Жития Святых - Димитрий Ростовский

— Тело мое так же будет страдать от блудника, как от кусающегося пса, или от волка, или от медведя или от жала змеи. И для меня гораздо лучше, если будет страдать мое оскверненное тело, нежели я оскверню идолопоклонством свою душу, ибо грех, соделываемый поневоле, когда душа не соизволяет на это, не поставляется в вину пред Богом. Разве осквернились святые, раньше пострадавшие за исповедание имени Иисуса Христа, коим насильно мучители вливали в уста кровь идоложертвенную?

— Неужели не осквернились вкусившие от наших жертв? — спросил судья.

— Не только не осквернились, — отвечала святая, — но были увенчаны от Бога за это, так как им, имеющим связанные руки, насильно открывали уста и насильно же вливали в них идоложертвенную кровь. Грех, совершенный добровольно, заслуживает наказания, а совершенный против воли, не вменяется. Также и мне, отдавшей свое тело Христу моему, если сделаете что-либо насилием, — надеюсь, что не буду посрамлена пред моим бессмертным Женихом, но получу он Него награду, так как ради Него я терплю от вас насилие. Я не обращу внимания на то, что вы захотите сделать с моим телом: предадите ли вы его осквернению, или ранам, или огню, я готова все претерпеть ради имени Господа Бога моего. Но Бог мой имеет власть и силу и не допустит вам сделать то, что замыслили сделать со мной.

Тогда судья повелел воинам отвести юную деву в блудилище и приказал, чтобы там она была отдана на поругание до тех пор, пока не умрет. На дороге, когда святую вели воины, их догнали другие два воина, весьма величественные по виду и светлые лицом, и сказали воинам, ведущим святую:

— Судья послал нас сказать вам, чтобы вы отвели сию деву туда, куда мы вам покажем.

И отвели их за город и, возведя на один, весьма высокий, холм, сказали воинам:

— Ступайте, скажите судье Сисинию, что вы поставили деву на холме, как вам было велено.

Воины отправились к судье, а два светлые мужа стали невидимы, ибо это были ангелы Божии.

Святая же дева Ирина стояла на холме, хваля и благодаря Христа Бога, избавившего ее от рук блудников.

Когда судье было донесено о случившемся, он сильно разгневался на то, что его повеление не было исполнено, и, сев на коня, поехал к тому холму.

Подъехав, судья увидал святую деву, стоящую на холме, но не мог взойти на холм, ибо ему показалось, что холм был как бы огражден высокою стеною, которую невозможно было переступить. Объезжая вокруг холма, он пылал сильным гневом на то, что не мог приблизиться к святой деве и так ездил он от утра до вечера, ничего не добившись. Некоторые же из бывших при нем воинов, натянув свои луки, пустили в святую стрелы и ранили ее. Она же воскликнула, обращаясь к судье:

— Я смеюсь над тобою, окаянный, что ты как бы на какого сильного мужа, вышел на меня, слабую женщину, с оружием. Но вот я, чистою и неоскверненною вами, отхожу ко Господу моему Иисусу Христу, Который ныне сопричислит меня к моим сестрам.

Сказав так и воздав благодарение Богу, святая легла на землю и предала свою душу Господу. Случилось же сие за день до праздника святой Пасхи [8].

Когда наступила ночь, святая Анастасия послала своих слуг взять честное тело святые мученицы Ирины с холма и, помазав его ароматами, положила его вместе с телами сестер ее.

Так совершили свой страдальческий подвиг святые мученицы три сестры девы — Агапия, Хиония и Ирина, и предстали со славою престолу Пресвятыя Троицы, Отцу и Сыну и Святому Духу, Единому Богу, Ему же слава во веки. Аминь.

Страдание святой мученицы Ирины

Святая мученица Ирина пострадала во время праздника св. Пасхи в Греции [1]. Вместе со многими другими христианами она проживала в одной пещере, и все они проводили время в постоянных молитвах. Нечестивые служители идолов донесли на них правителю, и святая Ирина по его повелению была схвачена, приведена в оковах и заключена в темницу. Представ затем пред правителем, она на допросе смело исповедала Иисуса истинным Богом, Творцом и Спасителем всего сущего, Искупителем людей и разрушителем идолов. За это она была избита и снова заключена в темницу. После сего правитель занялся разбором дел, поступивших от городских жителей, а потом, освободившись от них, приказал опять вывести святую из темницы. Когда она была приведена к нему, то он стал принуждать ее отречься от Христа, но она и слушать об этом не хотела. Тогда, по повелению мучителя, ее предали жестоким мучениям: отрезали ей язык, выбили зубы и, наконец, отсекли мечом голову.

В тот же день память святого мученика Леонида и с ним святых жен: Хариессы, Нунехии, Василиссы и Феодоры, в Коринфе страдавших и в море потопленных в 251 г.

Память 17 апреля

Страдание святого священномученика Симеона, епископа Персидского

Когда в Персии [1] сильно умножилось число христиан и они имели свои церкви, епископов, священников и диаконов [2], языческие волхвы, видя это, пришли в большую ярость и гнев на христиан. Эти волхвы, ведя свое происхождение от древнейших волхвов, были защитниками и охранителями нечестивого персидского лжеверия. Вместе с ними восстали на христиан и иудеи, всегдашние враги христианства. Сговорившись с волхвами, они научили Персидского царя Сапора [3] воздвигнуть гонение на христиан [4]. А еще раньше этого они оклеветали пред ним святого Симеона, который был епископом города Селевкии-Ктезифона [5], сказав, что этот христианский епископ враждебен персидскому царству и дружит с греческим царем, которому он будто бы доносил обо всем, совершавшемся в Персии.

Тогда царь Сапор прежде всего наложил на христиан большую и очень тяжелую подать и приказал строгим мужам наблюдать за уплатою подати. Потом он стал открыто умерщвлять священников и служителей Божиих, стал грабить церковные имущества и разорять самые церкви, срывая их до основания; епископа же Симеона, как мнимого врага Персидского царства и противника нечестивого суеверия персидского, он повелел схватить и привести к себе на суд.

Согласно царскому распоряжению к царю был приведен святой Симеон с двумя священниками, Авделаем и Ананием. Епископ, взятый воинами и скованный железными узами, не только не устрашился гнева царя, но даже и не поклонился ему. Поэтому царь, весьма разгневавшись, спросил святого:

— Почему ты не кланяешься мне, как прежде кланялся?

Святой отвечал:

— Раньше меня не приводили к тебе так, как я приведен теперь, — и я преклонялся пред тобою, воздавая достойную честь твоему сану. Теперь же, когда я приведен, чтобы отречься от моего Бога и отступить от своей веры, мне не подобает кланяться тебе, врагу моего Бога.

Царь стал его убеждать поклониться солнцу [6] и обещал ему за это многие подарки и почести, угрожая в противном случае истребить совершенно христианство в своем царстве. Когда же царь увидал, что святой мужественен и ни ласками, ни угрозами не склоняется к его нечестию, то повелел посадить его в темницу.

В то время, когда святого вели из царских палат в темницу, его увидал евнух [7] Усфазан [8], уже преклонный летами, воспитавший царя Сапора от дней детства его и пользовавшийся от всех большим почетом, так как был самым близким человеком к царю. Этот евнух сидел тогда около царских палат и, увидав, что выводят святого Симеона епископа, тотчас встал с своего места и низко поклонился архиерею Божию. Но святой Симеон отвернул от него свое лицо и громко укорял его за отступничество, ибо он сначала был христианином, а потом поклонился солнцу из страха пред царем. Усфазан после этого начал сильно сокрушаться, стал плакать и рыдать, снял с себя драгоценные одежды, облекся в простую и грубую одежду и, сидя у дверей царского дворца, со слезами говорил себе: «Горе мне окаянному! Как я предстану пред Богом моим, от Которого я отрекся? Вот Симеон, и тот отвернул от меня свое лице за мое отступничество; как же посмотрит на меня Создатель мой?»

Говоря так, он неутешно рыдал. Узнав об этом, царь Сапор тотчас призвал его к себе и, увидав, что он плачет, спросил его:

— Какая причина твоей печали? Что такое скорбное произошло с тобою в царском дворце?

Усфазан отвечал:

— Нет, со мной ничего не произошло худого или печального в твоем дворце, хотя я и желал бы перенести все несчастия мира, печали и беды, нежели одно то, о чем теперь я сокрушаюсь сердцем и плачу, — именно, что доселе живу на земле: и так стар годами и давно уже мне должно бы умереть, а я еще смотрю на солнце, которому поклоняюсь как богу. Лучше бы я умер, нежели отступил от Бога, Создателя всей твари, поклонившись созданию вместо Творца. Но это соделал я не по искреннему своему желанию, а лицемерно, желая быть угодным тебе, а посему я достоин смертной казни по двум причинам — во-первых, я отрекся от Христа, Бога моего, а во-вторых, оказался неверным в старости моей тебе. Но, клянусь Богом, Создателем неба и земли, что я уже более не сделаю такого греха. Не прогневаю более Господа и Бога моего Иисуса Христа, Бессмертного Царя, ради царя смертного; не преклоню уже более колен моих пред солнцем, созданием Божиим, но буду поклоняться Самому Создателю с нынешнего дня до конца.