Мерцающие врата - Дженна Блэк

— Пошли, — бросил Кин и направился к двери.

Я не двинулась с места.

— Куда «пошли»? — спросила я.

Кин вытащил руки из карманов, но потом лишь скрестил их на груди и посмотрел на меня в упор.

— Здесь я — учитель, а ты — ученица. Так что подчиняйся, и без вопросов.

Ну и зараза! Я была права: на хулиганов приятно смотреть, а не слушать, что они говорят. Финн, стоя у меня за спиной, рассмеялся.

Я понимала, что Кин пытается запугать меня своим пристальным взглядом, но учитывая то, что на меня уже нападали крахены и Рыцари, мне было не так уж и страшно. Я сделала пару шагов ему навстречу и сама посмотрела на него с вызовом.

— Не знаю, в чем твоя проблема, — начала я, ткнув его в грудь, — но…

Дальше все случилось очень быстро. Я даже не заметила, что за движение он сделал, но только в следующую секунду я уже лежала на полу лицом вниз, одна рука у меня была вывернута за спину, а Кин сидел на мне верхом. Я в шоке уставилась на ковер. Кину как-то так удалось все это проделать, что мне не было больно, но у меня челюсть отвисла от изумления.

— Моя проблема в том, — прошипел он мне в ухо, — что мне не нравится тот тип людей, которых охраняет мой отец.

Да, «зараза» — слишком мягкое слово для него. Я попробовала вывернуться, но он заломил мне руку сильнее, и мне стало больно.

— Можешь скинуть меня в любой момент, — продолжал он шипеть мне на ухо, — если у тебя хватит духу. Только у тебя это не получится, пока ты будешь просто так извиваться червяком.

Я подняла голову, насколько это было возможно в моем положении, и посмотрела на Финна. Он глядел в окно, всем своим видом демонстрируя, что не видит того, что происходит у него под носом. Видимо, он не собирался помогать мне.

— Давай, Дана, — сказал Кин. Он больше не шипел, но продолжал говорить мне прямо в ухо. — Подумай головой. Какие части тела у тебя сейчас свободны, чтобы можно было достать меня?

— Так у нас уже начался урок? — спросила я. Похоже, он не шутил, говоря, что я не должна задавать вопросов, потому что теперь он только сильнее завел мне руку за спину.

— Ой! — не выдержала я, но он не ослабил хватку.

— Сосредоточься, — сказал он. — Чем ты можешь пошевелить?

Мне не хотелось подчиняться, но мне показалось, он сейчас сломает мне руку. Я решила приберечь все, что я хочу сказать, до того момента, когда окажусь на свободе. И тогда я выскажу Финну все, что думаю о его психопате-сыночке, которого он натравил на меня.

Я подергалась, пытаясь понять, чем я могу пошевелить, но ничего не получилось. Кин крепко прижал меня к полу. Может, он был не такой тяжелый, как Финн, но и не перышко. Единственное, что у меня поворачивалось, это голова.

— Так я должна драться головой? — спросила я сквозь сжатые зубы.

— Если это единственное, чем ты можешь двигать, значит, это твое единственное оружие.

Я, кстати, надеялась, что он отпустит меня, как только я правильно отвечу, но он не отпустил.

— Ну? — поторопила я. — Можно, я теперь встану уже?

— Думаю, с этим у тебя возникнут трудности, — хмыкнул он. — Сперва тебе придется меня скинуть, — сказал он сухо и самодовольно.

— Ты что, хочешь, чтобы я по-настоящему ударила тебя головой? — изумленно спросила я.

— Если только не хочешь весь оставшийся день целовать ковер.

Я все еще сомневалась. Я никогда в жизни никого не била специально. Даже когда я врезала Итану в пещере, я сделала это недостаточно сильно — он отключился всего на минуту. А теперь мне предлагалось ударить Кина, и ударить больно, потому что я могла ударить его головой только в лицо. Однако, судя по всему, Кин не собирался ждать слишком долго. Он так заломил мне руку, что терпеть дольше я не могла.

Сжав зубы и сказав себе, что он, должно быть, знает, что делает, я дернула головой назад. Затылком я ощутила удар, который пришелся Кину по лицу, но удар этот был не сильным. Кин рассмеялся.

— И это все, на что ты способна?

Я заскрипела зубами. Ну что ж, ладно. Раз он сам напросился, пусть не обижается потом. И на этот раз я мотнула головой назад изо всей силы. Учитывая то, насколько я была унижена и зла, удар получился сильным. Раздался громкий хруст, когда мой череп ударился обо что-то твердое. Кин взвыл и, отпустив меня, вскочил на ноги.

Я попыталась встать. Голову пронзила боль, но я знала, что лицо Кина пострадало больше. Хорошо было думать, что он сам напросился, но теперь он стоял, согнувшись, прижимая руки к носу. А вдруг я его сломала? Я моргнула и с сочувствием потянулась к нему.

— Прости! — сказала я. — Ты в порядке?

Надо было не забывать о том, что рядом стоит отец Кина. Если бы я действительно ранила его, Финн вступился бы за сына. Кин опустил руки и выпрямился, глядя на меня с усмешкой.

— Я в порядке, — сказал он. — Ты треснулась головой о мое заклинание-щит, а не о лицо.

У меня челюсть отвисла, и вот на этот раз я и вправду захотела его ударить.

— Урок первый, — сказал Кин. — Если дерешься, ты должна научиться бить на поражение, иначе и начинать не стоит. А теперь пошли вниз в гараж. Я приготовил там маты, у тебя-то нет заклинаний-щитов.

Я обернулась и посмотрела через плечо на Финна. Он потирал подбородок, пытаясь скрыть улыбку.

— Большое спасибо, — бросила я ему с ехидством. Может, когда-нибудь я пойму, что все это смешно, но не сейчас.

Я подумала, может; отказаться от уроков самообороны? Но, похоже, если я сделаю это, получится, что Кин как бы победил.

Финн пожал плечами. Он больше не улыбался, но в глазах его прыгали озорные искорки.

— Его методика, скажем так, не очень гуманна, — сказал он, — но Кин — прекрасный учитель. Он мог бы стать хорошим Рыцарем, если бы захотел.

В голосе Финна явно звучала гордость.

— Ну так что, пойдем заниматься? — спросил Кин. — Или продолжим тут перетирать?

Я отвернулась от Финна и встретилась глазами с Кином, который смотрел на меня с вызовом.

— В следующий раз я не буду так долго раздумывать, прежде чем ударить тебя, — пообещала я ему.

Он одобрительно кивнул.

— Рад слышать. А теперь шевели батонами!

Ладно, я сама напросилась. Жаловаться не приходится. Решив, что несчастливое утро затягивается, я потопала следом за ним в гараж.

И утро затянулось. По сравнению с Кином жестокий сержант в армии показался бы нежной няней. Кин был наглым и бесцеремонным. Он важничал и разговаривал со мной, как с последним дерьмом. Он оскорблял меня. Но, господи, он и вправду был хорошим учителем. Он показал мне все места на человеческом теле, которые были самыми уязвимыми при атаке. Он показал мне все части моего тела, которые можно было использовать как оружие. А потом заставил меня учиться пользоваться этим оружием, и если я била недостаточно сильно, я сама за это расплачивалась.