Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

Толстяк лежал на полу и тяжело дышал, он был без сознания. Прибежавший маг оттащил Чику и наложил на Мамочку заклинание исцеления. Затем дал ей выпить эликсир.

Через полчаса она и толстяк сидели в ее кабинете.

– Она ушла в городскую канализацию, – докладывал толстяк. – Ловкая тварь, и опасная. Убила двоих подмастерьев голыми руками. Мы перекрыли решетками выходы и оставили открытым только проход к Черному болоту. Пусть побегает от тех тварей, что там обитают. Ее подружки остановились на постоялом дворе «Петух на пне». Туда сейчас отправлены коронер Штиб со стражей и Шманик, который объявит их воровками. Девок арестуют, а в тюрьме мы с ними быстро разберемся.

– Почему так сложно? – с трудом проговорила Мамочка и поморщилась. Туша Чики здорово ее помяла.

– Ты видела, на что способна одна такая ведьма. А что они наделают, если их будет три? Мы в городе устроим целое сражение. Префект округа будет не в восторге. А если они сцепятся со стражей, мы окажемся ни при чем.

Мамочка согласно кивнула:

– Ты прав, Чика. Но ты все-таки придурок. Зачем ты применил воздушный кулак?

Толстяк вскинул брови и воззрился на женщину в немом удивлении.

– Так ты сама мне приказала, Мамочка!

– Не отрицаю, Чика. Но почему ты не дождался, когда мы уйдем и спрячемся в какой-нибудь комнате?

– Э-э-э… не подумал, Мамочка. Прости дурака, не подумал.

Розина запаниковала, ее подстегивал страх быть схваченной. Она прихватила из комнаты только оброненный бандитом кинжал и нырнула в темноту подземелий. Девушка так спешила, что не подумала об одежде. И теперь она, понимая, как оплошала, мерзла в стылой вонючей воде, бредя под сводами тоннеля. Розина шла сама не зная куда, лишь бы подальше от того подвала, из которого она выбралась. Уже дважды она натыкалась на ржавые железные решетки и вынуждена была возвращаться обратно.

«Какая я дура, – ругала она себя, – ведь я точно знала, что можно было обойтись без спешки. Надо было обыскать тела, забрать одежду и только тогда уходить. Но испугалась. Как же я испугалась!..» Она брела в полной темноте, держась рукой за стену. Ноги уже были сбиты до крови, она несколько раз наступала на острые камни и какие-то обломки. Свой небольшой запас энергии, что у нее был, Розина тратила осторожно. Было решено, что она пойдет на паперть без амулетов, поскольку существовал риск, что их обнаружат магическим зрением. Теперь ей было трудно, а убитых бандитов она не обыскала, поспешив скрыться. Но ведь когда она прыгнула в люк, в комнате раздался сильный шум, как будто вылетела дверь…

Отбросив все сомнения, девушка остановилась и осмотрелась. Зрение привыкло к темноте, и она смутно различала круглую пещеру, из которой выходило четыре рукава подземных ходов. В трех из них она побывала, следуя правилу идти слева направо. Она вошла в последний коридор и двинулась по нему в надежде, что он не будет перекрыт. В этом ответвлении было больше воды, а пол уходил под заметным наклоном вниз. Розина старалась держаться поближе к стенам, там меньше попадалось мусора и камней. О девочках, отправивших ее на разведку, Розина уже не думала. Она отбросила всякие мысли и только медленно продвигалась вперед, стараясь не поранить еще сильнее ноги. Она погружалась в липкую жижу по самые щиколотки, и от омерзения по ее спине пробегали мурашки. Путь был долгим. Она считала шаги и, когда насчитала тысячу, погрузилась в воду по колено. Идти стало труднее, но впереди забрезжил неясный свет, он манил ее к себе и вселял надежду. Смутную, такую же неясную, как и сам еле различимый отблеск, отразившийся в мутной воде.

Вода дошла до пояса, и течение усилилось, увлекая Розину вперед. Ей приходилось делать усилие, чтобы противостоять напору. В этот тоннель впадали маленькие ручейки, вытекающие из стен, и их было множество. Только русла этих потоков были узкие, и пролезть в них не представлялось возможным. Поэтому Розина неуклонно шла вперед, подталкиваемая все убыстряющимся потоком мутной и грязной воды. Мимо нее деловито проплыла большая крыса и, не обращая внимания на девушку, скрылась впереди. Заметив над водой выступ, Розина с трудом вскарабкалась на него и прилегла отдохнуть на холодные камни. Отсчитав сто ударов сердца, она поднялась и села на корточки.

Девушка огляделась и заметила белеющий предмет. Подползла на коленях и ощупала его. Это был череп. Обыкновенный человеческий череп. Рядом, прислонившись к стене, сидел скелет, череп которого держала в руках Розина. Она отшвырнула его в воду и стала снимать с мертвеца полуистлевшую одежду. Кожаная жилетка, рваная и погрызенная во многих местах, клочья штанов, обмотки и еще крепкие на ощупь ботинки. На груди цепочка и амулет, когда-то разряженный, а теперь восстановивший свои свойства щита первого уровня. Его она взяла и повесила себе на шею. Потом Розина сняла с себя ночную рубашку и выжала ее. Оторвала полу до паха и вновь надела рубашку, ежась от неприятного ощущения мокрой одежды. Нацепила на себя рванье покойника, обмотала ноги остатками обмоток и сверху еще получившимися из полы рубашки портянками, затем надела башмаки. Стало теплее, и у нее появилась надежда, что она выберется из этой передряги. Но никогда, больше никогда она не согласится на авантюру Мегги или другой девочки. Штоф был тысячу раз прав, когда говорил, что нужно дождаться сеньора. А они захотели быть самыми умными. Доказать, что они чего-то стоят. Дуры! А всех глупее она, Розина.

Девушка встала и потопала башмаками. Великоваты, но идти можно, и ноги будут в безопасности. Она осторожно спустилась и продолжила свой путь. Розина вновь брела по пояс в воде к светлому пятну, что становилось больше и больше. Стали видны более четко очертания подземного коридора, по которому она шла. Он был вырублен в каменном массиве шириной лаг пять с половиной и такой же высоты, но он заметно сужался, и скорость потока увеличивалась. Еще через сотню-другую шагов она вышла к свету.

Розина стояла у края тоннеля, который закончился каменным ограждением. Вода переливалась через край и шумно падала вниз, в довольно большое озеро. По краям его росли кусты и даже одно дерево, выросшее почти из стены и наклонившееся к воде. Над головой высоко вверху было светлое пятно, откуда свет попадал на озеро.

Надо же, уже рассвело, удивилась Розина. Но добраться до верха нечего было и мечтать, стены были отвесные, с наклоном внутрь. Без левитации не выбраться, огорченно подумала Розина и стала рассматривать само озеро. Видно было, что оно неглубокое. Посередине был островок, а на другой стороне чернел зев входа в новый тоннель. Ей опять предстояло идти в неизвестность, надеясь на чудо или на то, что она когда-нибудь вырвется из этой смрадной ловушки. Если раньше не умрет от голода и жажды. Пить эту воду она категорически не хотела.

Мимо нее опять проплыла водяная крыса и, перескочив бортик, спрыгнула вниз.

Провожая глазами шустрое животное, Розина брезгливо подумала, что, по крайней мере, с голоду она не умрет. Хоть одну тварь, но поймает.

Крыса тем временем выскочила на узкий бережок и стала отряхиваться. Затем села на задние лапы и, шевеля усами, принялась оглядываться. Розина уже перекинула ногу через невысокий каменный заборчик, как из озера выскочила какая-то тварь. Она стремительно сверкнула зеленой чешуей, и крыса, отчаянно пискнув, оказалась в зубастой пасти. Девушка замерла. Тварь, похожая одновременно на огромную лягушку и на ящерицу, ухватила передними короткими лапами жертву и, довольно урча, стала откусывать куски от крысы. Делала она это не спеша, наслаждаясь каждым кусочком.

Розина так и осталась стоять с поднятой ногой, не решаясь пошевелиться. Что можно ждать от столь быстрого и стремительного хищника? Пусть тварь была не больше маленькой собаки, но то, как ловко поймала крысу и как потом грызла кости своей жертвы и, останавливало девушку от необдуманных поспешных шагов. Кроме того, а сколько этих тварей было в озере? И сколько их может быть в том тоннеле, куда она собралась? Теперь она поняла, почему на возвышении сидел скелет. Ее предшественник не решился переправляться и предпочел умереть от голода, чем быть съеденным. Она осторожно сняла ногу и чуть слышно хлюпнула ею о воду. Тварь замерла, перестав есть, и медленно повернула голову.