Одинаковые. Том 2. Гимназисты - Сергей Насоновский

бы у меня был шанс хоть как-то помочь матери, я бы не раздумывая сделал это, чего бы это ни стоило. Только вот скажите, чем я смогу отплатить вам за такую помощь?

— Ни о каком расчёте и речи быть не может, Сосо! — ответил я, глядя ему прямо в глаза.

— Мы предлагаем стать тебе нашим другом, а, возможно, и членом нашей семьи. Да, мы разные. Ты грузин, мы русские. Вообще, мы сами родились в маленькой станице на границе с Китаем и с братьями прошли длинный путь через всю страну из Забайкалья до Санкт-Петербурга, который начался в сентябре 1891 года. В гимназии нам удалось сдать экзамены экстерном, и в следующем году у нас будет заключительный год обучения. Я вытащил из-за пазухи свернутую в бумагу записку и протянул её Сосо.

— Это приглашение из той самой гимназии, где мы учимся с братьями. Вот, смотри, даже подпись директора и печать. С этим документом ты, без всяких проблем, сможешь доехать до столицы. А с матерью обязательно решим в лучшем виде. Сосо внимательно изучил переданные мною документы. Я не мог точно понять, насколько он в них разобрался, но его глаза напряжённо бегали по тексту, будто пытаясь выловить каждое слово.

— Сомневаюсь, что мать согласится перебраться в столицу, — с горечью добавил Иосиф. — Она ведь сама из крохотного села Гамбареули. Отец, пока был с нами, не раз поднимал на неё руку, так что… Она теперь боится большого скопления народа и стала уж слишком скромной, тихой женщиной.

— Вы же сейчас живёте в съёмном доме, не так ли? — спросил Никита, глядя на Сосо.

Иосиф взглянул на него и ответил:

— Да, мы арендуем дом. И каждый месяц нам приходится отдавать значительную часть того, что удаётся заработать матери.

— Тогда мы предлагаем купить твоей матери дом здесь, в Гори, — сказал я, перебив затянувшуюся паузу.

— Найдём что-нибудь простое, но добротное, чтобы ей было удобно жить, чтобы могла, наконец, радоваться жизни, а не только вкалывать за гроши. Кроме того, мы оставим ей немного денег и будем отправлять переводы, чтобы на старости лет она не надрывалась по десять часов в сутки, работая домработницей.

— Банков у вас здесь нет, — продолжил я. — В Гори, если не ошибаюсь, нет ни одного. Поэтому, если твоя матушка согласится, когда мы будем выезжать, возьмём её с собой в Тифлис и откроем счёт на её имя, куда будем регулярно отправлять небольшие суммы, которых хватит для нормальной, достойной жизни. Так ей не придётся больше работать домработницей у богатых господ.

Сосо посмотрел на нас, и в его взгляде вспыхнула настоящая надежда — будто в этот миг его жизнь наконец получила точку отсчёта, наконец зажглась слабая, но уверенная искра на лучшее будущее. Было видно невооружённым глазом поверил без остатка, и нашей задачей будет его не подвести, а самое главное не подвести страну, которую возможно этот мальчишка когда-то возглавит.

Обсудив всё до мелочей и решив, что пора идти к его матери, Сосо окликнул своего друга, коротко объяснился с ним и сообщил, что, скорее всего, скоро покинет Гори. Как ни удивительно, Пета лишь подошёл, крепко его обнял. Он попросил Иосифа, как только тот сможет, чтобы написал ему. Пета искренне надеется, что у них ещё будет шанс увидеться.

Екатерина Георгиевна была женщиной с тяжёлой судьбой. После того как её супруг покинул семью, она одна воспитывала детей и зарабатывала на жизнь, не жалея сил. Особое внимание она уделяла образованию сына Иосифа, что в конечном итоге и предопределило его дальнейшую судьбу. Это всё происходило в нашем прошлом. Я надеюсь, что в этом настоящем, в которое воля судьбы забросила меня из XXI века, жизнь Джугашвили окажется ещё более яркой и значимой. Но всё это возможно лишь благодаря получению грамотного образования, благодаря верным шагам в самом начале пути. Надеемся, он сможет максимально раскрыть свой потенциал, при этом сохранив миллионы жизней, наших соотечественников, и избегая множества тех ошибок, которые были совершены после октября 17 года.

Как ни удивительно, всё у нас сложилось удачно. Екатерина Георгиевна, выслушав нашу историю и предложения, дала своё согласие, ни разу не усомнившись в правильности такого решения.

Довольно быстро мы нашли крепкий одноэтажный домик — две комнаты и чудесный сад, который сразу приглянулся матери Сосо. Она, не сдержав слёз, крепко обняла нас и расцеловала каждого по очереди. Даже у Егора Кузьмича и нашего толмача Георгия на глазах выступили скупые мужские слёзы при виде этого прощального момента. Дом удалось купить за 380 рублей ассигнациями. Все документы оформили на имя Екатерины Джугашвили. Стоило добавить сотню рублей в дар Горийскому духовному училищу — и вопрос с отчислением Иосифа решился без проволочек. Ему быстро выдали все нужные бумаги, по просьбе матери также выправили бумаги на Калугина, сделав его до совершеннолетия Сосо опекуном мальчика.

Вот и тронулись мы на дилижансе в Тифлис. Сам переезд мало чем запомнился — разве что Екатерина Георгиевна при каждом удобном случае тянулась к сыну, понимая, что очень скоро ему придётся оставить её на долгие годы. В пути мы делились историями из жизни, рассказывали Иосифу о нашем быте в Санкт-Петербурге, о доме, который у нас там есть, о съёмной квартире в доходном доме рядом с гимназией, где ему предстоит жить во время учёбы. Объяснили: чтобы попасть в гимназию, нужно будет выдержать испытания по различным предметам. А поскольку Иосифу уже исполнилось тринадцать, и, если вдруг его возьмут в первый класс, учиться придётся с малышнёй. Поэтому мы сразу предложили заняться подготовкой по тем предметам, которые мы уже прошли сами, и где набили, так сказать, шишек.

Дорога до столицы из Тифлиса станет для него настоящей школой. В столицу губернии, добравшись к вечеру, расстались с Георгием у постоялого двора. На следующий день отправились в банк, открыли на имя Екатерины Георгиевны счёт и внесли туда триста рублей. Кроме того, ещё двести рублей мы передали матери Иосифа в Гори — для неё, работавшей домработницей за семь с полтиной в месяц, когда даже простой мастер в Тифлисе получал тридцать, этих денег хватит на долгие месяцы спокойной жизни.

Мы пообещали помогать при первой необходимости и оставили адрес в Петербурге, заверив: как только доберёмся, сразу пришлём ей письмо с подробным рассказом о путешествии через Российскую империю с юга на север. Вот настал момент расставания Сосо с матерью.