Фантастика 2025-46 - Маркус Кас

генерала Леонтовича имелось около трех сотен хорошо дисциплинированных и неплохо вооруженных офицеров и юнкеров. По своей боеспособности этот сводный отряд был равен или даже превосходил все гайдамацкое воинство, вместе взятое, поскольку состоял не из тыловых крыс и мальчишек-гимназистов, а из опытных фронтовиков, офицеров и унтеров, направленных на офицерские курсы для дальнейшего пополнения убыли комсостава.

В нашей истории юнкера были категорически против советской власти, поскольку эти, в основном крестьянские парни, своим потом и кровью выбившиеся во время войны в «благородия», отнюдь не желали терять офицерский статус, заработанный такой ценой. В этот раз, нашими стараниями, не было ни роспуска армии, ни отмены офицерских званий, что, конечно, не отменило проблему, но хотя бы сняло ее остроту. Ведь слухи о том, что большевики могут сделать это, бродили в армейской среде. Даст бог, у Антона Ивановича все получится и не будут русские убивать русских в междоусобной войне на радость и в интересах лондонских и нью-йоркских банкиров.

Противовесом гайдамакам и юнкерам в Одессе были несколько отрядов, условно говоря, Красной гвардии, «большевизированные» части одесского гарнизона, революционные матросы с броненосца «Синоп» и крейсера «Алмаз», а также анархические полубандитские и просто бандитские формирования. Если к нам тянулись люди, не потерявшие представления о дисциплине и воинском долге, то в отрядах анархистов собиралась такая мразь, какой даже у сторонников Троцкого не нашлось бы места. В данный момент вся эта публика была крайне плохо структурирована, скверно вооружена и экипирована и абсолютно не управляема, даже своими вождями. При операции по наведению в городе порядка по типу той, что уже была проведена в Петрограде, большая часть деклассированных «революционных масс» была обречена на уничтожение.

Следом за отрядом прапорщика Рокоссовского к Одессе тихо двинулся и легкий бронепоезд «Путиловец», усиленный сводной десантной ротой, сформированной из прибившихся к нам недавно фронтовиков. Командовал этой ротой штабс-капитан Александр Михайлович Василевский, бывший ротный командир 409-го Новохоперского полка.

Так уж вышло, что взяв отпуск буквально накануне начала нашей операции в Одессе, двадцатитрехлетний офицер все равно не смог избежать встречи с нами и своей судьбы. После прибытия в Киев, молодой штабс-капитан не смог пересесть на московский поезд, поскольку вместе с другими офицерами был остановлен на вокзале нашим патрулем. Ему доходчиво объяснили, что не то сейчас время, чтобы защитники Родины могли отсиживаться в тылу.

Потом у Александра Михайловича была задушевная беседа с Антоном Ивановичем Деникиным, после которой ему была предложена несколько необычная должность командира сводной десантно-штурмовой роты на «Путиловце». Инкогнито молодого офицера продержалось ровно до того момента, пока кто-то из наших не услышал знаменитую фамилию. И все завертелось.

Сам я узнал о новом ротном только после Житомира, ибо сначала моя голова была занята генералом Скоропадским, а потом чехословаками. Хорошие командиры нам всегда нужны, а такие, как Рокоссовский и Василевский, особенно.

Следом за «Путиловцем», уже перед самым рассветом, двинулся вперед и «Красный балтиец», а по дорогам пошли выгруженные в Выгоде БМП вперемешку с местными грузовиками, набитыми бойцами Красной гвардии. Развертывание операции по схеме «лавина» требует ввода в бой постоянно увеличивающего количества сил. Тогда ответная реакция противника будет все время запаздывать. Рев моторов, лязг гусениц, шутки в сторону – берегись, мы идем.

Пехотные части гайдамаков были наряжены в темно-синие шинели с серебряными буквами ГК на погонах. Конница же имела малиновые жупаны и смушковые шапки с красными шлыками. Красота. Разодетые таким вот петушиным образом, в бою гайдамаки представляли собой прекрасные мишени, чего нельзя было сказать об наших рижских ветеранах, одетых в зимний, напоминающий наш городской камуфляж из вываренного в хлорке трофейного немецкого фельдграу.

Сыграло в операции свою роль и то, что наши бойцы стреляли на поражение, и те из ряженых, кто не догадался вовремя поднять руки «в гору», гарантированно могли считать себя покойниками.

В предрассветной мгле первые стычки рассеянных по городу гайдамацких патрулей с нашими передовыми частями оказались почти незамеченными их командованием. Короткие ночные перестрелки в нынешней Одессе, говорят, и раньше были делом вполне обыденным. Никто ничего не понял до тех пор, пока в город не вошли БМП.

В то же самое время десантная рота с «Путиловца», вооруженная, кстати, добытыми на складах Юго-западного фронта автоматами Федорова и ручными пулеметами Мадсена, позаимствованными на складе эскадры боевых кораблей, взяла под надежный контроль входные стрелки, и скоро в город пошли эшелоны с резервами.

А потом… Потом что-либо делать гайдамакам и местным так называемым красногвардейцам было уже поздно. Наши части были везде. К восьми часам утра, когда наш штабной поезд прибыл на станцию Одесса-Главная, основные силы гайдамаков были блокированы у Пересыпи, а их казармы у Большого Фонтана и штаб в Английском клубе были взяты штурмом после короткого, но интенсивного обстрела из пушек БМП.

Бронированная машина с пушками калибра сто миллиметров и автоматической тридцатимиллиметровкой – это серьезный аргумент против тех, кто занял оборону даже в приспособленном для этого здании. Здесь не помогут даже пулеметы, поливающие длинными очередями из окон полуподвала и с чердака. Несколько снарядов, очередь из автоматической пушки… Артобстрел из БМП завершился ожесточенной перестрелкой и серией разрывов гранат.

Все было закончено менее чем за полчаса. Вожди гайдамаков, доктор Луценко и подполковник Поплавко были убиты, полковник Мазуренко и профессор Чеховский взяты в плен.

При захвате Английского клуба в полном составе был разоружен и задержан студенческо-гимназический отряд националистов «Одесская Сичь». Нет, мы не собирались расстреливать этих «юношей со взором горящим», но в классы и аудитории они уже не вернутся никогда. На нашем севере есть много работы. Надо строить железную дорогу, новые города, лес пилить и уголь на том же Шпицбергене добывать. Пусть горячие хлопцы немного остудят свой пыл за Полярным кругом. Да и остальным пленным, после тщательной сортировки, тоже будут предложены туры по всей Руси великой. Мест, где нужно ударно трудиться во благо народа, у нас найдется много.

К десяти часам утра вялая перестрелка в городе продолжалась только где-то у Сортировки. На нашу сторону перешли стоявший на станции Одесса-Товарная броневагон «Заамурец» и Одесское военное училище. Остальные же воинские части и стоящие в порту корабли объявили о своем нейтралитете.

Первая часть дела была сделана. Организационные структуры националистов были разгромлены, а город, охваченный сетью патрулей, оказался под полным нашим контролем. Осталось разобраться с Румчеродом и местными «революционерами». Этот вопрос товарищ Фрунзе взял на себя. День обещал быть интересным…

7 декабря (24 ноября) 1917 года, утро. Одесса. Итальянский бульвар, здание ОВУ

Генерал-лейтенант Леонтович Евгений Александрович

Да-с,