Диагноз: женщина - Ирина Чернова

Сейчас же в шатре сидел только старый шаман. Котелок, подвешенный над очагом, пах совсем не вкусной мясной похлебкой, запахи из котелка доносились иногда такие странные, что подросток, сидевший у входа, то смахивал слезу, то вообще отворачивал лицо в сторону, чтобы вдохнуть свежего ночного воздуха. Шаман помешивал свое варево, изредка бросая взгляды на мальчика, но тот был занят едой и старался поменьше смотреть на старика.

Долго надо варить это зелье, и отвлекаться нельзя, иначе все будет испорчено и столько трудов пойдет прахом...Шаман подкинул щепотку травы и задумался. Давно, очень давно его еще дохлым мальчишкой подобрал его учитель, который и передал ему все свои знания. Учитель был сильным и ученика сделал таким же сильным шаманом, как и он сам. А в степи без хорошего шамана нельзя, почти ни один вопрос без него не решается. Особенно когда дело касается выживания племени...

Старик вздохнул и уселся поудобнее у очага, облокотившись на опорный столб. Нет, ну надо же, его, знаменитого на всю степь, шамана, какой-то молодой поганец посмел оскорбить, бросив ему в лицо, что он потерял свою силу и не в состоянии вытащить больше из-за Грани ни одного воина! При этом воспоминании глухая ярость опять поднялась изнутри, заставив старика скрипнуть зубами от злости. И это при том, что все знали, сколько он сумел вытащить воинов за свою долгую жизнь, можно со счету сбиться. Все, кого он привел назад, отмечены на тотемном столбе племени, тут не поспоришь, но тот молодой шаман явно забыл свое прямое предназначение - выполнять волю богов и помогать своему племени, иначе бы никогда не посмел так несправедливо говорить со стариком. Боги не прощают такого, это старик знал совершенно точно, они еще плюнут на зарвавшегося да так, что мало не покажется.

Еще щепоть трав брошена в котелок, еще потекли мысли...Надо успеть доварить зелье, успеть до того момента, когда солнце начнет свое движение из-за дальних гор по небу.

Жизнь в степи трудна, надо не только найти хорошее место для стойбища, надо еще его удержать, а желающих захватить чужое добро всегда много. Но тут дело было пострашнее, чем просто захват чужих женщин и детей, чужаки захватывали мужчин, а что потом получалось из воинов, так боялись даже и поминать в разговорах...Когда двое парней, подобранных в степи, рассказали, что творилось у них луну назад, волосы встали дыбом даже у старых людей, а их напугать было ох, как непросто. Племя быстро снялось с насиженного места и собрав свой нехитрый скарб, двинулось подальше на полдень. Когда-то там были колодцы, шли торговые пути, но со временем все поменялось, торговые пути ушли в другую сторону, так что местность оказалась пустынной и вполне подходила для нового стойбища тем, кто хотел уйти от ужасов умертвий. Конечно, если бы воевать пришлось с существами из плоти и крови, мужчины племени даже не задумались бы ни на биение сердца и не отступили бы....но поднятые мертвецы - вон, парни рассказывали, что их не только меч, но и огонь не берет, и никому нет пощады. Кто их гнал, кто стоял за спиной - непонятно, но лучше спасать жизни своих соплеменников бегством, чем глупо гибнуть в неравной борьбе. Племя обосновалось на новом месте, были расчищены колодцы, домашние животные определены в загородки, поставлены шатры и жизнь стала налаживаться. А пятого дня пришли чужие. Пришли со стороны гор. Но это были не те, которых так боялись соплеменники шамана, это были совершенно другие...Военный отряд, расположившийся под прикрытием шатров маленького племени, состоял из людей и нелюдей, даже два мага было, сильных - шаман их сразу почуял. И людей узнал, а вот что за нелюди были - только гадать приходилось, поскольку до разговоров они не шибко охочи были. И пришли они для того, чтобы уничтожить тех, кто умертвий делал да в степь рассылал. Только и сказали шаману, что это маги, которые кровь жертв используют, да особым образом убитых пленников и потом проверяют, какой силы мертвые воины получаются и как их лучше сделать и еще сильнее и неуязвимее.

Бой был страшный, земля ходуном ходила, неживой свет днем сверкал ярче солнца, и мечи звенели и кровь лилась. Когда все закончилось, все племя пошло туда, чтобы живых спасти, а мертвых прибрать....как положено. От тех, кровавых черных магов, ничего не осталось, да и немного их было совсем, всего двое - сильный, ну с ними еще послабее - ученики, наверное. От тех были какие-то части тел, но один из командиров отряда приказал все собрать, даже выдал какие-то специальные рукавицы тем, кто собирал, а все собранное облил привезенным зельем и поджег и рукавицы тоже бросил в огонь. Шаман постоял, подумал и принес тоже котелок с зельем, обрызгал им костер, прошептав заклятие, чтобы души сгоревших никогда не вышли на суд богов. Хуже не будет, кто знает, что там боги порешат, а такое заклятье будет те черные души держать не хуже болотных трясин. Командир тот, он, кстати, человек был, поблагодарил шамана и попросил помочь с ранеными. Ну, ранеными в племени всегда женщины занимались, если уж жив воин, то они ему помогут не уйти за Край, на то они и женщины. Шамана больше убитые интересовали, вот тут он и вспомнил, как его оскорбил молодой из соседнего племени. Сражений да убитых там не видели, потому свой глупый язык и распускали, а старик еще помнил рассказы своего Учителя об участии в большой войне, хотя поверить в это было ох, как трудно, поскольку война эта была почти 300 лет назад. Вот сейчас таких войн не ведется, чтобы чуть ли не весь мир воевал друг с другом...хотя сейчас, когда гибнут люди и нелюди, всегда найдутся те, кто будет их оплакивать и кто сказал, что горе их будет мЕньшим, чем тогда, 300 лет назад?

Под руководством шамана оставшиеся в живых собрали своих мертвых товарищей, сложили их на приготовленные стволы деревьев и сухую траву. Стволы воины притащили из небольшого перелеска, что лепился к каменным курганам, хоть и тонкие, но деревья, способные гореть. Оставшийся в живых маг боевого отряда проверил ауру каждого павшего воина в надежде отыскать хоть еще одного живого, сам на ногах едва держался, а второй маг погиб, сдерживая бешеный натиск умертвий и защищая своих воинов...один пепел остался...

Шаман посмотрел в котелок - еще не все готово, потянулся за связкой неприметной серой травы, чтобы достать оттуда ссохшиеся стебельки. Еще ее растереть надо, да прочитать над порошком обращение к богам о милости к павшим...главное - успеть до рассвета...Опять вспомнилось, как лежали павшие воины на сухой траве, руки сложены были на груди и закрыты глаза. Молодые мужчины, которые несмотря на все различия своих рас вместе вышли единым отрядом на борьбу с людьми, рождающими умертвий для уничтожения разумных...Шаман плюнул в сторону догоревшего уже костра с остатками черных колдунов и поспешил к своему шатру. То зелье он приготовил быстро, пока горел огонь и носили стволы и ветки, он принес свой котелок и ждал подходящего момента. Командир приказал всем разойтись, остался сам только сидеть поодаль, раны у него были незначительные в основном, лишь бедро кровило и рука. Повязки были пропитаны едким запахом целебных трав и он пытался то почесаться под ними, то просто растереть уставшие мышцы. Когда все разошлись, шаман обошел всех павших, каждому полил на лицо и руки варевом из котелка, а оставшееся зелье разбрызгал в воздухе над телами. Медленно садилось солнце, а перед шаманом начал сгущаться туман, наползая на мертвых. Шаман поднял руки к небу и завел речитативом заклинание. Туман становился все гуще, старик все говорил и говорил, пока сумерки не стали почти темнотой. Все, можно и вздохнуть...теперь пошло время, отпущенное для вызова душ из-за Грани, для подготовки спасение тех, кто положил свои жизни для избавления от будущего зла. Не всем повезет, чьи-то души Боги сочтут достойными для призвания в свои обители, но не всех. Давно уже не было таких кровавых и жестоких сражений в этом маленьком племени, но остались Великие Знания предков, которые помогали возвращать павших. Для приготовления зелья для возвращения душ нужно было время почти от восхода до восхода, а чтобы тела павших не подверглись вмешательству извне и не портились под солнцем Степи, на них накладывалось заклинание безвременья, которое держалось от восхода до следующего восхода. Потому и надо было спешить, но аккуратно, чтобы не смять заклинания, вливающиеся вместе с новой порцией трав и порошков в котелок шамана.