и казалось, стал не таким жестким, более расслабленным, но, одновременно с этим, чем-то недовольным.

– Подождем?

– Да, сказали, что приедут минуты через две. Видимо, где-то недалеко.

Она углубилась в исследования загадочного меню. В самом конце на глаза попались названия японской кухни. «Ура! Это нам знакомо и нами любимо!» Она облегченно выдохнула и попросила:

– Может, пока вина? Красного, полусладкого?

Ворон кивнул официанту и тот тут же подлетел к их столу:

– Вина, пожалуйста, – он назвал марку.

Таблетки, принятые утром, вызывали легкую тошноту, голова куда-то уплывала, размывая происходящее. «Ну и отрава – эти гормональные средства!»

– Я хочу в дамскую комнату, – сообщила она и направилась к выходу – туда, где еще раньше заметила вывеску.

Туалет поражал еще больше, чем обеденный зал. Выложенный изумрудного цвета кафелем уютный уголок навевал покой журчанием воды и шумом прибоя, радовал запахом морской соли и ароматических эссенций. «Как в Дисней-лэнде в Париже. Там тоже есть аттракцион с пиратами, темным небом, такими же запахами, черепами, облаками…Тут можно жить. Такой умиротворяющий туалет», – хихикнула она про себя, доставая расческу. Прополоскав рот и приняв очередную таблетку, устремилась обратно.

В их полку прибыло. Приглашенные уже сидели напротив.

– Виктория! Красавица! Какая неожиданность! Как дела?

– Тещекюр эдэрим!

– Ах, как приятно! Умница! Ты здесь по делу?

– Да, к аудиторам ездили, – решительно вмешался Вадим и угрюмо взглянул на сидящую отстраненно от него девушку. – Бросила меня совсем! Говорит, на х… ты мне не нужен. Я своего дальнобойщика люблю. Все, что я для нее ни делаю – плохо!

Вика прямо-таки опешила от подобных заявлений и, шокированная, вытаращила черные глаза. Тряхнула волосами. Он для нее что-то сделал?! Что за бред? О, Господи! И какого дальнобойщика имеет ввиду? Первый раз об этом слышит!

– Чего так уставилась? Парня, что на Кипре.

– Какой же он дальнобойщик?

– Я не помню кто! Какая разница? Знаешь, а ты от вина румяная, глазенки блестят…

Заметив неподдельный интерес Вадима, турки переглянулись, таинственно заулыбались.

– Ты уже что-то выбрала? – обратился к ней интеллигентного вида Назим.

– Да, суши.

– Ах, какая умница! Я тоже очень люблю суши! – восхитился он. Девушка почувствовала себя лет на пятнадцать моложе и с детской доверчивостью окунулась тому в глаза.

– Хватит тут слюни пускать! – обрезал незваного ухажера Вадим, и, оглядев всех, спросил: – Ну, кто что будет? Стасик?

– А ты что?

– Я – карпаччо.

– Ну, и мне давай.

Вика, томно накручивая на палец локон, наблюдала: негромкий гул голосов, легкая приятная музыка. Выпитое бесподобное по вкусу и аромату вино успокаивало, укачивало, плавно поднимало ее на морскую волну. Спуская, снова поднимало на гребень. Какое наслаждение! Повернувшись, заметила, как на небольшое возвышение, круг площадью всего несколько метров, выставляют высокие барные стулья. На площадку вышли двое молодых мужчин атлетического сложения, – высоких жгучих темпераментных испанцев с гитарами наперевес и ярко – красными шелковыми повязками на головах, прикрывающими густые блестящие кудри. Проследила за ними взглядом. В растушеванном вином сознании мелькнула догадка. «Испанская гитара! Ах! Не может быть! Они сейчас будут играть!» Вскоре раздались характерные завораживающие аккорды. В тот же момент по ее спине поползли мелкие мурашки блаженства и возбуждения. При взгляде на красивые породистые лица и фигуры, мурашки увеличились в геометрической прогрессии. О, Боже!

Она, пряча эмоции, оставив окружающим возможность лишь полюбоваться на ослепительную улыбку, взяла бокал с вином и сделала несколько глотков. Вадим поймал ее сверкающий влажный взгляд и недобро усмехнулся. Сразу же взглянул более внимательно, но было поздно – эта маленькая лицемерка уже успела спрятать глаза и нацепить привычную непроницаемую маску.